"Фантастика 2023-172". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Демиров Леонид - Страница 1042

Лишь теперь он мог позволить себе расслабиться и немного отдохнуть.

Пустыня кажется однообразной лишь тому, кто с ней незнаком. На самом деле она многолика, и каждое место, каждая часть ее пространства имеет свое неповторимое лицо.

На валунах, оставшихся здесь еще со времен ледникового периода, росла колючая трава. Из глубоких расселин длинными лохмотьями выбивались бороды лишайников. Их зеленые флаги, видные издалека, казались чем-то вызывающим на фоне золотистого песка, в течение веков, словно океанский прилив, штурмующего многочисленные круглые валуны, некоторые из которых достигали десятка метров в диаметре.

Когда тень от ближайшего камня отползла в сторону, приоткрыв временное убежище Ротанова, пустынное жаркое солнце глянуло в лицо. И лишний раз напомнило ему о том, что следует поторопиться. Пришлось подняться, запустить двигатель и отправиться в обратный путь.

Однако, прежде чем тронуться с места, он еще раз проверил, хорошо ли замаскировал следы своей деятельности и нет ли в машине автоматического курсографа, запоминающего маршрут. По счастью, на этой старой модели подобных приборов не было. Но всего этого ему показалось недостаточно и, встав ногами на водительское сиденье, он вытянулся во весь рост и осмотрел пустыню во все стороны, до самого горизонта, стараясь подметить в ней хотя бы намек на движение. Но никакого движения не было. Никто и не думал за ним следить.

Возвратившись в дом, Ротанов прежде всего проверил, как чувствует себя Линда. Действие снотворного кончилось, но женщина так и не пришла в сознание. Сон перешел в какую-то форму летаргии, вывести из которой Линду имевшимися в их распоряжении медицинскими препаратами так и не удалось. Это встревожило его, но не слишком сильно. Он ожидал чего-то подобного. Резкое изменение деятельности нервной системы не могло остаться без последствий. Он надеялся, что к концу переезда она придет в себя, в любом случае в колонии ей окажут медицинскую помощь, по крайней мере, он надеялся на это, хотя, если верить Гранту, квалифицированных медиков среди уцелевших колонистов не было.

Сборы не заняли много времени. Пока инспектор занимался поисками места для тайника, укрывшего кровавую жемчужину, его спутники упаковали все необходимые в дороге вещи.

Когда в открытый кузов мобиля уложили дорожные тюки, канистры с водой и пакеты с концентратами, места там осталось совсем немного, а после того, как на заднем сиденье пришлось уложить Линду — четверым мужчинам и вовсе пришлось, что называется, сидеть друг на друге.

Выручало лишь то, что кузов кара был открытым и в нем не было душно, хотя это тоже имело свою обратную сторону. В случае нападения закрытый кузов мог бы им обеспечить дополнительную защиту, теперь же приходилось надеяться лишь на оружие и на собственную меткость. Зарудный раздал из своего оружейного запаса игольники — их оказалось всего два, — небольшие плоские пистолеты, похожие на старинный дамский браунинг. Но эти «игрушки» стреляли реактивными иглами, способными на расстоянии сотни метров насквозь прошить танковую броню.

В магазине каждого пистолета было больше сотни таких игл, но, если приходилось стрелять очередями, этот пистолет был способен опорожнить магазин за пару секунд.

Поэтому Зарудный предупредил Гранта и Хорста, чтобы они ни в коем случае не пользовались автоматической стрельбой.

Себе и Ротанову он оставил обычные пороховые пистолеты, все еще не снятые с вооружения из-за своей высокой надежности и точности. Правда, стрельба из них требовала специальных навыков, зато патронов к этому оружию оказалось более чем достаточно.

Выехали после полудня, как только спала жара. Опасность нападения песчаников увеличивалась по мере продвижения к границе пустыни, но Грант собирался остановиться на ночевку еще до начала по-настоящему опасной зоны и преодолеть последние десятки километров ранним утром, когда эти создания наименее активны.

