Судьба сирены (СИ) - Девин Тайна - Страница 33

– Это нам? Но сюда же нельзя с едой, – растерялась Камила. Она только что проснулась и подскочила, при виде ректора.

– Вы забывайте, моя дорогая, – ответил Увиус, переходя с ней на покровительственный тон, как делал это периодически, чтоб показать другому свой статус, – что я не только глава Дермонда, но и ректор магической академии. Наложить пару заклинаний для меня не составляет труда.

Произнеся эту маленькую тираду, ректор подмигнул изумленной Камиле и со смехом пододвинул еще один стул к столу, тут же усевшись на него. Потом сгреб книги в сторонку, поглядывая на смущенные, немного заспанные лица девушек и поставил перед каждой тарелку с едой и напиток, не обделив при этом себя. Из чего следовало, что ректор решил присоединиться к девчатам, и сбежать, как они иногда делали, в этот раз у них не получится.

Увиус вел себя столь непосредственно, что девушки довольно быстро расслабились, благодарные за заботу, открывая мужчину совсем с другой стороны. Обычно сдержанный, властный, останавливающий других легким поворотом головы, иногда лукавый, смеющийся, наслаждающийся жизнью, теперь он был простым мужчиной, ненамного старше их, который мог расслабиться и быть не руководителем, а другом.

– Так что привело трех красавиц в недра святого всех святых ученого мира? – полюбопытствовал Увиус, откусывая бутерброд.

– Ректор, вам ли не знать, что мы часто проводим время в библиотеке. Помнится, вы меня даже как-то вызывали к себе по этому поводу, – рассмеялась Камила.

– Ох, давайте сегодня без ректора и пресловутого вы. – скривился мужчина. Девушки при этих словах растерянно переглянулись. А он, будто этого не замечая, озорно рассмеялся, – все сбежали, только двери академии были открыты. Вы втроем тоже любите прогулки, я это тоже хорошо знаю. И все же сегодня остались в библиотеке. Неужели не хочется пройтись по белому, пушистому ковру?

– А мы, может, ножки боимся заморозить, – первой поддержала Увиуса Румина. Вот уж кто никогда не теряется.

– Ах, ну если ножки, – лучезарно улыбнулся ректор и тут же высказал новую идею. – Можно прокатиться на санях, в них-то уж точно ничего не замерзнет.

– Это приглашение? – воскликнула восторженная Румина, приложив ручки к груди.

– Приглашение, – подтвердил Увиус.

Девушки снова переглянулись. У Румины в этот момент был такой жалобный взгляд, что, рассмеявшись, студентки согласились отправиться кататься прямо сейчас, чтоб освежить голову. Быстро переодевшись, все выбежали на улицу, где их уже ожидал довольный Увиус. Румина тут же подхватила под руку Камилу и заняла место в одних санях, таким образом не оставляя выбора Аманелле, кроме как присоединиться к мужчине, чему тот был безмерно рад.

Сани с горы летели быстрее ветра, поднимая волны белого, рыхлого, еще не успевшего утоптаться снега. Окружающее пространство наполнилось веселым смехом и девичьими визгами. Нововведением землян пользовались многие, но только главе Дермонда дозволялось применять немного волшебства, чтоб поездка была незабываемой. Аманелла, пораженная красотой округи, иногда издавала восторженные восклицания или прятала раскрасневшееся лицо на груди Увиуса, когда очередной порыв ветра больно хлестал по щекам. Мужчина, сейчас больше напоминающий озорного мальчишку, убирал ее растрепавшиеся волосы с лица и поднимал очередной снежный вихрь, если девушка уж слишком сильно отстранялась от него.

В какой-то момент сани на несколько мгновений затормозили в воздухе, чтоб все могли насладиться потрясающим видом с горы. Камила и Румина что-то, смеясь, обсуждали. Аманелла, с горящими от восторга глазами, с благодарностью посмотрела на мужчину. Никто и никогда раньше не думал о том, чтоб сделать что-то необычное для нее. Конечно, подруги, по мере своих сил, старались радовать друг друга, но это было немного не то. Где-то с грустью она сейчас подумала о родителях, которых была вынуждена оставить, чтоб только не выходить замуж за старика. Вот они бы даже не догадались сделать что-нибудь приятное для дочери. А этот мужчина, который обладал безудержной властью в этом мире, так удивил сегодня своей заботой и вниманием. Где-то в глубине души она надеялась, что это не только из-за Камилы, которую тот опекал с детства, но и из-за нее.

