Мы купили книжный магазин - Хартлиб Петра - Страница 15

Правда, дело не ограничивается одной лишь выплатой кредита. Нужно покрасить окна, водосточные трубы протекают, а последняя буря сдула несколько черепиц с крыши. Денег постоянно не хватает, и кто знает, как будет складываться с книжным магазином, а поскольку мы с Оливером всегда принимали важные решения в нашей жизни быстро и интуитивно, то и на новую работу соглашаемся второпях. В конце концов, устроиться в четвертом районе — это не так радикально, как спонтанно сыграть свадьбу, за одну ночь переехать с ребенком в Гамбург, случайно купить книжный магазин и перебраться с дочерью в Вену, не имея никакого жилья. Поскольку у меня есть ощущение, что ему этого хочется и даже необходимо в данный момент, то мы совместно решаем: Оливер принимает предложение о новой работе.

Что, в свою очередь, означает, что нам придется искать новых сотрудников: работать за двоих я не в силах. Я вспоминаю, что на дне рождения соседского ребенка в саду мы разговорились с молодой женщиной, что сидела напротив нас, как оказалось, продавцом в книжном магазине. Я практически ничего не запомнила, кроме того, что с ней весело и у нее есть дочь одного возраста с нашей. А еще что она работает в книжном, где ей не всегда удается реализовать свой вкус в книгах: он слишком консервативный. Консервативный магазин, а не ее вкус. Телефонный номер находится быстро, она еще помнит меня.

— Вы хотели бы работать у нас?

— Что, так просто?

— Нет, не просто, а как полагается. Увольняйтесь с работы и приходите к нам!

Она просит ночь на раздумья и на следующее утро сообщает о своем согласии. Слава богу.

И так у нас в магазине появляется Анна, единственная сотрудница, которая не стажировалась у нас, но уже все знает, потому что с шестнадцати лет работает продавцом книг. Сотрудница, которая все видит и помнит и определенно разбирается в этом деле больше, чем я. Конечно, я играю важную роль в нашем магазине и тоже причастна к его успеху, но теперь вдруг появляется человек, который выполняет эту работу уже на протяжении четырнадцати лет. Анна, безусловно, умеет делать больше, чем я, но я ее начальница, и в конечном счете решения принимаю я. Это довольно странное ощущение: до сих пор у меня были только стажеры — любознательные и податливые, многому мы учились вместе. И вдруг появляется человек с четкими представлениями о том, как нужно делать, и пониманием дела и для которого некоторые вещи являются очевидными. Первые несколько недель мы осторожно присматриваемся друг к другу. Я думаю, у нас вместе все отлично получается.

И вот, когда этого уже никто не ожидает, приходит разрешение на строительство, и после почти годичного ожидания нам можно приступить к дальнейшему переустройству книжного магазина.

Роберт и Оливер тщательно все продумывают, ведь мы не можем просто закрыться на несколько недель на перепланировку, это не входит в наш бюджет. Поэтому в выходные мы складываем половину книг в коробки, снова храним их на лестничной площадке и демонтируем книжные полки на одной стене. Затем возводится так называемая пылезащитная стенка — перегородка из ДСП, перед которой снова собираются книжные полки и снова расставляются книги. Теперь площадь книжного магазина — всего тридцать квадратных метров вместо сорока, и все это напоминает мне детскую книгу Акселя Шеффлера «Если в домике тесно».

Могу только позавидовать моему мужу, который по утрам в своем элегантном костюме отправляется в офис, я же остаюсь в магазине со строителями. Али, бригадир, Юсуф и Драган, рабочие, Фасгавич, электрик, еще один слесарь из Каринтии и плотник из Штирии[12]. Теперь мы разделены надвое: одна часть — по одну сторону пылезащитной стенки, где мы пытаемся делать вид, что это обычный книжный магазин, другая — за этой стенкой, где трое крепких мужчин с помощью тяжелого оборудования пытаются избавиться от стены толщиной семьдесят сантиметров. Мир с покупателями берет на себя Анна, а я разрываюсь между двумя мирами. Шум стоит оглушительный, невозможно разобрать даже собственные слова, не говоря уже о том, что просят клиенты. Не понимаю, за что пылезащитная перегородка получила свое название: пыль без особых проблем распространяется по всему книжному магазину и окутывает покупателей, задумчиво остановившихся перед книжной полкой. Офис и магазин больше никак не связаны между собой, а это значит, что кому-то из нас приходится работать в недавно пристроенном домике без какой-либо связи с остальными. Если нам что-то нужно в офисе, то нужно выйти через дверь магазина, подняться по лестнице и зайти туда со двора. В один прекрасный летний день, пока ребенок плескается в бассейне со своими друзьями, винтовую лестницу демонтируют. Она лежит целая и невредимая в глубине двора, от ее вида мне становится грустно, а вечером дочь долго плачет, пока наконец не засыпает. Это ее первая большая утрата. Не переезд из квартиры в Гамбурге, не смена детского сада, не отъезд бабушки и дедушки, когда те возвращаются домой после каникул, нет, большой кусок старого металла причиняет нашей дочери первую большую боль расставания.

И я вновь открываю для себя новый навык, который до сих пор дремал где-то глубоко внутри: легкость в общении с рабочими. Поскольку мужа нет дома, то им приходится довольствоваться коммуникацией со мной, и после нескольких дней осторожной приладки это отлично получается. Стоит Роберту представить меня заказчицей работ, «боссом», как все вдруг уважительно обращаются ко мне. И там, за пылезащитной стенкой, мне неожиданно начинает нравиться быть за главную. «Слушай, босс, где сделаем розетку?» «Босс, какая ширина двери?» И тихий, дружелюбный Роберт становится самым важным человеком в моей жизни. Его номер возглавляет список контактов быстрого набора, один только его голос заставляет меня успокоиться, и я звоню ему бесчисленное количество раз в день. Я понимаю, что все хорошо распланировано, но времени у нас совсем в обрез, и, если что-то пойдет не так, я единственная, кто должен это заметить, ведь я единственная, кто находится рядом.

— Роберт, они сделали дыру в стене.

— В какой стене?

— Между офисом и новой частью магазина.

— Большую?

— Ну так, сантиметров десять.

— Где именно?

— Сантиметров двадцать над полом.

В итоге подобных созвонов я получала один из трех возможных ответов: «Все в порядке»; «Передай телефон Али»; «Я буду через десять минут».

На стене, которую снесли, держался весь дом, и мы постоянно проверяем, не пошли ли трещины в кухне и столовой. Все это держится на трех временных опорах до тех пор, пока не установят железную поперечную балку. Али, Юсуф, Драган и я очень сближаемся: утром я готовлю для всех кофе, Али показывает мне фотографии своих детей, даже моя дочь мирится с «убийцами» винтовой лестницы и общается с ними, вернувшись из школы. А потом привозят эту штуку, стальную раму, три метра в высоту, четыре метра в длину, весом две тысячи девятьсот семьдесят семь килограммов, и поскольку наша строительная площадка — не просторный чердак, а узкая подсобка, то ни краном, ни чем-то подобным это чудовище не затащить под потолок. Трое рабочих делают это вручную, с помощью примитивного полиспаста, и я боюсь на это смотреть, опасаясь за их здоровье. Их стоны и кряхтение, конечно, доносятся сквозь стену пыли в книжном магазине, и я втайне молюсь, чтобы с ними ничего не случилось. И всякий раз, когда мне начинает казаться, что у меня слишком тяжелая жизнь и я слишком много работаю, я на мгновение заглядываю на стройку за стеной, смотрю на грязных, потных строителей и думаю, какая у меня спокойная, приятная работа.