Профиль незнакомца - Уильямс Аманда Кайл - Страница 19

– Привет, подруга, – сказала она и протянула мне со своего стола пару папок, которые оставили для меня адвокаты.

Дайана Пауласкас была моей подругой еще в колледже и держала меня в курсе политики офисов по адресу: Пичтри-стрит, 303. Она жуткая сплетница, но именно благодаря ей у меня теперь есть работа в такой фирме, как «Гусман, Смит, Олдридж и Хейз». Она подсовывала мою визитку в каждую папку и офис на пяти верхних этажах, и когда адвокат просил порекомендовать ему частного детектива, Дайана называла мое имя, как если б я была золотым стандартом. Она могла выпить по два джина с тоником на каждую из моих клубных газировок и никогда не лезла за словом в карман. Дайана Пауласкас была из тех людей, что всегда скажут вам правду, когда вы их об этом не спросите.

– Что новенького по части личной жизни? – спросила она.

Я закатила глаза, как будто была выше такого рода вещей.

Дверь в кабинет Маргарет открылась. Мы с Дайаной тотчас затаили дыхание. Когда Маргарет Хейз входила в комнату, люди, казалось, таяли, как желатин в кипятке, и мы не были исключением. На каблуках она была более шести футов ростом, ниспадающие ниже плеч волосы с рыжими прядями выглядели, как гребаная реклама «Лореаль». В общем, она была шикарна.

– Пожалуйста, входите, Кей, – тепло сказала Маргарет и пожала мне руку. Она всегда пожимала мне руку и всегда настаивала на том, чтобы говорить со мной лично. Другие адвокаты обычно ограничивались тем, что, торопливо набросав кое-какие инструкции, оставляли для меня папку на столе Дайаны. Но только не Маргарет.

– Кстати, спасибо за прекрасную работу по делу Штубарта, – сказала она и провела меня к стулу в зоне отдыха своего огромного кабинета. – Вы снабдили меня такой ценной информацией, которую можно использовать против свидетелей обвинения, что дело даже не дойдет до суда. Я кое-что отправила вам в офис.

– В этом не было необходимости, но спасибо. Чудесная корзина. Мы были в полном восторге, – солгала я. Я уже отдала фрукты Чарли.

Маргарет улыбнулась, села на стул рядом со мной и скрестила длиннющие ноги.

– Вижу, вы сумели оформить документы на Лабрека. Легко ли было вручить ему повестку?

Я пожала плечами.

– Было бы труднее, не будь мы в церкви.

Маргарет кивнула.

– Этого я и боялась.

– Малоприятный тип.

– Вел себя агрессивно?

Я показала ей синяк на запястье.

– Еще буду чувствовать это день или два.

Ее ноздри слегка раздулись.

– Жена этого человека – подруга моего друга, и она попросила меня о помощи, – объяснила Маргарет. Это было не то дело, за какие она обычно бралась. На этом этапе своей карьеры она могла выбирать из длинного списка желающих. Ее офис с окнами на вершине сверкающей офисной башни в центре города был свидетельством ее успеха.

– Он какое-то время издевается над женой и ребенком. Запретительный ордер – это только первый шаг. Я вручила его одному из наших адвокатов. Надеюсь, жена доведет дело до конца и подаст на развод. Извините, что он распустил руки. – Маргарет встала и подошла к своему столу. – Если я правильно помню, вы любите диетическую «Пепси», верно? – Она нажала на кнопку интеркома. – Дайана, не могла бы ты найти для Кей диетическую «Пепси»?

– Конечно, – услышала я бодрый голос Дайаны.

Несколько минут я читала бумаги, которые мне вручила Хейз, и наконец подняла глаза.

– Вы взяли клиента, который выстрелил в своего босса двадцать три раза?

Маргарет кивнула.

– Мы будем настаивать, что это было сделано в целях самообороны.

– Понятно.

– Его босс тот еще громила, и мой клиент опасался за свою жизнь. Вся их компания – сборище головорезов. Большинство вооружены. Компания по эвакуации автомобилей. Очень крутые парни.

В дверь кабинета легонько постучали. Улыбаясь, вошла Дайана и протянула мне стакан «Пепси» со льдом. И тотчас увидела бумаги в моей руке.

– Смотрю, ты листаешь дело этого водителя эвакуатора? Вам будет нелегко найти беспристрастных присяжных. Все в городе просто ненавидят эвакуаторщиков…

– Спасибо, Дайана, – прервала ее Маргарет и, поправив на своем столе стопку бумаг, вручила их своей ассистентке. – Похоже, это все.

– Разумеется, – с улыбкой ответила Дайана.

