"Фантастика 2023-160". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Бондаренко Андрей Евгеньевич - Страница 1134

Обратился я к Каю, и голова надзирателя отделилась от тела. А через мгновение умерли и все эльфы. Они сами подготовили для себя погребальный костёр и мне оставалось только зажечь его. Но сперва я собрал все души и сразу же позволил им немного напитаться от душ орков. Я обязательно использую души Силкина и его сородичей, когда буду сражаться с хозяином подземелья. Они примут непосредственное участие в его уничтожении.

Когда я уходил из деревни, за моей спиной полыхал погребальный костёр, на котором вместе с эльфами лежали и орки. После смерти мы все становимся равны. И неважно, кто был рабом, а кто хозяином.

— Ну, чего приуныли? Теперь у нас есть карта и нет необходимости тыкаться везде, словно слепые котята. И если судить по этой карте, то по пути к столице нам встретится ещё с десяток довольно крупных поселений. Будем надеяться, что там встретим кого-нибудь из пропавших землян. Слишком мрачно здесь всё. Прям, аж до мурашек пробирает эта безысходность. А я себя чувствую каким-то ублюдком, что заявился в чужой дом и начал убивать всех ради развлечения.

Тита покрутила пальцем у виска, говоря, что у меня уже крыша поехала. Боря, как всегда, проигнорировал, а вот Кай меня поддержал.

Глава 18

— Так вот что это такое! Вот как это называется — безысходность. А я всё голову ломал, почему мне так тяжело находиться рядом с эльфами. Вроде мы их освободили. Дали им возможность уйти, навсегда распрощаться с мучениями, но всё равно на душе было как-то паршиво. Великий старейшина Альтин всегда учил меня, что монстры не имеют никаких чувств и эмоций. Что ими движет лишь жажда убийства. Они кровожадны и готовы пойти на всё, чтобы убить человека. Вот только вчера я увидел совершенно другую картину.

Ведь если так рассудить, то эльфы — такие же монстры, как и орки. В таком случае, почему они не пытались напасть на нас? Почему они не жаждали убить людей? Они, наоборот, были рады нашему появлению. Рады, что мы сможем им помочь. Да и этот орк, которого мы оставили в живых. Я видел, как он плачет. Оплакивает погибших в деревне. И это мы были теми, кто всех убил. Так выходит, что это мы монстры? Выходит, что нами движет жажда убийства? А все эти создания просто живут своей жизнью и не хотят умирать.

Рано или поздно это должно было случиться. И я даже рад, что Кай поднял тему именно сейчас. В тот момент, когда мне самому очень трудно разобраться в чувствах. Найти ту точку, что будет делать меня истинным ваймом. Повелителем духов и охотником на монстров. Если этого не произойдёт в данном подземелье, то боюсь, что я уже никогда не смогу называть себя ваймом. Я стану простым игроком. Одним из тысяч других охотников на монстров, что каждый день рискуют жизнями, спасая жителей Земли.

— Великий старейшина говорил тебе правду, монстры не имеют никаких чувств и эмоций. А вот мы имеем. Этим мы и отличаемся от монстров. А ещё своим знанием. Знанием того, что если мы не убьём этих монстров и не закроем подземелье, то рано или поздно они вырвутся из него и начнут убивать людей. Убивать без жалости и сожаления. Просто потому, что они могут это сделать. Главная задача вайма — это не позволить монстрам выбраться из подземелья и начать убивать. А сделать это проще всего, закрыв подземелье. И здесь не обязательно уничтожать всех монстров, что есть в подземелье. Достаточно убить босса или уничтожить ключ. Что очень часто бывает одним и тем же. И если исходить из всего сказано, то получается, что нами движет не жажда убийства, а его необходимость.

— В таком случае, может, монстрами также движет необходимость, когда они выбираются из подземелья? Может, они ищут тот самый ключ, того босса, убийство которого позволит им закрыть подземелье? Может это мы для них монстры, живущие в подземелье?

Я никогда не смотрел на вопрос с этой стороны. Кай не перестаёт меня удивлять. Ему хватило всего пары фраз, чтобы прийти к подобным выводам. В то время как я уже прожил одну жизнь совершенно не задумываясь ни о чём подобном. Вот что значит родиться в другом мире.

