"Фантастика 2023-179". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Рау Александр - Страница 1052

— Давай сверток из багажника! — потребовал Шило, бросив бесполезные попытки оживить мертвый мотор.

Сунув руку за сиденье, я лихорадочно зашарил по полу багажника.

По крыше уже вовсю стучали пули. Толстый металл гнулся под ними, как пластилин, но пока держал.

Проснувшаяся Галя тут же испуганно заревела от грохота сотрясающих кузов попаданий.

— Да быстрее! Че ты возишься?! — нагнетал напарник.

Наконец нащупав, вытащил сверток и сунул в протянутые руки.

— Аккуратней блин! — проворчал Шило, разворачивая брезент и извлекая зеленый цилиндр гранатомета.

От изумления у меня натурально отвисла челюсть.

А Шило умело разложил убойную игрушку и привел в боеготовность.

— Ну че, Рихтовщик, будем живы не помрем, — подмигнул мне напарник. И выдернув из своей кобуры пистолет с длинным глушителем с ловкостью мангуста тут же сунул его в мою подмышечную кобуру.

— Мне уже вряд ли пригодится, а тебе еще авось послужит, — ответил на мой немой вопрос и тут же добавил: — Ща я этого дятла заткну. А дальше придется тебе, братан, пробиваться без меня…

И не позволив мне ничего сказать в ответ, тут же выскочил из машины.

Одновременно с его выходом первая тяжелая пуля пробила крышу гелика и разворотила водительское кресло.

Шило вскинул гранатомет и, практически не целясь, тут же надавил на спусковой крючок. Из-за спины в землю ударила ослепительно яркая в ночи струя пламени, в свете которого я увидел: как разрывается в кровавое месиво прищуренное лицо напарника от попадания тяжелой винтовочной пули.

А через секунду, когда безголовое тело Шила уже лежало на земле, на крыше дома громыхнуло и ураганный снайперский огонь по гелику тут же, как отрезало.

Подхватив ревущую девочку на руки, я распахнул дверь и бросился к мосту. Разбуженная грохотом выстрелов, ночь вокруг ожила. Со всех сторон слышалось до мурашек знакомое утробное рычание. И быстро приближалось.

Твари вышли на охоту.

Да поможет нам Стикс!

Глава 35

Глава 35, в которой превращаюсь в загнанную лошадь и скольжу по краю

От гелика до моста было метров пятьдесят, их я пробежал на одном дыхании. Дальше свободного прохода не было, его перекрыли подоспевшие твари. Пришлось прорываться с боем.

Шестеро бегунов, заходя с разных боков, отрезали все пути к бегству. Еще целая толпа наступала на пятки сзади и не позволяла замедлять ход ни на секунду. Но больше всего потрясло лобовое столкновение с тройкой бегунов, бросившихся мне наперехват со стороны моста.

Вот скажите на милость, чего аж три твари забыли на пустом полуразрушенном мосту ночью? Такое впечатление, будто спецом по мою душу эти гаврики несли здесь вахту на сторожевом посту. Патруль из зараженных — охренеть! Даже гадать боюсь, кто их сюда поставил.

Хоровод мрачных мыслей пронесся в голове быстрее пелотона Формулы-1. Побуждая к началу активных действий, над ухом сиреной взвыла заметившая тварей Галя. Я вскинул заранее извлеченный из кобуры пистолет и надавил на курок. С первым же сухим щелчком выстрела терзающие сознание сомнения сгинули прочь. Я вступил в бой. Понеслось!..

По трем «патрульным» до столкновения успел отщелкать пять патронов. И только раз промахнулся. Но и завалить смертельным ранением в сердце смог только одного. Первый из везунчиков благополучно пережил попадание в голову — пуля чиркнула черепушку по касательной и лишь контузила тварь. Третий бегун, показав чудеса изворотливости, почти успел уклониться от двух выстрелов в упор и, вместо сердца, получил по пуле в правое плечо и в левый бок. Обе раны, к сожалению, не сильно поумерили его прыть, и именно он первым сошелся со мной в рукопашную.

— Галя, держись! — успел крикнуть я визжащему ребенку.

