Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 1426

– Не трепыхайся! – велел я, поднявшись выше и почти опустившись ему на спину. – Закрой глаза и слушай меня, не то погибнешь! Понял?

Игирид коротко фыркнул, в смысле – понял, и я почти лег ему на спину, взявшись когтями за плечи.

– Расслабься. Ну же! Не бойся – начнешь падать, я тебя подхвачу…

Тут я солгал, конечно: удержать такую махину мне не под силу, даже если Фергия поможет. Ну если только Игирид в человека превратится, но это тоже… лови его в темноте в бурных волнах!

Мышцы под моими когтям были тверже камня – похоже, Игирида свело судорогой от испуга. Пришлось вцепиться сильнее, продираясь сквозь броню, – удивительно, у такого огромного дракона она оказалась не настолько прочной, как у меня самого, – и боль возымела дело. Игирид дернулся и провалился вниз, снова судорожно заработал крыльями, пытаясь удержаться в воздухе…

Он совершенно не чувствовал ветер, и как с этим быть, я не знал.

– Эйш! Держитесь за него, не отпускайте! – услышал я голос Фергии. – И не пугайтесь, если что! Ваше дело – держаться на крыле, а я попробую…

Кажется, я понял, что она затеяла: мы же совсем недавно вошли… гм… в очень близкий контакт, и по следу этой связи можно было снова добраться до разума Игирида. Моим посредством, конечно, не напрямую же!

Что ж, высоких скал кругом не было, разбиться мне не грозило, лететь – тем более в открытое море – я мог и вслепую, как не раз делал ночью и в дождь, а потому закрыл глаза и постарался ни о чем не думать. Признаюсь, это было сложно: казалось, будто что-то прорастает сквозь мое тело, тонкие нити тянутся от загривка через лапы к когтям – я даже передвинулся так, чтобы держать Игирида не за плечи, а ближе к затылку. Это было не так сложно – могучая шея у него оказалась короче моей…

Со стороны, наверно, это выглядело так, будто два дракона яростно борются в воздухе, но наблюдать за нами было некому. А если кто и разглядывал ночное море, то вряд ли различил угольно-черного Игирида, да и я должен был показаться проблеском зарницы или чем-то в этом роде.

«Ты же умел летать по-настоящему! – подумал я. – Ты сумел выбраться из потока и броситься туда, в пекло! Почему же теперь едва шевелишь крыльями?»

Картина эта стояла у меня перед глазами: внизу огонь, наверху – чистое, горячее голубое небо: если не двигаться, восточный ветер понесет к побережью, к спасительной воде, к большой воде, в которую никогда не сунется убийца семьи… Но Игирид вдруг складывает одно крыло и винтом – я так не умею! – падает вниз, вниз, в огонь… И во второй раз он сам нашел дорогу к морю, израненный, едва живой – поднялся ввысь и добрался!

«И чуть не утонул, – мелькнуло в голове. – Да, именно этот страх его и держит, а вовсе не страх высоты».

– Отпусти! – рявкнул я, хотя осознавал, что Фергия меня не поймет.

Оставалось только одно, и я… да, взбрыкнул, как зловредная кобыла Даджи, выбрасывая всадницу из седла, – Фергия с коротким воплем канула в темноту…

Я искренне верил в то, что она не разобьется и уж тем более не утонет. Ведьмы вообще не тонут, не так ли? Ну а какой счет мне предъявит – дело десятое, сейчас я об этом не думал, я волок Игирида дальше в море. Сил не хватало, он сопротивлялся, а я все-таки не очень сильный дракон… зато упрямый, как говорит Аю. Не был бы таким – не сумел бы спасти ее «аяйку» и заполучить саму Аю в жены. Может, я ленивый, не особенно умный, но вот упрямства во мне хватит на десятерых!

– Смотри! – рычал я, волоча Игирида вперед. Море под нами сияло в звездном свете: небесный Дракон показался уже наполовину, а еще луна… – Смотри, вот она, большая вода!

– Отпусти! – Он бился у меня в когтях, не думая даже о том, что может стряхнуть меня со спины, как осел хвостом смахивает овода. – Отпусти! Нельзя!.. Там смерть! Там…

– Гляди вниз! Кому говорю!

Там, блестящие в лунном свете, мелькали спины дельфинов. В отдалении видны были огоньки – рыбаки вышли на ночной лов. Я же волок и волок Игирида все дальше от берега и выше, выше, хотя сам не понимал, зачем мне это нужно… И что будет, когда мы оба рухнем в воду, а мы неминуемо рухнем: я от усталости, а он с перепугу. Я-то плавать умею в любом обличье, а он? Что я с ним делать буду? Нет, право, нужно учиться колдовать!..

