Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Величко Андрей Феликсович - Страница 1350

Ничего не оставалось делать, кроме как согласиться, ибо в рассуждениях Кати не просматривалось никаких изъянов. Мне в общем-то и самому приходило в голову примерно то же самое.

Вообще-то я был готов к тому, что нам с Катей придется какое-то время ухаживать за двумя беспомощными стариками, но это оказалось излишним. Уже на следующий день Ксения приковыляла к нашему дому и спросила, чем она может быть полезной. Например, ей нетрудно взять на себя поварские обязанности, если только ее обеспечат продуктами и дровами. Я с благодарностью посмотрел на бабушку, потому как Катя, с моей точки зрения, просто зашивалась, но не соглашалась передать мне ни одну из своих обязанностей. Правда, готовила она отлично, тут ничего не скажешь. Но, может, и у ее подруги будет выходить не очень плохо? Ради того чтобы любимая стала хоть немного посвободнее, я был готов потерпеть. Но оказалось, что зря. Катя шепнула мне, что Ксения готовит куда лучше ее и она рада, что я теперь начну есть пищу, приготовленную настоящим мастером.

Все заботы о Павле старушка тоже взяла на себя. Он, только прибыв на остров, сразу почувствовал себя намного лучше и не придумал ничего более умного, чем обойти остров кругом. А у него была какая-то болезнь суставов. В общем, уже к прибытию Ксении они начали опухать, а с утра обнаружилось, что Паша полностью потерял способность к самостоятельному передвижению. Теперь он мог только ковылять, опираясь на Ксению, со скоростью примерно полкилометра в час. Впрочем, далеко ходить ему было без надобности – туалет-скворечник располагался метрах в сорока от палатки.

На второе утро пребывания гостей я, уходя в лес с бензопилой, увидел, как Катя что-то мастерит из обрезков столярной деятельности. А когда вернулся, она показала мне результат своих трудов. Для этого нам пришлось пройти до бухты, где теперь торчал столбик с табличкой, на которой было аккуратно вырезано: «Женский нудистский пляж».

– А мне где купаться? – удивился я.

– Здесь же, но в плавках. Неужели не видел, какими глазами вчера на тебя Ксюха смотрела? Не надо зря волновать старушку – пока ее Паша оживет, пройдет еще немало времени.

– Не знаешь, кто он по специальности?

– Какой-то военный инженер, связанный с авиацией. Но это не так важно, как то, что он, пока совсем не перестал ходить, почти постоянно жил на даче. Думаю, он знает и умеет много полезного.

На примере наших гостей я смог присмотреться, как именно влияет перемещение в прошлое на организм. Похоже, первым нормализовался обмен веществ. То есть Павел начал поправляться, а Ксения худеть. Причем это было довольно странное зрелище – дело в том, что ее кожа не успевала съеживаться с такой скоростью, с какой исчезал жир. Но все же процесс омоложения шел довольно быстро, и уже через месяц подруга Кати выглядела совсем не так, как раньше. Теперь это была низенькая полноватая еврейка на вид примерно лет сорока. С большим бюстом и широким задом, но зато совсем без талии. И сходство с королевой Викторией никуда не делось, я специально смотрел в Интернете ее портреты.

Паша тоже поправился. Теперь он мог нормально ходить, да и вообще выглядел кряжистым шестидесятилетним мужиком без каких-либо признаков болезненности. Подруга даже вытащила его на пляж, где, узрев табличку, ненадолго задумалась, а потом быстро разделась догола и начала плескаться у берега, тряся своими мясистыми прелестями и взвизгивая. Плавать она, судя по всему, не умела вовсе.

Катя, кажется, уже начала жалеть о своей затее с табличкой, хотя я не очень понимал причин. Ведь сразу видно, что ее подруга не выдерживает никакого сравнения с ней! Впрочем, приглядевшись ко мне, любимая перестала беспокоиться.

Тот вечер выдался на редкость тихим, поэтому нам с Катей были отлично слышны звуки, доносившиеся из палатки. Они однозначно говорили о том, что Ксения Сергеевна наконец-то добилась своего. Когда снова наступила тишина, Катя встала, закрыла окно и, вернувшись ко мне под бок, заметила:

– Ну вот, теперь у нас две нормальные семейные пары. Пора, пожалуй, и нам последовать примеру старших товарищей. При закрытом окне слышимость куда меньше, но я все равно постараюсь вести себя не очень шумно. Чтобы они опять не возбудились, им еще рано так напрягаться.