Почувствовал клещом вцепившиеся в шею детские пальчики и, рухнув на колени, поднырнул под выброшенной наперехват когтистой пятерней. Тут же вскочив обратно на ноги, от души приложил рукоятью пистолета по багровому споровику проскочившей мимо твари.

— Минус два, — открыла счет моим победам Шпора.

А я в высоком прыжке уже уходил от столкновения с раненым в голову. Контуженный бегун попытался достать меня броском в ноги, и у твари почти получилось. Его когти чиркнули по подошве правого ботинка, словно бритвой срезов кусок каблука и совсем чуть-чуть не дотянувшись до ступни.

Пролетая над тварью, пальнул в затылок и услышал довольный голос наставницы:

— Минус три!

Разбираясь с троицей «патрульных» невольно пришлось снизить скорость бега. И преследователи не преминули этим воспользоваться.

Спину прострелило вспышкой боли от когтей самой шустрой твари. Лотерейщик дотянулся на излете прыжка и царапины вышли неглубокими, но чертовски болезненными. Не знаю, в какой помойке копался зараженный до моей спины, но по моим ощущениям когти его были от души вымочены в скипидаре. Я просто взвыл от боли.

К счастью повторного удара в открытую спину не последовало. Лотерейщик неудачно приземлился на труп бегуна, оступился и навернулся мордой в асфальт.

Услышав сзади грохот падения, рискнул на бегу развернуться, и выпустил пару пуль в удачно подставившийся споровик твари.

Первая бестолково отскочила от защитного гребня. А вторая угодила точно в цель. Уже начавшийся снова подниматься лотерейщик, как подкошенный, рухнул обратно на асфальт и забился в агонии.

— Минус четыре! — ликующий голос Шпоры в голове зафиксировал очередную победу и неожиданно добавил: — До провала двести пятьдесят метров! Рихтовщик, я верю в тебя! Поднажми!

— Моя спина! — простонал я, при обратном развороте ощущая, как из растревоженных и горящих огнем царапин ручьями хлещет кровь.

— ААА!.. — вторила сиреной заливающаяся на шее Галя.

Дальше жаловаться наставнице на судьбу-злодейку помешали сразу двое зараженных. Забежавшие с боков бегуны практически одновременно бросились наперехват.

Спасая девочку, пальнул в левого. Угодившая в плечо пуля отбросила тварь назад, под ноги урчащей толпе.

На прыжок правого среагировать я уже не успевал, поэтому инстинктивно вбил правый локоть в раззявленную пасть.

Тварь тут же сомкнула капкан акульих зубов. Сходу порвать толстый рукав ей не удалось, но защемило руку знатно. Один из зубов надавил какую-то особо болючую точку, и пальцы разом онемевшей руки разжались сами собой. Я едва успел подхватить занятой ребенком рукой вываливающийся пистолет.

К капкану зубов на руке через мгновенье присоединились две лапы. От острых когтей твари рукав куртки, увы, защитить не смог. Затрещала шутя раздираемая ткань, брызнула кровь. Просто чудо, что бегуну в этот момент не пришло в голову завалить меня на асфальт. Ослепленный вспышкой боли, я пару секунд находился полностью во власти прилипалы. Если б он тогда меня завалил, накатившаяся следом толпа без шансов тут же порвала бы нас с девочкой на части. Но зараженный, видимо не желая делиться с собратьями добычей, предпочел бежать справа и на ходу терзать зажатую в пасти руку.

Нормально прицелиться и выстрелить в тварь мне мешали сразу два обстоятельства: своя парализованная болью рука, закусив которую, зараженный очень удачно за ней укрылся, как за щитом, и забившаяся в истерике от столь близкого соседства с бегуном девочка, от отчаянных попыток вырваться которой рука с пистолетом ходила ходуном.

Шанс пальнуть представился, когда бегуну надоело в холостую жевать рукав, и он решил переместить челюсти на прорубленную когтями прореху рядом. Стоило ему на мгновенье приподнять башку, и я тут же выстрелил. Повезло. Галя, будто почувствовав важность момента, притихла аккурат перед выстрелом. Пуля вошла точно твари в глаз.

Отброшенный выстрелом смертельно раненый бегун покатился по асфальту к перилам моста.

— Минус пять и шесть! — констатировала Шпора. — До провала полторы сотни метров.