Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малинин Евгений Николаевич - Страница 1482

– И где же эта самая Одинокая Башня?

Жан снова бросил на нее тревожный взгляд и так же тихо ответил:

– Этого никто не знает… – Потом, следом за Ее колдовской силой, оглядел дворец и, не повышая голоса, спросил: – А может, все-таки не пойдешь?… Скажешься больной или раненой…

– Это не более чем маленькая отсрочка. Раз герцог хочет меня видеть, он своего добьется, так что… Не будем тянуть…

Она спешилась, сбросила с плеча колчан с луком и четырьмя десятками стрел и передала его Жану. Потом расстегнула пояс с ножнами, в которых покоились ее меч и кинжал, и также вручила их Жану.

– Будешь ждать, пока я выйду… Ведь рано или поздно я выйду… – Она грустно улыбнулась.

– Или мы войдем, – хрипло прохрипел Сяма. Маша бросила на него удивленный взгляд. Она явно не ожидала такого заявления от своего «сообразительного» лейтенанта.

Ее сопровождающие, разорвав круг, расступились, и она медленно прошла к парадному входу. Стоявшие в дверях лакеи низко склонились перед ней. Она еще раз оглянулась и вошла. И двери сомкнулись. И дворец проглотил юную колдунью.

А во дворце царило веселье. Это ощущалось уже на широкой парадной лестнице, застланной прекрасной ковровой дорожкой. По ней Маша медленно поднялась на второй этаж в небольшой бальный зал. Странно вытянутая и причудливо изогнутая люстра, пылая сотней свечей, ярко освещала это небольшое, изысканно задрапированное помещение. Звучала негромкая музыка, и три-четыре пары кружились в танце по начищенному паркету. Сквозь открытые двустворчатые двери в дальнем конце зала был виден буфет, сверкавший серебром и хрусталем. Оттуда доносился перезвон посуды и негромкий рокот общего разговора.

Маша растерянно огляделась. По правде говоря, она в своей свободной, навыпуск рубашке и узких темных брюках совершенно не подходила к окружающей ее бальной обстановке. А ее сапожки, такие изысканные, когда она сидела в седле, на паркете этого зала казались грубыми и неуклюжими. Машенька огорченно вздохнула – другой одежды у нее все равно не было, и купить ее было некогда. Да, честно говоря, она и не ожидала, что попадет на бал. Герцогский прием представлялся ей каким-то секретным совещанием в узком кругу особо приближенных негодяев, вроде того костлявого Кости да Кости, с которым ей пришлось драться.

Пока она разбиралась в своих ощущениях, рядом с ней появился торжественный господин в белом напудренном парике и, как в столь любимых Машенькой исторических фильмах, громко произнес:

– Ее милость баронесса Мария Д'Арк. – При этом он так грохнул концом своего огромного посоха в паркет, что Маша едва не подпрыгнула.

Стоило прозвучать ее имени, как музыка смолкла, танцующие пары остановились и уставились на нее во все глаза, тихо между собой перешептываясь. Из дверей буфета тоже показались люди, привлеченные ее именем, и тоже принялись беззастенчиво ее разглядывать. Оказавшись под таким пристальным вниманием, Мария сначала слегка смутилась, а затем ее взяло зло. «Что они, в самом деле, лупятся на меня словно я какое-то чудо заморское?» – пришла ей в голову сердитая мысль, и тут же ее разобрал смех. Ведь она и на самом деле была чудом заморским! Только эти любопытствующие господа даже не подозревали, насколько она заморская…

В этот момент к баронессе подкатил расфуфыренный молодой человек и с разбегу принялся молоть своим светским языком:

– Дорогая баронесса, все мы счастливы видеть такую героиню… такую молодую и прекрасную героиню в своем узком кругу. Весть о твоей замечательной, твоей бескровной победе над этим ужасным хамом Кости да Кости произвела при дворе самый настоящий фурор. Ведь этому забияке никто слова не мог сказать, и вдруг!… – Тут он наклонился, а вернее дотянулся до самого ушка девушки и жарко зашептал: – Ты же могла его прикончить!… Ну почему, почему ты этого не сделала?!

