Штильскин (ЛП) - Бакли Эндрю - Страница 37

— Жить буду.

— Ну, значит, нужно найти дверь.

— Ваша фея вернулась, — сказал Гник, когда с неба спустилась Весзико. Она опустилась на протянутую ладонь Лили, выпрямилась и заговорила. Роберт ожидал услышать звон колокольчика, который он слышал всегда, когда говорила Весзико, но, вместо этого, услышал её голос.

— Я доставила сообщение Тралю; он ему не очень обрадовался, — сказала фея.

— Я тебя слышу! — воскликнул Роберт.

— Я же говорила, что услышишь. Чем глубже ты вовлекаешься в этот мир, тем больше вещей обретают смысл, — сказала Лили.

— Я летела всю ночь; не против, если я отдохну? — спросила Весзико.

— Конечно, нет.

Фея сложилась в шар, обернула крылья вокруг себя и скрючилась. Воздух задрожал, и у Лили в руке оказалось что-то похожее на камень, который она убрала в карман.

— Вон там есть дверь, — сказал голос в голове Роберта.

— Вон там есть дверь, — сказал Роберт и указал на мерцающее пятно.

— Я только что сказал, — произнёс голос.

— Прости, не хотел рисковать.

— Всё хорошо, не нужно извиняться. Мы через многое прошли.

— Ну, не хочу, чтобы воспринимал это, как должное.

Гномы и Лили уставились на него.

— Простите, — сказал Роберт. — Мне всю ночь не с кем было разговаривать.

Лили взяла Роберта за руку, что показалось ему совершенно естественным. Эта женщина ввела его в новую реальность, познакомила со странными созданиями и новыми землями, а потом превратилась в гигантскую волчицу и попыталась убить. Это особая связь, которая возникает не каждый день.

Вся четвёрка направилась к двери. Лили остановилась, достала из кармана цепочку с пузырьком крови и надела на шею Роберту.

— Надо тебе это вернуть.

— Погодите, а что будет, когда я пройду через дверь? Когда пропуск у меня, разве я не выскочу в Тосторонье? — спросил внезапно запаниковавший Роберт.

Лили задрала рукав и показал татуировку дракона.

— Вот мой пропуск; красный глаз — это кровь Кролика. Её получают все агенты. Тебе нужно только накрыть пузырёк ладонью, и держать крепко. Пропуск вступает в реакцию с сущностью двери. Если пузырёк её не коснётся, ты останешься в Этосторонье.

— Ясно.

— А, ещё тебе придётся нести Гника. Мы должны касаться друг друга, чтобы не оказаться в разных местах.

Гник взобрался по ноге Роберта, по спине и уселся на плече.

— Не урони, дебил.

Генерал Гнарли запрыгнул на плечо Лили, а та держала за руку Роберта. Она прикрыла татуировку ладонью, а Роберт крепко сжал пузырёк.

Они шагнули вперёд и исчезли.

Глава шестнадцатая

Следуй за дворфом

Волшебник Пустяк почти не спал. Его ночь оказалась разрушена событиями предыдущего дня. Люди могли не появляться у его дверей неделями. Дворф Румпельштильскин — это одно, но вот агента Джека, который ему угрожал, оказалось достаточно, чтобы нервы Пустяка, таки, сдали. Он попытался приготовить зелье, которое обычно давали скоту перед забоем и выпил его с шок-соком, алкогольным напитком, очень похожим на водку, только в триста двадцать раз крепче. Смесь не произвела никакого эффекта. Пустяк всю ночь просидел на краю кровати, глядя в окно и подёргиваясь.

Он снова посмотрел в то же окно, и увидел сидящих на подоконнике гномов. Один из них держал в руках кинжал и аккуратно подравнивал им бороду.

— Здравствуй, волшебник, — сказал тот, что не брился.

— З-з-здрасьте. Я… ы… в-в-вы… кто? — Пустяк ощутил, как внутренности начали переворачиваться, на бровях нависли капли пота. В лучшем случае, всё это — галлюцинация. О, как же он хотел, чтобы это было галлюцинацией.

— Меня зовут генерал Гнарли из Боевых Гномов Мрачных гор, а это мой лейтенант, Гник.

Значит, не галлюцинация.

— А, эм, а зачем он это… делает?

— Наши бороды растут по дюйму в день; их постоянно нужно подравнивать.

Волшебник становился всё более и более растерянным.