А на следующий день произошло событие, круто изменившее неспешное течение жизни на нашем острове.

Как уже говорилось, вечер выдался тихий, но к ночи разошелся ветер, и с утра дуло уже не то чтобы сильно, но довольно основательно. Я в который раз попытался встать как можно осторожней, чтобы не разбудить Катю, – и, как всегда, это мне не удалось.

– Ага, – сказала любимая, – это ты хорошо сделал, что не проспал. Помнишь, вчера Ксюха просила наловить бычков для какого-то сногсшибательного блюда?

– Так она небось уже все забыла, после этого произошло слишком уж знаменательное событие.

– Ничего, мы ей напомним, но это лучше делать с бычками в руках.

Требуемые шесть штук мы поймали сравнительно быстро и начали сворачивать удочки, как к бухте подошла Ксения.

– Вы не против, если я тут сейчас искупаюсь? – поинтересовалась она.

Катя не ответила. Она сидела с таким видом, будто к чему-то напряженно прислушивалась. Потом встала и начала всматриваться в море, примерно на северо-восток.

– Смотри! – Она схватила меня за руку. – Нет, чуть левее! Видишь?

Действительно, было похоже, что километрах в двух от острова в указанном направлении на волнах болтается какой-то предмет.

– Я сейчас!

Катя опрометью кинулась в дом и скоро вернулась с биноклем. Всмотрелась и заявила:

– Это лодка… нет, скорее плот, и он, кажется, тонет. А на нем люди! Поможем?

Я взял бинокль. Действительно, не то плот, не то просто большое бревно. И на нем какие-то существа. То ли люди, то ли обезьяны. Скорее, все-таки люди, потому как в руках у них палки, и они ими, кажется, пытаются грести.

– Спасем? – Катя показала в сторону лежащего у воды катамарана.

– Да. Отвязывай крепеж, а я пока сбегаю за наганом. А то мало ли как они могут отнестись к попытке спасения.

Через минуту мы уже выходили из бухты. На моторе, потому как при таком ветре я еще не плавал и поэтому не рискнул ставить парус. Впрочем, «Катран» вел себя отлично. Он бодро переваливался с волны на волну, при этом не оголяя винт и нормально слушаясь рулей.

По мере приближения к объекту становились видны подробности.

Это был плот, кое-как связанный из двух бревен. Его экипаж состоял из трех человек. Может, и не совсем человек, но уж во всяком случае не обезьян. Лично мне они напоминали гномов, как их описывают в фэнтези. Голых гномов рыже-коричневой масти. Правда, я не уверен, что книжные гномы должны быть покрыты шерстью, однако эти – были.

На самой корме сидел особенно колоритный персонаж. То, что он невысок, было видно несмотря на позу. Зато в плечах он имел, кажется, даже больше метра! Уж во всяком случае никак не меньше.

Их плот, похоже, развязался сзади, и сейчас сидящий на корме вручную удерживал плавсредство от развала на две половины. Сквозь хоть и густую, но мокрую шерсть было хорошо видно, как на руках бугрятся чудовищные мышцы. В районе бицепса его рука имела толщину примерно с мое бедро.

Между катамараном и плотом оставалось метров пятнадцать, когда один из гребцов, присмотревшись к нам, вдруг заорал:

– Ану! А-ану!!!

В его голосе явственно чувствовался даже не испуг, а самая настоящая паника.

Здоровяк на корме повернулся к нам лицом. Стало видно, что до классического гнома он немного недотягивает. У тех должна быть пышная борода, заплетенная в косички, а этот мог похвастаться только куцей бороденкой, да к тому же растрепанной.

Гном что-то проворчал, а потом быстро-быстро на четвереньках перебрался к середине плота, где влепил паникеру мощную затрещину, от которой тот уткнулся носом в бревно. Но весло, в качестве которого ему служила раздвоенная рогатиной ветка, из рук не выпустил.