Избранное (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 1534

— А что вы собирались мне показать? — спросил Снейп, надевая мантию.

— Палочки для тренировок, — ответила она и вынула из принесенной с собой сумки несколько штук. — Близнецы Уизли торгуют игрушечными палочками, которые то превращаются во что-нибудь, то улетают… Я дала им творческое задание вместо отработки за хулиганство, и они постарались на славу. Глядите…

Идея была проста: каждому заклятию соответствовал луч определенного цвета. Если он попадал в противника, на том оставалось пятно. Все равно, что пейнтбол, только волшебный!

— Я подумала, что настоящими заклинаниями друг против друга им орудовать еще рано, — сказала Марина Николаевна. — Одно дело манекен, ему всё равно, но если кто-то не рассчитает силу или промажет… Последствия могут быть неприятными и непредсказуемыми. Пускай уж лучше сперва краской постреляют.

— Отличная мысль, — одобрил Снейп, опробовав тренировочную палочку. — Только скажите близнецам, что пятна все-таки не должны быть несмываемыми…

— Вот мерзавцы, — улыбнулась она, — скажу, конечно. Будут переделывать, пока меня не удовлетворит результат! Что ж… Спасибо за тренировку, Снейп, и за совет. Завтра проверим ваше самообладание!

— Да уж, после коктейля из Блэка с Поттером мне точно потребуется спустить пар, — буркнул он.

— В смысле? О! То есть визит планируется…

— Да-да. Именно туда. Господи, там ведь еще и Уизли всей толпой! — страдальчески поморщился Снейп.

— А зачем… хотя ясно, — перебила сама себя Марина Николаевна. — Это дела Ордена?

— Да. А у его предводителя, Амбридж, имеется дивная привычка перекладывать самые неприятные обязанности на других.

— Я даже не хочу спрашивать, что именно на вас свалили.

— Сущую мелочь — обучение Поттера окклюменции. И сообщить ему эту радостную весть должен я собственной персоной, — Снейп сморщил нос. — Представляете, как это его обрадует?

— Ну… Поттер вас, мягко говоря, недолюбливает, — дипломатично произнесла Марина Николаевна, — да и вы его тоже. Слушайте, Снейп, а зачем ему окклюменция в таком возрасте?

— Амбридж, ну вы же…

— Стоп! Поняла, — перебила она. — Эта его странная связь с Волдемортом? Если Поттер чувствует, что тот делает, о чем думает, возможно и обратное? Директор опасается, что тот каким-то образом сможет повлиять на мысли Поттера?

— Именно. А еще, Амбридж, я более чем уверен, что никакого проку от этой затеи не будет, — сказал Снейп. — Потому что Поттер меня боится и не верит мне, а для обучения окклюменции необходимо хотя бы минимальное доверие между учеником и учителем!

— Отчего же Дамблдор сам не возьмется за это?

— А вы подумайте.

Марина Николаевна помолчала, потом сказала:

— Если Волдеморт способен заглянуть в мысли Поттера, и если в это же время там окажется директор, то… Волдеморт сумеет узнать тайные помыслы и планы Дамблдора? Этого опасается директор?

— Если я правильно понял его оговорки — именно этого.

— Ясно… — она помолчала. — Снейп, а почему вы вообще так со мной разоткровенничались? Я все-таки человек Фаджа…

— Амбридж, после того, как мы с вами в четыре руки вытаскивали Блэка из камина и насильно поили веритасерумом, а потом отпустили с миром, я не верю в то, что вы человек Фаджа, — серьезно ответил он. — Я вообще не понимаю, кто вы и какую игру ведете. Я не представляю, какая четвертая сила может вмешаться в эту большую игру, но враждебной она мне не кажется. Вы явно не на стороне Темного лорда и не на стороне Дамблдора. Министр — ваше прикрытие, не более того. Значит, вы преследуете собственные цели либо же выполняете задание кого-то, кто до сих пор остается за кулисами… Но кто это может быть, я не представляю.

— А может, там никого и нет? Просто игра теней? — улыбнулась Марина Николаевна. — Знаете такую забаву? Тень даже крохотной фигурки может показаться громадным монстром…

— Амбридж, знали бы вы, как я ненавижу иносказания, — поморщился Снейп. — Ну ладно, время уже позднее, так что… пойду и попытаюсь выспаться перед завтрашним визитом.

— Удачи, — искренне сказала она. — А я опробую бассейн. Не желаете?