В его шепоте звучала такая страсть… такая сексуальная страсть, что Машенька почти отшатнулась от него. И тут к ней вернулась ее природная легкая насмешливость, исчезло сковывающее ее чувство собственного несоответствия обстановке. «В конце концов, герцог сам пригласил меня на свой прием и предоставил право наряжаться, как мне заблагорассудится – мелькнуло у нее в голове, – так пусть полюбуются на дикую воительницу с далекого севера…»

Она повернулась к кавалеру и громко ответила:

– Ну, если ты такой кровожадный, почему бы тебе самому не прикончить барона? А я, как правило, без особой нужды незнакомых людей не убиваю.

– А знакомых? – нагло ухмыльнулся ее собеседник. Она аккуратно, двумя пальчиками, взяла его за кружевное жабо, пышными волнами спускающееся из-за отворотов атласного камзола, и резко дернула к себе. Молодец от неожиданности чуть не потерял равновесие, а затем страшно побледнел, видимо, испугавшись.

– Бывает… – прошипела Машенька прямо в широко распахнутые глаза. – Особенно если выясняется, что знакомый чересчур нагл!… Познакомимся?… – И она разжала свои пальчики.

Франт отшатнулся от нее и с опаской потрогал свое горло, словно боялся, что она его уже порвала. Потом издал хрипловатое кряхтенье и прошептал трясущимися губами:

– Буду счастлив…

– Будешь, будешь… может быть, – небрежно ободрила его Машенька и неожиданно дружески хлопнула по плечу. – Так как тебя кличут-то?

– Что? – не понял молодой человек.

– Зовут, спрашиваю, как? – повторила Маша, тоном давая понять, что не выносит тупиц.

– А!… – почему-то обрадовался ее собеседник. – Позволь представиться, барон Сотси Как! – И он резко кивнул головой.

– Как? – переспросила удивленная Маша. – Сотси?

– Нет, – с вернувшимся достоинством поправил ее барон. – Не Как Сотси, а Сотси Как!

– Вот как?! – Машенька задумчиво почесала щеку. – Ну что ж, бывает… – сочувственно бросила она и добавила: – Ну а мое имя ты слышал…

– Да! Конечно! – воскликнул полностью оправившийся от недавнего неласкового обращения Сотси. – Позволь пригласить тебя на следующий танец!…

Маша внимательно на него взглянула и язвительно поинтересовалась:

– А что, следующим будет танец с саблями?

– Н-н-нет… – снова растерялся барон.

– Как обидно, – ухмыльнулась Маша. – А я танцую только танец с саблями, ну может, еще с мечами или шпагами…

Оставив своего незадачливого кавалера соображать в одиночестве, что это за танцы такие, Мария направилась рез зал в сторону буфета. В течение всей ее беседы с бароном Сотси Как за ней внимательно наблюдали практически все собравшиеся, но Маше это стало почему-то безразлично.

Когда она подошла к распахнутым дверям буфета, перед ней расступились. Внутри довольно просторного помещения, не уступавшего размерами танцевальному залу, было расставлено около десятка столиков, на которых в широких мелких тарелках были разложены самые различные закуски, стояли высокие стаканы с напитками.

Машенька оглядела посетителей буфета. В основном пожилые степенные люди, большей частью мужчины. Они уже погасили свои эмоции, вызванные ее появлением, и, делая вид, что не замечают ее, вернулись к своим разговорам. Но, как выяснилось, и оставить ее в одиночестве они не собирались. Едва Машенька взяла со стола стакан с легким вином и пару тартинок, как к ней подошел высокий дородный старик в роскошном камзоле и с тяжелой шпагой у пояса. Эта шпага сразу привлекла Машино внимание, ее-то разоружили!…

– Рад тебя видеть, баронесса, – густым, каким-то утробным басом пророкотал старик. – И рад, что такая молодая и красивая девушка вдобавок еще так прекрасно владеет оружием.

– К сожалению, должна тебе возразить, – отхлебнув вина, ответила Маша. – Меч и кинжал далеко не самое мое любимое оружие.

– Неужели чем-то другим ты владеешь еще лучше? – удивился старик. – Ведь Кости да Кости считался мастером клинка. Правда, он всегда утверждал, что ему больше по руке секира…

– Как раз секиру он и держал в руках, когда с него свалились штаны, – усмехнулась Маша.

– Вот как? – снова удивился старик. Он даже на несколько секунд задумался, но быстро стряхнул с себя эту задумчивость и продолжил светский разговор.