Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Корчевский Юрий Григорьевич - Страница 989

Начальство заметило, что де-факто руководил серьёзной операцией именно Матвей. Герасимов подал в Департамент внутренних дел ходатайство о досрочном присвоении звания штабс-капитану Кулишникову.

Чиновный аппарат работал медленно, со скрипом. Но уже через четыре месяца Департамент издал приказ о присвоении звания ротмистра штабс-капитану Кулишникову Охранного отделения Отдельного корпуса жандармов.

Конечно, любому человеку приятно, когда его усердие и успехи в службе замечены начальством и отмечены. Но зачастую успехи эти не одного человека, а и других сотрудников. По срокам Матвею ещё было ходить в штабс-капитанах три года.

Отец порадовался искренне, пожелал, чтобы Матвей дослужился минимум до полковника, а лучше и до генерала. По его мнению – сыновья должны быть успешнее отцов.

Матвей отмечал повышение в звании в ресторане, пригласив своих сотрудников. Была такая традиция. Всё, как положено – звёздочки в стакан водки, выпив, поймать зубами и прикрепить на погоны. Отныне Матвей – ротмистр.

Глава 8

НАЙТИ ПРЕДАТЕЛЯ

Однако жандармский ротмистр звёздочек на погонах не имел, а был идущий вдоль погона один голубой просвет, в цвет мундира. И звание соответствовало не пехотному капитану, а гвардейскому кавалергарду. А в гвардейской коннице звания капитан нет, но ротмистр. Должность у Матвея осталась прежней – старший группы. Но численность группы увеличили на одного человека. Штатная единица была вакантной, и Матвей сразу вспомнил о штабс-капитане Барсукове из железнодорожной жандармерии Воронежа. Толковый офицер, таких продвигать надо, дела для. Что ему в Воронеже делать, если город, хоть и губернский, а по переписи 1902 года там всего 81 тысяча населения. А в Санкт-Петербурге один миллион двести шестьдесят пять тысяч. Масштабы несравнимые.

Подошёл к Герасимову, объяснил ситуацию.

– А чего раньше молчал?

– Вакансий не было.

– Подай на моё имя прошение, я дам ход по инстанциям.

То ли удача была на стороне Барсукова, то ли звёзды так сошлись, а уже через полтора месяца Герасимов представил офицерам нового сотрудника, коим был штабс-капитан.

После представления обнялись по-дружески, разговорились.

– Ты где остановился?

– Пока в гостинице.

Матвей принял, как старожил, деятельное участие в судьбе нового сотрудника. Помог снять недалеко от службы квартиру, тем более что ведомство оплачивало квартирные. Потом проехались на пролётке по городу. Матвей показал знаковые места – Зимний дворец, проспекты, а также злачные места – рынки, пивные. С первого раза запомнить трудно, город велик и после Воронежа ошеломляет обширностью территории, многолюдьем, обилием рек и каналов. Матвей посоветовал для начала изучить в свободное от службы время карту города, чтобы свободно ориентироваться мог. Сам-то Матвей урождённый петербуржец и город знал, как свои пять пальцев, до проходных дворов и проходных подъездов. Застройка города разительно отличалась от московской. По населению Москва немного уступала столице, имела один миллион тридцать девять тысяч. Но в Петербурге дома по улице шли сплошной стеной, без разрывов между ними. Дворы зачастую квадратные, колодцы. А в домах сделаны арки, через которые можно пройти с одной улицы на другую. Кроме того, из некоторых подъездов есть два выхода – на улицу и во двор, со двора через такой же чёрный ход на другую улицу. Знают арки, переходы и прочие подробности обычно люди местные, зачастую уголовники, чтобы можно было быстро скрыться. И ещё боевики из местных. Но не хуже их эти существенные детали знали филёры и сотрудники спецслужб – полиции, Охранного отделения.

Карта, которую Матвей дал Барсукову, имела обозначения – арки, переходы.

Матвей осознавал, что Василию сложно – новое место службы, другие условия, незнакомый и огромный город. За незначительные просчёты не ругал, подсказывал. Его и самого в своё время так же вели, да ещё и отец дельные советы давал. В каждой профессии своя специфика, без толкового учителя опыта наберёшься, набив шишек, сделав кучу ошибок. А ошибка в охранном деле чревата чьими-то жизнями.