— Нет, спасибо, я плавать не умею, — фыркнул он. — Разве что по-собачьи.

— Как угодно, — Марина Николаевна взяла свою сумку. — В таком случае, до завтра. Сообщите, когда вернетесь и немного остынете, хорошо?

Снейп молча кивнул, распахнул перед нею дверь зала, а потом неожиданно произнес:

— Амбридж, я знаю, что у дам неприлично спрашивать о подобном, но всё-таки… сколько вам лет? Вы упомянули, что застали Люпина, что тоже учились на Слизерине, но я вас не помню.

— Вы не поверите, я вас тоже… почти, — усмехнулась она. — А так-то, Снейп, я на два года моложе вас.

— Вы шутите!

— Не думаю даже. Что вы меня не помните, не удивительно, вряд ли вы обращали внимание на невзрачных младшекурсниц. Вы же сами сказали, что были увлечены Темными искусствами, помните? Какие уж тут девушки…

— Мне почему-то всегда казалось, что вам изрядно за пятьдесят, — деликатно, как обычно, пробормотал Снейп.

— Значит, план удался, — ответила Марина Николаевна и пояснила: — На службе в Министерстве невыгодно выглядеть тонкой-звонкой девочкой, это не солидно. Вот и пришлось выбрать себе такой имидж… Ну и, опять же, начальство под мантию не лазило.

— Занятно, — только и сказал Снейп, после чего распрощался.

Марина же Николаевна вздохнула и в самом деле отправилась в бассейн — поплавать в свое удовольствие, пока в школе почти нет учеников!

Следующая тренировка, к вящему удивлению Марины Николаевны, закончилась для нее не вовсе уж позорно.

— Проклятые эмоции, — сказал Снейп, стирая с плеча красное пятно (они решили опробовать тренировочные палочки). — Всю жизнь из-за этого страдаю. Жаль, нельзя их ампутировать к чертовой матери!

— Гм… может, просто нужно вовремя давать им выход? — осторожно спросила она, тоже отчищая одежду, сплошь усеянную цветными кляксами.

Изобретение близнецов Уизли было стойким и так просто не поддавалось, пришлось звать Летти.

— Ну вот, сегодня так и получилось, немного полегчало… Надеюсь, меня хватит до послезавтрашнего вечера — я должен буду дать Поттеру первый урок, понимаете ли.

— Верно, завтра ведь приезжают ученики… Кстати, а как там Блэк? — спросила Марина Николаевна, чтобы немного разрядить обстановку.

— Сидит, будто пыльным мешком стукнутый, — непосредственно отозвался Снейп. — И пускай сидит, меньше проблем. Хорохорился, правда… Мол, обижу Поттера, дня не проживу… ну так кнат цена его словам!

— Снейп, а обучать окклюменции в самом деле настолько неприятно, или дело именно в Поттере? — подумав, спросила она.

— И то, и другое. Но поначалу неприятно будет обеим сторонам вне зависимости от личности. Хотите попробовать?

— О нет, увольте! — подняла она руки. — Я слышала, вы сильный легилимент, и вовсе не желаю вступать с вами в близкий ментальный контакт!

— Есть, что скрывать, Амбридж? — поднял он брови.

— Разумеется. Думаю, как и вам. И вообще, говорят, это сродни изнасилованию в мозг.

— Очень точное определение, — кивнул Снейп. — И, повторюсь, удовольствие для обеих сторон сильно ниже среднего. Но что поделаешь… Ну, мне пора. Вы, полагаю, снова в бассейн?

— Да, самое милое дело перед сном — успокаивает, — улыбнулась Марина Николаевна. — Снейп, постойте, у вас еще вот здесь пятно…

— Где?

— Справа за ухом, в волосах… Вот, — она ткнула пальцем. — Летти, убери.

— А какого цвета?

— Красно-оранжевое, это у нас Ступефай.

— Ого… — протянул он. — Можно считать, что сегодня вы победили, Амбридж.

— Почему?

— Потому, что случись это в бою, я, скорее всего, уже был бы мертв. И не потому, что мне Ступефаем бы мозги отшибло, хотя и не такое случается… — Снейп помолчал, потом произнес: — Бояться нужно не столько Авады и боевых заклятий, сколько самых простых. Вроде вот этого. Представляете, что с вами будет, если посреди боя всех со всеми вы вдруг замрете неподвижно?