Избранное (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 1559

— Что это у вас за новости накануне нового учебного года? — спросил Снейп сзади, и она резко обернулась.

— Добрый вечер, для начала.

— Допустим. Так что у вас, Долорес?

Вместо ответа Марина Николаевна сунула руку в карман и протянула Снейпу на ладони золотой медальон.

— По-моему, это то, что мы ищем, — негромко сказала она, а он осторожно, самыми кончиками пальцев коснулся изумрудной змеи и тут же отдернул руку.

— Где вы его взяли?

Марина Николаевна объяснила.

— Вы пытались его открыть?

— Нет. Очень хотелось, но… я его боюсь, — честно призналась она. — И в одиночку просто не рискнула что-либо с ним проделывать. Вдобавок, даже если бы я его открыла, что дальше? Клыки василиска-то вы присвоили!

— Не присвоил, а… — он осекся и вздохнул. — Ну да, присвоил. Но, Долорес, если и пытаться проделать что-то с этой штуковиной, то не здесь. Боюсь, лорд может почувствовать, если кто-то попытается разрушить его крестраж, а тогда…

— Тогда нам не поздоровится, — поёжилась Марина Николаевна. — Где тогда? В Хогвартсе?

— Хотя бы…

— Северус, — произнесла она, разглядывая медальон, — как думаете, это может быть вещь Слизерина? Змея точно такая же, как в Тайной комнате.

— Это еще ни о чем не говорит. Не всё, на чем имеется герб Слизерина, принадлежало именно ему. Хотя… я не стал бы отрицать такую возможность.

— А еще вы сказали, что лорд выбирал для создания крестражей значимые, ценные, неповторимые вещи… — протянула она. — И если это — медальон Слизерина, то, может, он и другие реликвии Основателей использовал?

— Они ведь числятся утраченными. Все, кроме меча Гриффиндора — он хранится в школе. И сомневаюсь, что лорду удалось до него добраться.

— Но он мог найти другие вещи. Что там было? Чаша Хельги Хаффлпафф и диадема Ровены Рэйвенкло? А может, не именно реликвии, а просто что-то, связанное с Основателями?

— Гадать можно до бесконечности, но эта идея не хуже прочих, — вздохнул Снейп. — Проблема в том, что мы не представляем, где искать остальные.

— Два остальных, — напомнила Марина Николаевна. — Змея ведь при хозяине, вы говорили.

О Поттере она предпочла умолчать: проблемы следовало решать по мере их поступления.

— И один из них, возможно, хранится…

Снейп вдруг шикнул, указал палочкой на стену за ее спиной, и в ней распахнулась потайная дверь, открывая узкую лестницу, на которой замер маленький человечек.

— Как ты, очевидно, догадался, Хвост, у нас гости, — лениво произнес Снейп.

Сгорбившись, тот сполз с последней ступеньки и вошёл в комнату. У него были маленькие водянистые глаза, заострённый нос и неприятная улыбка. Левой рукой он поглаживал правую, словно затянутую в блестящую серебряную перчатку.

— В последнее время он повадился подслушивать под дверью, — пояснил Снейп. — Понятия не имею, с чего бы вдруг… Тебе, кажется, велено было оставаться в спальне?

— Я подумал… подумал… может быть, гостья захочет выпить? — голос у человечка оказался писклявым.

— Поди прочь, — велел ему Снейп, а когда тот повернулся спиной, резко взмахнул палочкой, и человечек замер в нелепой позе. — Сейчас, Долорес, я переправлю его наверх и подчищу память. Пусть поспит. Видеть вас ему вовсе не следовало… и уж тем более слушать наш разговор.

— А кто это? — спросила Марина Николаевна, когда он вернулся и брезгливо отряхнул руки.

— Вы же слышали — Хвост.

— Еще один Мародер? — сообразила она.

— Да, Питер Петтигрю, якобы покойный. Он помогал лорду вернуть физическое тело в прошлом году, за что и был отмечен… Видели его руку?

— Плоть слуги… — пробормотала Марина Николаевна. — Но здесь-то он что делает?

— Шпионит за мной, очевидно, а заодно отлынивает от более опасных заданий, — пожал плечами Снейп. — Хотя официально — помогает мне. Толку от него никакого, если честно.

— Как всё перемешалось, — невольно произнесла она. — Двое Мародеров в Ордене Феникса, один — в стане Темного лорда, вы… вообще двойной агент. Сумасшествие, да и только!

— Да, я иногда ощущаю себя, будто на безумном чаепитии у Шляпника, — хмыкнул он. — Кстати, чаю не хотите?

