"Фантастика 2023-171". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кучеренко Владимир Александрович - Страница 1371

Вряд ли будет обстрел, но пусть рассредоточатся и залягут. А я продолжил крутить рукоятки. Главный калибр и вспомогательные почти нацелились на холм. Я сверился с дальномером и скорректировал прицел.

Разнесу ублюдки на куски.

Дмитрий Бокан поднял руки…

Какого?

Зараза!

В голове у меня кольнуло где-то подо лбом. В ушах зазвенело, раздался скрежет, будто два куска металла притирались друг к другу. Ян вскрикнул и сбросил наушники на пол, прижимая голову рукой.

Этот звук будто хотел взорвать нам головы изнутри.

Василий Дерайга с тревогой смотрел на нас, не понимая, что происходит. Ему ничего не было. А амулет Громовой почти обжигал мне кожу и просвечивался через мундир.

— Ну ты попал, гадина, — шепнул я и приказал в рацию: — Всем риггам! Огонь по координатам!

Глава 3

Шум в ушах стих, виски перестало сдавливать, боль ушла. Я откинул стеклянный колпачок на пульте и нажал на тугую красную кнопку выстрела из главного калибра на пульте.

Залп! Наш шагоход пошатнуло от отдачи, противовесы в корпусе громко загудели и начали щёлкать. Но я всё равно увидел, что Дмитрий Бокан будто испарился ещё до того, как взорвался первый снаряд.

Он опять ушёл. Но что он хотел сделать?

Ян поднял наушники и только собрался их надеть, как замер и повернулся ко мне. Я тоже почуял недоброе. Что-то началось.

— Рома, отходи! Прикажи всем отходить!

— Всем войскам! — рявкнул я в рацию. — Отступить на вторую линию! Первый пилот! Отходи!

Василий выкрутил рычаг поворота и нажал на педаль синхропривода. Старый Герберт умел поворачиваться почти на месте, и первый пилот это уже освоил. Противовесы щёлкнули, нас качнуло, и многотонная машина повернулась.

Вибрация в кабине слишком сильная. Но это не из-за двигателей, они работали на низких оборотах.

Нет, это что-то другое.

Тряска не прекращалась, наоборот, становилась сильнее. Записная книжка и карандаши слетели с моего столика с картами на пол. Из шкафчика с аптечкой, который был открыт, высыпались бинты и лекарства. Упал огнетушитель и покатился по полу. Загорелась красная лампа на потолке, а потом начала визжать сирена.

Я посмотрел в оптику.

Зараза.

Земля вокруг нас тряслась, будто под покровом травы дрожало желе. Всё вокруг то поднималось, то опускалась. Над посёлком вдали стоял дым, дома разрушались, то один, то другой. Стоял гул, который я слышал даже через броню.

Огромная вышка радиосвязи, которая стояла вдали, раскачивалась, будто была сделана из резины, а потом и вовсе отломилась. Кусок стали упал у бетонного основания.

Гул стал невыносим. Я взялся за поручни, чтобы удержаться в кресле. А по земле прошла трещина, в которую провалился один из Рейтаров.

Землетрясение. Вот же он ублюдок, как у него вышло?

— Продолжаем отходить! — рявкнул я в рацию.

Трещина увеличивалась. Расширялась она в нашу сторону.

— Уходим! — приказал я. — Нет, стой, пусти меня!

У Василия не хватит опыта, чтобы выбраться отсюда, а Ян не в состоянии управлять риггой. Я сам подскочил к креслу первого пилота, вытащил оттуда растерявшегося Василия и уселся на его место.

Правая нога вдавила тугую педаль синхропривода. Я передвинул рычаг контроллера пилота на максимальную позицию. Двигатели взревели.

— На моё место! — напомнил я, закричав так громко, что переорал шум двигателей в кабине. — Обе руки на минус сорок пять градусов! Ян, увеличить давление в ходовой на ноль-пять!

Кабина тряслась. Я повёл шагоход вслепую, вытягивая и закрепляя перископы на ходу. Ян бросился к стене, схватился единственной рукой за красное колесо и провернул его. Раздалось громкое шипение, стрелки манометров скакнули вправо.

Василий тем временем крутил рукоятки обоих рук одновременно. Обе орудийные платформы опускались.

— Готовь лебёдки! — рявкнул я. — И смотри по сторонам. Варга, садись на место!

Ян прыгнул в кресло второго пилота. Нас тряхануло ещё сильнее, но мы почти выбрались с опасного участка. Стрелочки манометров, показывающие давление в пневмомагистрали, дёргались. Это набирался воздух в цилиндры для пуска лебёдок.