Вернувшись в академию, девушки вновь отправились по своим делам, напутствуемые ректором не слишком засиживаться в библиотеке, чтоб могли отдохнуть. Аманелла проводила его восторженным взглядом.

– А ты не думаешь?.. – начала Камила шепотом на ухо Аманелле.

– Нет, – потупилась зеленоглазая красавица, пряча сегодняшние минуты глубоко в сердце, чтоб ночью, наедине с собой, пережить каждое мгновенье снова.

***

Вновь студенты вернулись к занятиям, вновь Аян, будто гончий пес, преследовал Камилу. Теперь он не оставлял девушку и на десять минут, чтоб она, не дай Бог, уделила кому-то другому время. Только сирена выходила рано утром из комнаты, а парень был уже тут как тут, сопровождая ее в библиотеку, на пробежку, в столовую, даже торопя ее покинуть быстрее дамскую комнату. Древериан на это все смотрел в полном изумлении, но верный своему слову, давал Камиле самой решать с кем проводить время. Конечно, его вся эта ситуация задевала, но что он мог поделать, если его любимая девушка выбрала другого? Разрушить ее счастье он не хотел, а раз Камила сама позволяла Аяну подобное поведение, значит ее все устраивало.

Однажды Аян где-то задержался и Древериан, который продолжал присматривать за сиреной издалека, тут же пришел в ее комнату. При его появлении Камила вздрогнула, это не укрылось от внимательного взгляда влюбленного парня.

– Камила, что происходит? – начал он с порога. – Ты совершенно изменилась, даже внешне. Какая-то утомленная, я бы даже сказал измученная. Я волнуюсь за тебя.

Неожиданно Камила, вместо того, чтоб ответить, как того ожидал Древериан, разрыдалась. Парень потрясенно на миг замер, а потом подскочил к ней и подхватив девушку на руки, словно ребенка, отнес на кровать. Там он бережно уложил ее и сел рядом, осторожно поглаживая исхудавшую руку. Он больше не говорил ни слова, давая возможность девушке выплакаться и самой рассказать, что ее так беспокоит.

Камила интуитивно чувствовала себя в безопасности рядом с другом. Сделав несколько глубоких вдохов, постаралась успокоиться. Она была смущена тем, что не смогла сдержаться в присутствии Древа, но в то же время девушка больше не могла крепиться. На нее слишком много всего навалилось очередной раз, и она уже не могла с этим всем справиться самостоятельно. Ей нужна была помощь.Преследование Аяна дошло до предела, нигде она не могла укрыться от него.

Неожиданно Камила со всей ясностью осознала, что не хочет быть с Аяном; что жизнь с ним будет для нее адом, наполненная постоянными тревогами, горем, болью и разочарованиями. С Аяном она задыхалась. И единственный человек, который не только всегда был рядом, но и мог выслушать ее в эту минуту слабости был он, Древ. Порывисто вскочив, Камила резко прижалась к груди этого молодого гиганта, продолжая изливать слезы.

– Почему я такая слабая? Почему мне приходится так много страдать? – рыдала Камила.

– Ш-ш-ш, – успокаивал ее Древ, укачивая, словно ребенка. – Я всегда рядом, всегда защищу тебя от любой беды. Что случилось? Расскажи.

Камила, уткнувшись ему в грудь заплаканным лицом, молчала. Если она расскажет ему все полностью, не поступит ли он безрассудно? Но Древериан, который чувствовал ее сердцем, а не только разумом, уже спрашивал:

– Это из-за Аяна?

Камила легонько кивнула.

– Да я ему шею сверну, – Древ вскочил, намереваясь тут же исполнить свои слова. Он, как любой мужчина, терялся, видя слезы любимой девушки. Ему было проще радикально устранить проблему, чем пытаться кого-то успокоить. Но Камиле сейчас была нужна именно поддержка, чтоб он просто был рядом. Пришло время и теперь именно она схватила его за руку, удерживая от безрассудного шага.

– Не уходи, – тихонько прошептала сирена, а ее глаза молили остаться громче слов.