Но предаться серьёзным размышлением мне было не суждено. Одновременно от Титы и Бори, умчавшихся вперёд, пришли какие-то странные эмоции. Они были шокированы, удивлены и в то же время напуганы. Понятия не имею, что может напугать этих товарищей в их нематериальном воплощении, поэтому нужно увидеть всё собственными глазами. К тому же разведчик не докладывал ни о какой опасности.

А опасности, собственно говоря, и не было. Тита и Боря стояли возле огромной воронки, полученной от атаки кого-то очень могущественного. Даже представить не могу, кто это мог быть. Ни один монстр, встреченный мной в прошлой жизни, точно не был способен на подобное.

Воронка диаметром метров пятьдесят и глубиной метров в десять. Она поросла густой травой, а в центре образовался естественный водоём, возле которого сейчас собралось целое стадо довольно странных созданий, больше всего похожих на обычных оленей. Вот только очень странно видеть оленя с пастью крокодила. И пришли олени к этому озеру не просто так, а чтобы искупать свою добычу. А если конкретнее, то дюжину орков. Здоровяки лежали в слегка желтоватой воде и судя по всему, это была далеко не вода. А какая-то кислота, которая растворяла доспехи и одежду.

Пара орков уже была полностью освобождена от всего лишнего и ими сейчас лакомился молодняк этих кроколеней. Мощные челюсти без проблемы вырывали огромные куски плоти и дробили кости. Всё это сопровождалось характерными звуками.

— И чего вас так удивило? Ладно Боря, он у нас новенький и ещё мало где бывал, но ты Тита, кого только не видела и так удивляешься.

Змейка посмотрела на меня, как на идиота и ткнула пальцем в стадо. Словно там было что-то такое, чего я не видел. Но сколько я не всматривался, так ничего и не смог понять. Обычные монстры. Пожирают орков, перед этим растворяя их броню и одежду в кислотном озере. Я не видел в этом ничего удивительного, а тем более пугающего.

Но это был я, а вот Кай смог рассмотреть то же, что и эта парочка. Он стоял со мной рядом, а затем совершенно неожиданно сорвался с места и рванул к центру воронки, при этом доставая оружие и явно готовясь к бою.

— Мне, кто-нибудь объяснит, что здесь вообще происходит?

Вопрос остался висеть в воздухе. Единственное, что я сейчас мог делать это наблюдать за Каем и открыть ему доступ к энергетической подпитке. Хоть он всегда предпочитает пользоваться только своими силами, но помощь явно не будет лишней.

Кай приближался, а олени не обращали на него внимание, словно его и не существовало. Они продолжали заниматься своеобразным приготовлением пищи. И вот уже Кай поравнялся с первыми тварюшками и проскочил через них, без малейшего сопротивления. Словно он сейчас был в своём нематериальном воплощении.

Так стоп! Почему дух-разведчик ничего не доложил об этом стаде? Он обязан докладывать о любом живом существе, что встретит.

К этому времени Кай уже находился на середине жёлтого озера и замахивался для удара.

— Стой! — заорал я, дублируя свой приказ ментально.

Этого хватило, чтобы Кай замер. А я уже бежал к нему. Должно быть, в этом месте погиб невероятно сильный монстр. Как минимум элитный босс и всё, что я сейчас вижу лишь иллюзия. Продержавшаяся здесь сотни, если не тысячи лет и способная продержаться в сто раз дольше. Эта иллюзия что-то скрывала от любопытных глаз. И это что-то Кай хотел уничтожить.

— Боря, тащи сюда свою жирную задницу! — позвал я хомяка, который даже не думал спускаться. Впрочем, и Тита не горела желанием делать это.

Сейчас от них исходило отвращение. Отвращение оттого что мы с Каем стояли в этом месте.

— Боря, твою мать! Дуй сюда, говорю! Вот какого хрена ты не сказал, что здесь находится что-то весьма ценное? Причём лежит практически на виду. Теперь давай ищи и уничтожь эту хрень, что создаёт иллюзию. Больше ничего не трогай.

Каю эту задачу я не мог поручить. Он был ещё слишком неопытен и вполне могло случиться так, что уничтожит что-нибудь нужное. После чего нам не удастся получить вообще ничего. А вот на Борю я точно мог положиться. Он никогда не позволит себе допустить ошибку, если это приведёт к уничтожению ценного. В этом плане он был настоящим хомяком.