И вдруг утихший было ветер сделался сильнее прежнего, нас подхватило и бросило так высоко, что у меня захватило дыхание, а Игирид, кажется, забыл, что нужно изредка шевелить крыльями. Впрочем, достаточно было немного сжать когти, чтобы он вспомнил, как это делается.

– Так и держись… – хрипло выговорил я. – Я тебя отпускаю.

Он дернулся в панике, но я уже разжал лапы и скользнул чуть ниже, потом описал круг: Игирид держался и не собирался падать, хотя от него веяло ужасом.

– Не напрягай так крылья, – сказал я, – не то быстро устанешь. Просто приляг на ветер, как на ложе, он сам тебя понесет. А когда нужно будет свернуть, тогда уж…

Волшебный вихрь покинул нас – ну так у Фергии силы были не бесконечными, я понимал. Но здесь, наверху, хватало своих ветров, и я показывал напуганному Игириду, как нужно менять направление, выбирать нужный поток, скользить вниз и взмывать вверх, едва пошевелив кончиком крыла… Вспоминал, как меня учил этому отец, думал о том, что сейчас вместо Игирида со мной мог быть мой сын или дочь, и мне было одновременно радостно и горько…

– Его можно догнать? – спросил вдруг Игирид, когда мы забрались так высоко, что дыхание вырывалось из пасти морозными облачками.

Я не сразу понял, о чем он, потом сообразил – о небесном Драконе, конечно же! – и ответил:

– Нет. И до луны тоже добраться нельзя, я пробовал. Но можно лететь вслед, и тогда тебе откроются новые удивительные страны.

– Почему Великая не сказала, что можно так делать?

Игирид нырнул в воздухе, забарахтался, не сразу выправившись, и снова полетел вровень со мной. Здесь мое преимущество в скорости на малых высотах не имело значения.

– У нее спроси, как вернется. А теперь давай-ка вниз, – сказал я, чтобы уйти от неудобной темы. – За мной, скорее!

Я вошел в воду почти без плеска – сказывался опыт, а вот Игирид взметнул целый фонтан брызг, хоть и сложил крылья. И едва не утонул, потому что снова перепугался, но я был начеку – поймал его за загривок и выволок на поверхность, приговаривая:

– Греби лапами, зачем они тебе приставлены, а? А если боишься утонуть, расправь крылья! Видел, как лист на воде плавает? Так и ты…

Одним словом, к рассвету я научил Игирида если не плавать, так хотя бы более-менее пристойно держаться на воде и даже нырять: когда он знал, что дно относительно недалеко, то не боялся. Ну а настоящих океанских глубин, в которые и сама Иррашья, наверно, не рискнет нырнуть, поблизости не было.

А вот взлетать с воды намного сложнее, чем в нее падать, поэтому пришлось мне просить Игирида превратиться в человека, брать его на спину, искать риф, от которого я мог оттолкнуться, чтобы прыгнуть вверх, – я же не гусь, чтобы брать разбег по воде… И лететь к поселку, где ждала злая и мокрая… то есть наверняка уже обсохшая, конечно, но все равно ведь злая Фергия.

Она и ждала – стояла на берегу и грызла орехи, выплевывая скорлупки в прибой, – они напоминали крохотные кораблики во время бури.

– Ну как? – поинтересовалась Фергия, когда я скинул Игирида на камни и оставил лежать. Он блаженно глядел в необычно хмурое сегодня небо. – Налетались?

– Гм… Я вынужден принести извинения, – сказал я и почесал одной ногой другую. – По-другому не получалось, вот я и… Вы не ушиблись?

– А если так, вы что, залечите мне ушибы поцелуем? Могу повернуться нужным местом.

– Может, не надо? Я женат, если вы не забыли…

– Аю не возражает, если вы не забыли, – улыбнулась Фергия, но тут же посерьезнела: – Ну что Игирид? Вспомнил что-нибудь?

– По-моему, нет. Но на крыло встал, это точно. Он почти все это знал, уверен, хотя пробовал, наверно, всего раз-другой под присмотром отца. Я же помню, как меня впервые взяли за облака – думал, умру от страха, и поэтому делал ошибки. Игирид тоже обмирал, но мгновенно вспомнил, что и как нужно делать. Вот плавать он учился разве что на мелководье, но все равно на воде кое-как держится.