"Фантастика 2023-156". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Кудрявцев Леонид Викторович - Страница 1035

Корин не считал себя знатоком живописи, но то, что он увидел, произвело на него глубокое впечатление. Покойный Давыдов работал в реалистической манере старых мастеров, тщательно отрабатывая каждую деталь — будь то локон или прихотливый изгиб ткани. И в то же время каждая композиция была прицельно насыщена мыслью. Художник не применял новомодных «текущих» красок, с помощью которых можно были создавать «живые» картины, сюжет которых развивался бы в течение любого выбранного мастером срока, и окончательно открывал его замысел лишь потомкам. Такие полотна у публики было принято называть «фига в кармане» — ибо даже владелец самого роскошного «парадного» портрета не был до конца жизни уверен, что же именно хотел сказать о нем живописец останутся ли на его пиджаке ордена, да и сам пиджак тоже… Не чувствовалось и специфических запахов «парф-красок», обладающих легчайшим наркотическим действием, совершенно безвредным даже для детей, но способным создать на некоторое время полный эффект присутствия… Нет, это была добротная умная живопись, в которой ощущалось влияние Яна ван Эйка, Мемлинга и других ранних голландцев.

Не обращая внимания на негодующие возгласы Марты, Игорь в два прыжка преодолел завал холстов и без сил рухнул в объемистое кожаное кресло.

— Посмотри в окно, «Белка» еще здесь? — тихо сказал он, закрывая утомленные глаза. — Мне срочно нужен Поплавский. Лучше, если он придет сюда…

— Ты что-то увидел? — с любопытством спросила женщина, присев на колени и складывая холсты, рухнувшие с полок, на место. — Никогда не думала, что у тебя может быть ТАКОЕ лицо… Нет, лунотанк ушел — видно, Вадим с Виталиком тоже нашли что-то интересное. Может, вызвать командира по радио?

— Погоди… Дай собраться с мыслями, — пробормотал Корин, массируя одеревеневшее лицо ладонями. — Он скоро сам нас вызовет… Кстати, узнаешь руку художника?

Марта взглянула на друга с иронией.

— Ну конечно, что за вопрос. На выставках я бываю, милый, значительно чаще, чем все вы, вместе взятые… а потом Давыдов меня дважды рисовал. Так, наброски пастелью, и все равно мне было очень приятно. Может, ты мне что-нибудь расскажешь? Я умираю от любопытства…

— Так и быть, расскажу… если поцелуешь, — легкомысленно произнес Игорь и тут же пожалел об этом. С Мартой так нельзя, она даже легчайшего флирта никогда не понимала.

Раздался прерывистый сигнал зуммера, и Корин тут же включил радиофон.

— Игорь, Марта, возвращайтесь на «Белку»! — зазвучал голос Поплавского. — Мы нашли дорогу к Скалистой долине, и эта дорога хорошо наезжена! Похоже, пришельцы на самом деле остались живы и не раз зачем-то приезжали в поселок. Игорь, ты слышишь меня?!

— Да, слышу, — ответил Корин и коротко рассказал о том, что несколько минут назад увидел «в прошлом» возле гаража. Марта изумленно смотрела на друга и не перебивала его.

Поплавский долго молчал.

— Вот как, — наконец сказал он. — Выходит, пришельцы — негуманоиды… Ситуация все больше запутывается. |

— Может, стоит вернуться в Институт? — робко предложила Марта. — В стране найдутся куда более знающие ксенопсихологи, чем я. Пойми, Володя, мы же совершенно не готовы к контакту с инопланетянами! Да еще эта ужасная катастрофа, гибель десятков людей… Если пришельцы могут свободно перемещаться по Заповеднику, почему же они за пять лет не дали людям знать о себе? Ответ очевиден — они просто НЕ ХОТЯТ!

— Марта права, — поддержал ее Корин. — Получается, что мы играем роль непрошеных гостей. Но, с другой стороны, на совести инопланетян — множества загубленных жизней землян. В поселке нет даже та трупов… Черт побери, не знаю, что и делать…

— А я — знаю, — холодно заявил Поплавский. — И запомните — с пустыми руками я из Заповедника не выйду! В последние годы у меня было немало неудачно это будет просто катастрофой! Пришельцам придется вступить с нами в контакт — пусть даже под дулом пистолета. Понятно?