— Если посуда у вас в таком же состоянии, что и комната, то не хочу, — пробормотала она. — И не отвлекайтесь. Что будем делать с медальоном?

— Полагаю… — начал было Снейп, но вдруг насторожился. — Тихо! Сюда кто-то идет… Быстро, в ту дверь, и не шумите! Если что, там есть выход…

— При мне Летти, — напомнила Марина Николаевна перед тем, как потайная дверь захлопнулась. — Летти?

— Да, мадам?

— Замаскируй меня как следует. А то вдруг гости смогут заметить обычные чары… Оставайся рядом и тс-с-с…

— Сделано, мадам… — едва слышно отозвалась домовушка.

Марина Николаевна прислушалась.

Во входную дверь постучали, потом еще раз, резко и нервно. Потом, видимо, Снейп открыл и узнал гостей, потому что воскликнул:

— Нарцисса! Какой приятный сюрприз!

— Северус, — натянуто шепнула женщина. — Мы можем поговорить? Это срочно.

— Конечно. Проходи.

— Снейп, — прозвучал второй женский голос.

— Беллатриса, — ответил он. Дверь закрылась.

Марина Николаевна зажала себе рот. Беллатриса Лестрейндж? Здесь?!

Судя по шорохам, гостьи рассаживались.

— Итак, чем могу быть полезен? — спросил наконец Снейп.

— Мы… Мы одни, надеюсь? — тихо спросила Нарцисса.

— Да, разумеется. Ну, Хвост тоже здесь, но мы ведь не будем считать грызунов, правда?

— Северус, прости что заявилась сюда вот так, но мне нужно было тебя увидеть, — быстро и тихо заговорила Нарцисса. — По-моему, только ты можешь мне помочь…

— О чем ты?

Она глубоко, судорожно вздохнула и начала сначала:

— Северус, я знаю, что не должна быть здесь, мне сказали никому ничего не рассказывать, но…

— Так придержи язык! — рявкнула Беллатрисса. — Тем более в такой компании!

— В какой компании? — язвительно спросил Снейп. — Как мне это понимать, Беллатрисса?

— Так, что я тебе не доверяю, Снейп, и тебе это прекрасно известно!

Раздался звук, напоминающий сдавленное рыдание.

— Нарцисса, я думаю, нам следует выслушать, что там так распирает Беллатриссу, иначе она так и будет перебивать, — спокойно произнес он. — Ну, продолжай, Беллатрисса. Почему это ты мне вдруг не доверяешь?

— Сто причин! — воскликнула она, чем-то грохнув. — С чего начать? Где ты был, когда пал Тёмный лорд? Почему никогда даже не пытался найти его, когда он исчез? Что ты делал все эти годы, живя у Дамблдора за пазухой? Почему помешал Тёмному лорду добыть Философский камень? Почему не вернулся сразу, как только Тёмный лорд возродился? Где ты был несколько недель назад, когда мы сражались, добывая пророчество для Тёмного лорда? И почему, Снейп, почему Гарри Поттер ещё жив, хотя пять лет он был в твоей власти?

— Ну что ж… — после паузы произнес Снейп. — Прежде чем я тебе отвечу — о да, Беллатрисса, я собираюсь ответить! Можешь передать мои слова всем тем, кто шепчется за моей спиной и разносит сплетни о моей измене Тёмному лорду! Прежде чем я тебе отвечу, позволь, я сам спрошу тебя: ты в самом деле думаешь, что Тёмный лорд не задал мне в точности те же вопросы, каждый из них? И ты в самом деле думаешь, что если бы я не смог дать на них исчерпывающих ответов, я бы сидел здесь и разговаривал с тобой?

— Я знаю, что он тебе верит, но…

— Думаешь, он ошибается? Или я его одурачил? Обвёл вокруг пальца Тёмного лорда, величайшего мага, самого совершенного мастера легилименции, какого видел мир?

«Решайся, — сказала сама себе Марина Николаевна, — сейчас или никогда!»

Было страшно интересно услышать, что скажет Снейп, чтобы переубедить Беллатрису, но…

— Ты спрашиваешь, где я был, когда пал Тёмный лорд? — продолжал он тем временем. — Я был там, где он приказал мне быть — в Хогвартсе, потому что он хотел, чтобы я шпионил за Альбусом Дамблдором. Ты, полагаю, знаешь, что этот пост я занял по приказу Тёмного лорда? Ты спрашиваешь, почему я не предпринимал попыток найти его, когда он исчез? По той же причине, что и многие другие не пытались его искать. Я думал, ему конец. Гордиться нечем, я был не прав, но это так… Если бы он не простил тех, кто в тот момент потерял веру, у него осталось бы очень немного последователей.