Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Величко Андрей Феликсович - Страница 905

Оказалось — нет. Дворец в Москве по сути являлся средних размеров домом. Правда, внутри ограды стояло немало пристроек и отдельно стоящих зданий, но и они тоже выглядели довольно скромно. Кабинет же и вовсе, по мнению капитана, больше подошел бы чиновнику весьма средней руки. Одному из офицеров Людвига довелось побывать в Версале, и он всякий раз, как напивался, начинал делиться впечатлениями. Судя по его рассказам, русский император жил многократно скромнее французского короля.

Может, Петр просто скуп до неприличия, мимоходом подумал капитан. Жаль, если это действительно так, ведь выполнение задуманного потребует немалых расходов, а деньги могут дать только русские.

В силу каковых размышлений Саксонец явился на аудиенцию к его величеству в некотором беспокойстве. И, в общем, для этого имелись основания, хоть и вовсе не связанные с предполагаемой скупостью русского императора.

Людвиг тоже сначала несколько разочаровал Новицкого. Подсознательно Сергей ожидал увидеть нечто вроде капитана Эдвардса, каким он прибыл в Питер двадцать с лишним лет назад. Сразу было видно, что это не какой-нибудь хрен с горы, а настоящий морской волк! Морда — немытая, небритая и в шрамах. Четко выделяющиеся траурные полосы под небрежно обгрызенными ногтями. Одежда такого вида, будто капитана прямо в ней заглотил кашалот, пожевал и с отвращением выплюнул. Ибо вонял морской волк столь интенсивно, что императору сразу пришлось переместиться на наветренную от него сторону. А это что за райская птица впорхнула в кабинет? Таких хлыщей его величество до сих пор видел только в составе французского посольства.

Но, разумеется, не внешний вид гостя был причиной охвативших Новицкого сомнений. Далеко не бесспорной была сама идея, высказанная этим пиратом и поддержанная адмиралом Спиридовым. Император даже ненадолго усомнился — а не перестарался ли он, поддерживая проявление подчиненными разумной инициативы? Но все же пришел к выводу, что нет. Хуже было бы, начни адмирал из ложно понятых верноподданнических соображений пропускать рискованные варианты. Ничего страшного, окончательное решение примет он, Петр Второй. Работа у него такая.

— Проходите, капитан, садитесь. Чай, кофе, сок, морс? Вас, наверное, уже просветили, что во дворце действует сухой закон.

— Да, государь, я восхищен заботой вашего величества о здоровье своих подданных, — с кислой миной на лице молвил Саксонец, садясь. — Кофе, пожалуйста.

И замолк, отдавая инициативу беседы Петру.

Император колебался недолго. Адмирал утверждает, что этот хлыщ весьма неглуп? Так пусть принимает участие в решении проблемы, которая, между прочим, и его касается напрямую. Но для этого ему нужно предоставить всю необходимую информацию.

— Итак, капитан, меня познакомили с вашим предложением, и я решил, что оно требует тщательного рассмотрения. В связи с чем предлагаю послушать, как я представляю себе наиболее желательное завершение грядущей войны с Турцией. Итак, любая война завершается либо безоговорочной капитуляцией проигравшей стороны, либо компромиссным миром. И выигрывает та противоборствующая сторона, для которой мирный договор наиболее выгоден. Успешные же военные действия являются всего лишь одним из факторов, способствующих получению требуемого результата.

Додавить Турцию до безоговорочной капитуляции Россия не сможет, об этом нечего и думать. А если бы и могла, ей все равно не дадут это сделать европейские державы. Значит, придется как-то договариваться, то есть идти на взаимный компромисс. Понятно, что по результатам войны турки должны отдать Крым. И, возможно, что-нибудь на Кавказе или в Валахии, это пока в процессе рассмотрения. Однако и Россия должна будет чем-то поступиться, без этого договора не получится! То есть нам придется отдать что-нибудь, особой ценности для нас не представляющее. Но ведь чтобы отдать нечто ненужное, это самое ненужное надо сначала взять. Я предполагал, что Греция может оказаться подходящим объектом, но в случае реализации ваших идей ее отдача оказывается под большим вопросом. Попробуйте помочь разрешить оное противоречие, капитан.