Служба шла по накатанному. Всякого рода революционеры попритихли, потерпев неудачи. Народ в массе своей за ними не пошёл. Кровь своих соотечественников проливать – не богоугодное дело. У священника Гапона последователей в церкви не нашлось. А идти против государя, да когда ещё нет на то благословения церкви – преступно. Народ в подавляющем большинстве верующий. Ни одна религия, будь она христианской или мусульманской, свергать правителя не велит. Революционеры, будь то большевики, эсеры или другие, за исключением монархистов, в Бога не верили, крестик не носили. Не зря же даже поговорка появилась – «Креста на тебе нет!». Это когда человек не соблюдает государственных законов или моральных заповедей, коих десяток – не прелюбодействуй, не укради, не убий и прочих.

Вроде бы служба ровно пошла, как новое потрясение для офицеров Охранного отделения столицы. Начальник отделения Александр Васильевич Герасимов 25 октября был снят с должности, произведён из полковников в генерал-майоры и назначен генералом для поручений при министре внутренних дел на должности шефа Отдельного корпуса жандармов. Несомненное повышение и офицеры поздравили Герасимова. Во многом повышение было связано с правильно поставленной работой с агентами-информаторами. Особенно с Е. Азефом, предупредившим о готовящихся терактах на государя Николая II, великого князя Николая Николаевича, министра И. Г. Щегловатого, премьер-министра Столыпина. Жаль, что дальнейшая судьба способного офицера сложилась неудачно. Во время февральской революции 1917 года он был арестован как гонитель революционеров, душитель свободы и сатрап. Брошен в Петропавловскую крепость. Однако политическая ситуация в стране была неустойчивой и после Октябрьского переворота в крепость ворвались матросы с красными бантами на бушлатах, сбили замки и освободили без разбора всех узников. Дабы не искушать судьбу, ибо к власти дорвались большевики, Герасимов с семьёй выехал в эмиграцию, жил в Берлине. За службу богатств не нажил, служил честно. Пансион царским чиновникам большевики платить не собирались, и семья осталась без средств. Супруга открыла мастерскую по пошиву дамского платья, а Александр Васильевич стал вести бухгалтерию мастерской. Тем и перебивались. Умер Герасимов в Берлине второго февраля 1944 года в возрасте восьмидесяти двух лет и был упокоен на православном кладбище Тегель.

На смену ему в Охранное отделение поставили приказом министра внутренних дел полковника Сергея Георгиевича Карпова, 44 лет от роду.

Закончил он Александровское пехотное училище, довольно скоро перешёл в жандармерию, где делал успехи. В Охранное отделение столицы был переведён с должности начальника Охранного отделения города Ростова-на-Дону. Конечно, по численности населения города несравнимые. На тот момент в Ростове числилось сто девятнадцать тысяч.

В это же время члены боевой организации эсеров Б. Савинков и Герман Лопатин разрабатывали план убийства начальника Охранки. Сначала следили за Герасимовым, а с приходом на должность Карпова, переключились на него. Им был нужен не конкретный человек, как говорится – ничего личного. Они хотели убить человека на определённой должности, что должно было произвести оглушительный эффект. Уж коли начальник Охранного отделения не способен защитить даже себя, он не сможет уберечь государя.

Своего рода вызов властям. Карпов и жандармом и начальником оказался толковым и прослужи он долго, деятельность Охранного отделения явно улучшилась. Но не случилось, удалось новому начальнику прослужить всего полгода. Савинков уличил одного из членов партии эсеров в предательстве, работе на Охранное отделение. Предателем оказался А. А. Петров. Ему поставили условие – подготовить покушение и убить Карпова. Готовились тщательно. Петров под именем Михаила Воскресенского снял квартиру на втором этаже на Астраханской улице в доме номер двадцать пять по Выборгской стороне. Под видом ремонта провели проводку на стену дома рядом с дверью парадного. Проводку подключили к адской машинке к новинке – электродетонатору. Квартиру использовали для встреч агента-информатора Петрова с начальником Охранного отделения. Причём Савинков и Лопатин, чтобы повысить ценность сведений информатора, даже «сдали» несколько реально планировавшихся экспроприаций. Жандармам удалось в последний момент предотвратить взрывы и грабежи, были арестованы члены партии, захваченные на месте преступления, причём из новичков, ценности для эсеров не представлявших. Зато Карпов уверился в надёжности информатора и доверял ему. Когда всё для покушения было приготовлено, Петров телефонировал Карпову о важных и срочных сведениях, намекая на подготовку покушения на самого государя.