Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 1139

Как же быть с этим треклятым злоумышленником? Никаких примет, ну разве что говор у того неизвестного, что приголубил сержанта Зибо чем-то тяжелым по голове, показался мне знакомым. Как-то сильно он напирал на «р» и растягивал «а», в Арастене говорят не так. А ведь где-то я уже слыхала такой акцент…

И тут меня осенило. Ну конечно! Постоялый двор и мой случайный собеседник, уроженец Азоли, маленького, ничем не примечательного княжества! Вот где я слышала такой говор. И еще… О чем мы говорили с тем человеком? Кажется…

Я остановилась посреди улицы, потому что… Потому что моя привычка запоминать все, что может и не может понадобиться, слухи, сплетни и побасенки, на этот раз, кажется, сослужила мне неплохую службу.

Азольский акцент. Азольская присказка «погнал вороного» – сиречь соврал. Преступник с азольским выговором. Вороной конь. Что все это могло означать?

Вернувшись домой, я еще раз подробно осмотрела вейрена, убедилась, что на нем нет и следа клейма, даже и в самом неожиданном месте (помнится, один заводчик был мастером на такие фокусы), что выглядит он заметно лучше, а Аю в нем души не чает.

Наведываться к мастеру Текло было рановато. Он сказал – через недельку, а неделя еще не минула. То есть наведаться-то можно, но что толку, если его приятеля-мага (если он вообще существует в природе) там не будет?

Лейтенанту Зибо тоже еще рановато было приходить в себя. И что мне оставалось делать? Верно, только ждать. А заодно заниматься укреплением защиты дома – бросать на полпути не годилось.

Занимаясь этим делом, я думала о треклятой лошади. А еще о дурацкой присказке азольцев и кое-каких мелочах. И то, до чего я додумалась, показалось мне крайне любопытным…

Глава 12

Версии

В прежние прекрасные времена Лауринь, тогда еще лейтенант, являлся ко мне по первому зову. Теперь же он заставил себя ждать, но оно и понятно: у него появилось множество обязанностей, против одной-единственной – сопровождения судебного мага женского пола. Думаю, он полагал, что это равноценный обмен, и был счастлив.

– Вы не торопитесь, – заметила я, когда Лауринь все же соизволил появиться у меня на дворе. На сей раз он был на сером коне, а не на буланом, и я поинтересовалась: – Что это вы изменили вашему красавцу?

– Буланый ногу поранил, – ответил капитан, хмурясь. – Пришлось взять этого. Тоже неплохой конь, хотя тот лучше.

– Ногу, говорите, поранил… – протянула я. – А как там ваш сержант?

– Пока по-прежнему, – пожал плечами Лауринь. – Маг-медик был утром, сказал, все в порядке. Скоро Зибо сможет говорить.

– Прекрасно, – обрадовалась я. – Лауринь, не коситесь с таким вожделением на дом, обед еще не готов, к тому же Тея готовит заметно хуже Римы. Вы помните Риму?

– Конечно, помню, – ответил он, – но я вовсе не имел в виду…

– А, бросьте, – отмахнулась я. – В этом вы ничуть не изменились. Вы когда ели последний раз? Вчера или позавчера? Правда, раньше такое ваше небрежение собственным здоровьем происходило от полного безденежья, а теперь, надо думать, от большой занятости, не так ли?

– Вы, как обычно, правы, – усмехнулся Лауринь.

– Надеюсь, дурацкие принципы, не позволяющие пообедать у дамы, вы успели растерять? – поинтересовалась я.

– Несомненно, – ответил он, чем весьма меня порадовал. – И все же… могу я поинтересоваться, для чего вы меня вызвали?

– Оторвав, надо думать, от важных дел, – закончила я фразу. – Но наше дело, поверьте, не менее важно… Идемте.

Если Лауринь и был удивлен, когда я провела его на конюшню, он никак этого не выказал.

– Вы сделали, что собирались? – поинтересовалась я по пути.

– Разумеется. – Лауринь стал немногословен, что тоже не могло не радовать. – Из крупных мероприятий, что должны состояться в ближайшее время…

– В самое ближайшее не нужно, – остановила я. – Вы видели, в каком состоянии конь? Его нужно сперва привести в порядок, а на это потребуется не меньше двух недель.