— И ч-ч-чем могу п-п-помочь?

— Для начала, можешь открыть дверь.

Раздался стук в дверь, отчего волшебник подпрыгнул и опрокинул любимый чайный сервиз.

Пустяк проделал половину пути до двери, но остановился и обернулся.

— Это же не дворф?

— Нет.

— И не агент?

— Один из них.

Не тот ответ, на который он рассчитывал. Он резко дёрнулся, открыл дверь, Лили оттолкнула его и вошла внутрь. Роберт дружелюбно улыбнулся и подал волшебнику руку, который уже так сильно разволновался, что его остроконечная шляпа изогнулась под причудливым углом. Волшебник протянул дрожащую ладонь и вдруг понял, что совершенно не знает джентльмена, стоящего перед ним.

— П-прошу, входите.

— Весьма признателен, — сказал Роберт и прошёл в жилище волшебника.

Лили заняла кресло у камина, Роберт встал у окна рядом с гномами, а Пустяк замер возле двери, размышляя, что следует попросить о переселении в другую башню.

— Меня зовут Лиллиан Красноплащ, и я агент. — В доказательство своих слов она закатала рукав и показала татуировку дракона. — Мой помощник, Роберт Даркли, он — тосторонец, и помогает преследовать дворфа Румпельштильскина, который сбежал… да, Роберт?

Тот поднял руку.

— Разве мы уже не установили, что я родился в Этосторонье? Ну, или, по крайней мере, мой отец?

— Не вижу в этом смысла.

— Ну, вы представили меня, как тосторонца, коим я, очевидно, не являюсь. Что? — спросил Роберт, не обращаясь ни к кому конкретно. — Да, я и об этом ей скажу. Не говоря уж о том, что я заслужил право быть здесь.

Пустяк перевёл взгляд с тосторонца, или кем бы он там ни был, на агента. Очевидно, этот Даркли — сумасшедший. Сумасшедшие люди опасны. Пустяк принялся в уме определять расположение острых предметов и сопоставлять их с местоположением этого Даркли.

— Ладно, — согласилась агент. — Роберт, и в самом деле, родился в Этосторонье, но вырос он в Тосторонье. Сейчас он помогает нам выследить дворфа Румпельштильскина, который два дня назад сбежал из Башни. Гномы нас защищают. Мы хотели бы знать, встречал ли ты Румпельштильскина за последние двадцать четыре часа?

— Да, — поспешно ответил Пустяк.

— Что ж, это было несложно, — сказал Роберт.

— П-п-послушайте, я вам всё расскажу, только пообещайте, ч-что сразу же уйдёте, и пусть гном уберёт эту острую ш-штуку.

— Принимаю твои условия, — сказала женщина-агент. — А теперь, рассказывай.

Голос в голове Роберта согласился, что это было здраво — двигаться вперёд. Нет никаких сомнений в том, что он очень хорошо вписался в Этосторонье. Гораздо лучше, чем в Тосторонье. И из подслушанного разговора он знал, что его отец был где-то здесь, поскольку все говорили о нём в настоящем времени. В его голове роился миллион различных вопросов. Откуда взялся голос в голове? Как ему удалось вылечиться от травмы, нанесённой оборотнем? Кто возглавляет Агентство? Где Джек? Где Румпельштильскин? Что стало с котом, которого он нашёл в гостинице?

— Хорошие вопросы, — сказал голос. — Но тебе следовало бы быть внимательнее.

Пустяк пересказывал всё, что знал, так быстро, насколько мог, дабы посетители поскорее убрались из его дома.

— Д-дворф был здесь вчера днём и п-п-просил создать заклинание поиска для той же девушки, которую и-и-скал почти пятьдесят лет назад.

— Элис Бастинды? — спросила Лили.

— Д-д-да. Откуда вы з-з-знаете?

— Не важно. Почему ты помог ему тогда и сейчас?

— Я был в д-д-долгу перед ним за то, что он с-с-спас мою жизнь, когда я был молод. А сейчас я п-просто испугался.

— Значит, ты успешно создал для него заклинание?

— Д-да. Я с радостью с-с-сообщу вам её местоположение, точно так же, как и д-д-другому агенту.

— Какому другому агенту? — спросила Лили.

— Джеку. У-у-бийце Великанов.

— Это тот самый Джек из «Джек и бобовый стебель»? — удивлённо спросил Роберт.

Лили строго посмотрела на него.

— Простите, — сказал Роберт.