Я посмотрела ей вслед, затем вновь повернулась к Маргарет.

– Итак, он выстрелил в него из «Глока-девятки» двадцать три раза? Значит, он должен был перезарядить пушку. Что подразумевает спокойствие и осознанное намерение, а не испуг.

Тонкая улыбка.

– Вот почему вы нужны мне, Кей. Вы понимаете трудности, с которыми мы сталкиваемся. А теперь идите и найдите хоть что-то страшное и пугающее на босса моего клиента. У нас есть три месяца на подготовку. Жду от вас результат в течение следующих четырех недель.

Я встала, сделала глоток диетической «Пепси», поставила стакан на стеклянный столик рядом со своим стулом и подошла к столу Маргарет.

– Я могу оставить эту информацию у себя?

– Да. Это ваш экземпляр.

Я взяла с ее стола фотографию в рамке и рассеянно посмотрела на нее. Это была пара в купальных костюмах. Мужчина держал на руках маленькую девочку с глазами Маргарет. Они были на палубе корабля, оба красивые и очень загорелые. Женщина показалась мне особенно знакомой.

– Вы и ваши родители? – спросила я.

– Да, вот это были деньки, – сказала Маргарет и улыбнулась. – Мне тогда не нужно было работать.

– Красивая семья. – Я вернула фотографию на место и попыталась поставить ее точно так же, как она стояла до этого. Маргарет уже перешла к другой толстой стопке бумаг на ее столе.

– Поговорим через пару недель, хорошо? – сказала она, не поднимая глаз.

Дайана остановила меня на выходе. Она уходила с работы, чтобы встретиться с Нилом и Чарли у меня в офисе и посмотреть что-то на большом экране, и хотела знать, когда я присоединюсь к ним. Мой офис был местом сбора для всех нас, особенно во время бейсбольного сезона – для меня, Раузера, Дайаны, Нила и Чарли. Я подумала о телевизоре, установленном моими дизайнерами, 72-дюймовом жидкокристаллическом рабе любви, который с помощью пульта дистанционного управления опускался со стропил на бесшумной серебристой лебедке.

– Не могу, – сказала я ей.

Я хотела найти Раузера. Мне не терпелось вернуться в комнату «военного совета». Наверняка поступили новые отчеты с деталями повторных допросов по делу Уишбоуна, и уже явно начались звонки по анонимной линии. Это был второй день поисков Дэвида, два дня с того момента, как было получено письмо с угрозами убить его. Раузер и его детективы сбились с ног и пребывали в полном отчаянии. Они прошерстили автомобили и записи телефонных разговоров в поисках людей по имени Дэвид и даже пытались связаться с ними – библейское имя в южном библейском поясе и районе с населением в почти пять миллионов человек. Три дня, лейтенант. Тик-так. Если письмо было правдой, у нас оставалось двадцать четыре часа. Места для оптимизма было не слишком много.

– Я кое с кем встречаюсь, – сказала мне Дайана. – Это серьезно.

– Прекрасно, – сказала я, а про себя подумала, что у Дайаны вечно все серьезно. Она влюблялась быстро и по уши, была слишком липучей и ласковой, и слишком доступной, и в конце концов оставалась с разбитым сердцем. Я посмотрела на часы. – Я позвоню тебе через пару дней. Обещаю. Хочу услышать все об этом.

Глава 12

Было почти два часа ночи. Раузер включил мигалку, но сирену врубать не стал – незачем будить аборигенов. Мы съехали с Пичтри в Бакхед и свернули на Пьемонт-роуд, молча направляясь к месту нового убийства. Жертва мужского пола, найден лицом вниз, с видимыми следами укусов и ножевыми ранениями. Окна «Краун Вик» были опущены, теплый воздух трепал нам волосы, пищащий полицейский сканер создавал странную фоновую музыку. В мигающем голубом свете суровый профиль Раузера выглядел как нечто сошедшее с комиксов про Дика Трейси. Все казалось каким-то нереальным. Место преступления, когда оно свежее, – бесценный инструмент. Увидеть его таким, каким его оставил убийца, понюхать, ощупать, выслушать его историю. В отличие от свежей сцены, фотографии с места преступления редко способны ошеломить вас первыми впечатлениями и подсознательными ассоциациями. И они никогда не дают вам ощущения ракурса, расстояния, пространства. Однако времени всегда недостаточно. После обнаружения преступления ландшафт сцены начинает меняться безвозвратно. Включается свет, улики упаковываются в пакеты, начинает циркулировать воздух, тело потревожено. Мелкие улики собраны, но некоторые уносят с собой потоки воздуха.