Я наконец-то нашёл время посмотреть в перископ. Только что на моих глазах в новую трещину провалился Паладин, но не до конца, а просто повис на краю.

Он грохнулся на спину, трубы выхлопного коллектора смяло, антенна радара отлетела в сторону. Оставшиеся ригги из квадры готовили лебёдки, чтобы не дать машине провалиться окончательно.

— Ещё трещина! — закричал Василий. — Сзади!

— Всем держаться! — приказал я. — Ян, противовесы на десять!

Он положил руку на чёрный стальной рычаг, торчащий сбоку от пульта, и легко его передвинул, хотя мне бы понадобилось толкать его двумя руками. Под ногами с громким стуком провернулись мощные балансиры, и нас наклонило кабиной вперёд.

Это не даст нам опрокинуться назад, но спускаться с холма надо осторожнее, чтобы не потерять равновесие.

— Вихрь, — крикнул я в рацию, чтобы позвать упавший Паладин. — Заглушите движки, чтобы не сгорели! И покиньте машину, если получится. Это приказ!

— Есть!

— Пятая квадра, сильно не рискуйте! Не провалитесь сами!

Через несколько секунд из смотровых лючков Паладина выбрались двое пилотов и сбежали по корпусу машину до самой земли. И сразу помчались как можно дальше от трещины.

Экипажи у нас ценнее, чем боевые ригги. У нас больше шагоходов, чем людей, которые умеют ими управлять.

Другие Паладины уже пальнули лебёдками, чтобы опутать корпус упавшего. К ним подобрался Чивэнь Марка, собираясь помочь.

Я продолжал спускаться с холма.

— Ян, руку на рычаг, — приказал я. — Тянешь по моей команде.

Из трещины впереди поднималась пыль и… и пар? Теперь я понял. Под нами месторождение игниума, глубокое, которое никто или не нашёл, или не стал использовать.

И Дмитрий Бокан просто подорвал его, как Ян тогда взорвал игниум под озером. Не то, чтобы это знание помогало нам выжить. Просто наблюдение.

— Ян, чуть назад.

Мы спускались по трясущейся и трескавшейся земле. Больше наудачу, один шаг не туда, и мы увязнем, а то и провалимся. Толчки вроде стали стихать…

В кабине завопила сирена. Противовесы начали стучать громче.

— Опрокидываемся, — сказал Ян, глядя на меня. — Мы сейчас опрокинемся!

— Отставить панику! — я повернул машину. — Сейчас выберемся. Лебёдки! Пускай.

Раздались два хлопка. Здоровенные крюки вылетели вперёд из цилиндров высокого давления. Толстые цепи раскручивались следом.

Крюки глубоко вонзились в землю. Цепи сразу натянулись, а Ян передвинул противовесы назад, чтобы нам не грохнуться мордой вперёд.

Но крюки не держались, их выворачивало. Слишком мягкое здесь место.

— Рома, не убирай их пока! — раздалясь в наушниках голос Марка. — Помогу!

Прямо туда, куда воткнулись крюки наших лебёдок, вонзились аж четыре новых. Их пустили с Чивэня. Крюки и цепи спутались друг с другом.

— Тяну! — крикнул Марк. — Противовесы не забудь.

— Я помню, — отозвался я. — Янек, противовесы на двадцать пять!

Он передвинул рычаг. Нас чуть наклонило назад. Достаточно, что не рухнуть мордой вперёд, но и не опрокинуться на спину. Цепи вытянулись, Чивэнь начал затягивать их назад. Натянулись опасно, как верёвки. Если лопнут, мы упадём.

Трясти перестало совсем. Мы вышли на твёрдое место.

Выбрались вовремя, трещина позади нас расширилась очень далеко. Цепи запутались так, что потребуется взвод солдат, чтобы распутать их. Так что я пока вытянул перископ, отвечающий за вид назад, и осмотрелся.

Земля покрыта паутиной трещин, из которых выходил пар, но очаг самого землетрясения был небольшой. Пострадал тот у реки посёлок, но до города вряд ли достало. Я видел его высокие здания, они целые. Больше всего досталось тем артиллерийским риггам, что стояли здесь.

Пугалка Небожитей, фактический урон кажется небольшим. Как и после наших с Яном демонстраций способностей. Но тем, кто провалился, я не завидовал. Надеюсь, они погибли раньше, чем сварились заживо в парах раскалённого игниума.