— С удовольствием. Начну вот с чего — свободная Греция может оказаться весьма полезна Российской империи как союзник, расположенный в стратегически важном месте. Кроме того, попытки России помочь грекам сразу вызовут противодействие как Франции, так и Англии. А вам нужны лишние предпосылки их союза? Поэтому в качестве ненужного лучше выбрать страну, отношение к которой со стороны Англии и Франции будет противоположным. И помочь сначала ей, причем явно, а только потом — Греции и с соблюдением тайны. Предлагаю в качестве такой страны Египет.

Вот насчет него император до сих пор как-то даже не задумывался — не интересовала его эта территория. Еще в двадцать первом веке он не очень понимал, почему все так рвутся туда отдыхать. Чем вам, заразам зажравшимся, Подмосковье или Урал для отдыха не подходят? Ладно, хотите к морю — езжайте в Анапу или на южный берег Крыма. Если же кому совсем деньги девать некуда, для таких есть Геленджик и Сочи.

— Египет? Хорошо, обоснуйте, зачем он может якобы понадобиться России и почему на самом деле он окажется ей совершенно ненужным.

— Канал, ваше величество. В древние времена, не то при фараонах, не то при Александре Македонском, там был канал, соединяющий Средиземное море с Красным. Не думаю, что его так уж трудно восстановить и расширить. А он заметно сократит российским кораблям путь в Австралию, которую, насколько я в курсе, ваша держава собирается колонизировать.

Император мысленно потер ладоши. Ага, получается, поверили, что русские туда полезут! Как будто нам заняться нечем, кроме как ловить утконосов на краю света. В Дурбан, правда, через канал тоже будет ближе. Но ведь это же не повод рыть канаву самим! Пусть ее англичане с французами копают, как оно уже случилось в знакомой Новицкому истории. Да, но почему из-за этого англы должны начать собачиться с лягушатниками?

Так император и спросил.

— Потому что такой канал нужен обеим державам, но только в единоличном владении, то есть так, чтобы противная сторона пользу от него получать не могла, — начал объяснять Саксонец. — Причем Франции он нужнее. Ей такой канал даст куда более короткий, чем сейчас, путь в Индию, а ведь французы давно мечтают выкинуть оттуда англичан. Этим тоже канал не помешает, но только в том случае, если они им будут пользоваться одни. А если еще и французы — то пусть уж лучше вообще никакого канала не будет. Как ходили в Индию вокруг Африки, так и дальше будут ходить, лягушатникам-то это труднее, у них по пути баз снабжения нет. Сам же Египет представляет интерес для Франции как поставщик пшеницы, а для Англии — хлопка. Разница тут в том, что французы получают скидки от султана за помощь в организации армии, в основном ее артиллерии, англичане же пока вынуждены платить полную цену, и это им не нравится. Короче говоря, хоть сколько-нибудь успешное поначалу восстание в Египте почти наверняка приведет к вмешательству Англии и Франции, причем на разных сторонах. И, наконец, вашему величеству будет не столь невместно в нужный момент прекратить поддержку египтян. Они все-таки мусульмане, в отличие от нас, греков, кои не просто христиане, а православные.

— И вы тоже?

— Конечно, ваше величество!

С этими словами капитан расстегнул пару верхних пуговиц и выпростал из-под пышных кружев серебряный нательный крест.

Императору даже не пришлось особо внимательно всматриваться, чтобы узнать изделие. Таких крестиков в свое время изрядно наштамповали в Мытищах в процессе наладки малого гидравлического пресса. В Москве они продавались чуть ли не в каждой церковной лавке.

В последний момент спохватился, прикинул Сергей. Но лучше уж поздно, чем совсем никогда. Хотя… на Тобаго, конечно, православный крестик достать можно, там есть и церквушка, и какой-то батюшка, но это может привлечь внимание. Да и в Питере ему скорее всего не представилось случая раздобыть крест незаметно. А в Москве на пути от вокзала до дворца это нетрудно. Так что, возможно, не такой уж этот Саксонец забывчивый. Скорее, просто осторожный.