– Тогда… – Лауринь нахмурился. Видно, делать это ему приходилось часто – на лбу залегла глубокая морщина. – Тогда подходит только большой праздничный выезд и гулянья. Но там… – Он усмехнулся. – Там будет весь цвет общества, начиная от Его Величества с придворными магами и заканчивая главами различных ведомств. А если учесть, что охоту могли вести, скажем, не на принца, а на какого-то офицера, то список возможных жертв займет несколько листов.

– О! – улыбнулась я. – Что и требовалось доказать… Лауринь, взгляните сюда. Что вы видите?

– Лошадь, – спокойно ответил Лауринь. Служба в охранном отделении пошла ему на пользу, он уже ничему не удивлялся либо же хорошо делал вид, будто не удивляется. – Если точнее, вороного жеребца вейренской породы, как будто чистокровного.

– Вот именно, – кивнула я. – Я ведь говорила вам, что клейма нет? Я предполагала, что его могли удалить.

– Говорили, – кивнул капитан.

– А если поразмыслить немного иначе? – предложила я. – Лауринь, вы хорошо разбираетесь в лошадях?

– Я не заядлый лошадник, – подумав, ответил он. – Я способен отличить чаррема от тайена, беспородного коня или вейрена… ну, того только слепой не отличит! Пожалуй, пойму, подойдет ли мне лошадь… и то могу ошибиться. Это, пожалуй, все.

– А чистокровного вейрена от полукровки вы сможете отличить? – спросила я. – При условии, что этот полукровка внешне ничем от вейрена не отличается, а если различия и есть, их сумеет обнаружить только специалист?

– Не смогу, – честно ответил Лауринь и покосился на меня. – Вы хотите сказать…

– Я полагала, что клеймо заводчика уничтожили, – сказала я. – Но его, скорее всего, не было изначально, потому что этот красавец – не чистокровный вейрен. Да, похож изумительно, почти один в один, но я, знаете ли, пригласила пару специалистов по этой породе. Переругались они до хрипоты, но в итоге сошлись на том, что лошадь, вероятнее всего, вейреном в строгом смысле этого слова не является.

– Надо же… – Лауринь смотрел на меня без тени улыбки. – И что это означает?

– Это означает, Лауринь, что нас с вами очень красиво прокатили на вороном, – с удовольствием ответила я. Увидела тень недоумения на лице капитана и пояснила: – Это присказка такая азольская. «Гнать вороного» – значит врать. А «оседлать» его – быть обманутым. Удачно я это услышала…

– Да, пожалуй… – Лауринь задумался, потом произнес: – Но я не вижу особой разницы. Что чистокровный конь, что нет, цель, вероятно, была одна и та же. Вряд ли каждый сумеет отличить породистую лошадь с первого взгляда!

– Но если этого красавца собирались всучить кому-то из высокопоставленных персон, – резонно заметила я, – то это было бы не так просто. При них всегда есть опытные люди, отменно разбирающиеся в лошадях, которые отсоветуют покупать коня неизвестного происхождения, как бы красив он ни был. Кстати, именно их я и приглашала для консультации. О, не сомневаюсь, кто-то, особенно если он юн, может и пренебречь советом, но… Вы лучше меня знаете светских людей. Станут они красоваться на беспородной лошади?

– Вряд ли, – хмыкнул Лауринь.

– Вот видите. – Я взяла его под локоть и увлекла прочь из конюшни. Аю с интересом поглядывала на нас из своего угла. – Я полагаю, вы были правы, когда заметили, что этот конь мог предназначаться, к примеру, любому офицеру. Кому-то из тех, кто разбирается в лошадях не более чем на приличном уровне и занимает не настолько высокое положение, чтобы досконально проверять родословную коня. Кто считает, что если лошадь похожа на вейрена, то это и есть вейрен. – Мой палец уперся в грудь капитану. – Например, вам.

– Вы преувеличиваете, – сказал он.

– Отчего же? Насколько мне известно, вы бываете в обществе самых разных персон, в том числе высокопоставленных. Вы хороший наездник, но тут вопрос – кто окажется рядом с вами? И что может произойти? Впрочем, – вздохнула я, – повторюсь, конь мог предназначаться любому офицеру вроде вас… Хотя, конечно, если думать, что целью были именно вы, то версия получается красивая. Но, увы, малоправдоподобная.