— Понятно, — тихо сказал Корин, стараясь не смотреть на побелевшее лицо Марты.

Глава 6

Начало смеркаться, когда лунотанк преодолел последний крутой подъем и взобрался на вершине перевала. Члены экспедиции поспешно выбрались из распахнутого люка башни и с изумлением осмотрелись вокруг. Внизу простиралась песчаная долина, окаймленная высокими остроконечными скалами. В западной части долины мерцало голубое зеркало озера, дымящееся предвечерним туманом. По его пологим берегам были разбросаны округлые камни и множество крупных раковин.

Невдалеке от озера возвышались почти два десятка странных статуй. Они изображали фигуры существ, чем-то напоминавших индийских божков: с мощными, свитыми из нескольких торсов туловищами, на которых словно лепестки ромашки были насажены овальные головы с множеством выпуклых глаз. Ноги колоссов уходили глубоко в песок, разветвляясь внизу словно древесные корни. Статуи были изваяны из какого-то серебристого камня, покрытого многочисленными оспинами. Позы у них были очень живыми, динамичными — казалось, загадочные гиганты застыли в буйном танце.

Неожиданно Марта издала громкий возглас и протянула руку по направлению к трем остроконечным скалам, располагавшимся на противоположной стороне долины. Там, среди хаотично разбросанных валунов, виднелись приземистые прямоугольные строения, грубо сложенные из толстых каменных плит. Окна — узкие, словно бойницы, — были темны.

Через несколько минут «Белка» плавно преодолела перевал и опустилась на землю невдалеке от озера. Подул несильный ветер, взрябив водную гладь, так что мелкие волны выплеснулись на отлогий берег, покачивая шипастые раковины. Небо внезапно стало наливаться чернильной темнотой, проколотой искорками незнакомых созвездий, а еще через некоторое время из-за зазубрин скал степенно выплыли две зеленые луны и осветили долину зыбким светом.

— Хотел бы я знать, к чему вся эта бутафория? — пробурчал Асташевский, сложив могучие руки на груди. — Откуда взялись зеленые луны? Не должно быть здесь никаких лун.

— Вадик, милый, — засмеялась Марта, обнимая Десантника за плечи. — Не тебе задавать такие вопросы. Помнишь, мы вечно подшучивали над твоим пристрастием таскать с собой везде альбом со стереофотографиями твоего родного Марса?

— Это совсем другое дело, — смущенно кашлянув ответил Асташевский.

— Почему же? — вмешался в разговор Поплавский облокотившись на гусеницы лунотанка. — Не исключено, что пришельцы тоже любят вспоминать родные пейзажи. Земное небо Заповедника наверняка кажется им бесконечно чужим и холодным.

— А каменные истуканы? — не сдавался Асташевский. — Нет, тут что-то другое…

Корин не принимал участие в споре. Он стоял чуть в стороне, поеживаясь от прохладного ночного воздуха, и пытался «прощупать» местность хотя бы на сотни метров вокруг. Это ему никак не удавалось, ощущения были путаными, смутные образы мелькали перед его «внутренним экраном» и быстро гасли, не успев принять ясные очертания. Но он явно чувствовал присутствие чего-то живого там, на противоположной стороне долины.

— Ну что, Колдун, они здесь? — тихо спросил Поплавский, положив руку ему на плечо.

Игорь покачал головой, разглядывая дрожащие на глади озера огоньки созвездий.

— Никак не могу схватить «картинку» — слишком много новых впечатлений, — нехотя произнес он, не оборачиваясь. — Одно могу сказать — они здесь. Их немного, не больше трех, и они спят.

— Спят? — разочарованно пробурчал Поплавский включая обогрев своего скафандра. — Впрочем, почему бы им не спать… Пять лет до них никто не мог добраться — естественно, что они расслабились.

Корину послышалось легкое осуждение в голосе командира, и он невольно улыбнулся. Сам Поплавский такого беспорядка никогда не допустил бы, он выставил бы ночные посты даже на голом астероиде.

— В принципе нам тоже не помешает крепкий здоровый сон перед завтрашними трудами, — широко зевнул Вадим, выразительно поглядывая на командира. — Сегодня нам здорово досталось, особенно в том проклятом березняке…