Его знание обстановки и местности оказалось бесценным — о таком проводнике можно было только мечтать.

Вскоре дом, служивший им надежным и удобным пристанищем на протяжении нескольких дней, исчез из виду. Они двигались строго на запад, постепенно углубляясь в зону прерий. Впрочем, это название было довольно условно, поскольку здешние прерии отличались от пустыни только наличием редкого травянистого покрова, пробивавшегося сквозь все тот же вездесущий песок. Ротанов не мог понять, как местные растения умудряются добывать необходимые им вещества в сухом песке.

Полоса прерий примыкала на западе к горной гряде, останавливавшей потоки воздуха, идущего от океана. Здесь чаще шли дожди, и в глубине почвы местами накапливался довольно значительный запас влаги.

Старая колымага мобиля шла на удивление ровно. Успокаивающе басовито, на одной ноте, гудели мощные электромоторы под полом, и мирный пейзаж вокруг постепенно усыплял бдительность.

Арому не зря посчитали курортной планетой. Ослабленная гравитация, не жаркое нигде, кроме пустыни, но в то же время достаточно теплое солнце, единственный материк, расположенный в экваториальной зоне, где практически не было зимы, — все это позволило отнести планету к разряду курортов первого класса, и, если бы не ее слишком удаленное от Земли расположение, здесь давно бы возвели многочисленные санатории и гостиницы.

Ротанов представил, сколько жизней унесло бы нашествие в этом случае, и подумал, что довольно часто отрицательные на первый взгляд факторы оборачиваются своей противоположной, благотворной стороной.

Облачности в этот тихий и ясный вечер почти не было, и, хотя небольшое зеленоватое солнце стояло достаточно высоко, на небе можно было рассмотреть бледные пятнышки самых крупных и ярких звезд. Ночью на небе Аромы загорался настоящий фейерверк, настолько яркий, что освещения, если небо не затягивали тучи, фактически не требовалось.

Ротанов думал о том, что райский климат Аромы вполне мог приглянуться кому-то еще… До сих пор человечеству не приходилось впрямую сталкиваться с другими гуманоидными расами, но земные экспедиции не раз встречали следы деятельности какой-то весьма развитой в техническом отношении цивилизации.

Автоматические маяки, следы временных лагерей, небрежно оставленные на пустынных планетах, — все это говорило о том, что рано или поздно такая встреча должна произойти, и Ротанову подумалось, что она совсем необязательно окажется дружественной, как предполагали оптимисты в совете Земной Федерации.

Слишком расширилась экспансия землян за последние два десятилетия. Рано или поздно интересы человечества пересекутся с интересами других космических рас. И возможно, именно Арома имела самое непосредственное отношение к этому первому противостоянию.

Во всяком случае, она не приняла людей. Она предоставила им свое море, свой райский климат, свои солнечные пляжи — но она оставалась равнодушной и замкнутой. Она не пустила людей в свои недра, хранила от них свои тайны, и, в конце концов, в лоне ее океана родилось то, что заставило людей отступить далеко в глубь пустыни, отступить лишь для того, чтобы в ближайшем будущем окончательно покинуть эту негостеприимную планету.

Ротанов, притиснутый с одной стороны к борту кузова, свесился с него, чтобы отвоевать себе хоть немного свободного пространства. Если не обращать внимания на ржавый борт с облупившейся краской, то можно было представить, что летишь над поверхностью песчаных холмов, поросших редкими кустиками неестественно яркой травы. Наверно, так видели бы эту местность земные птицы, если бы они здесь водились… И в который раз он стал искать ответ на вопрос, какой катаклизм вызвал столь однобокое развитие биосферы на этой планете?

— Нам осталось немного до места, которое я наметил для ночлега, — прервал Грант его размышления. Он чувствовал себя виноватым за тесноту в кузове, за свою маленькую старую машину и старался не показать гостям с далекой, ставшей для него почти нереальной Земли, как глубоко въелось в него убожество местной жизни, отчаяние и страх, принесенные нашествием безжалостных океанских тварей, гибелью друзей и близких.