Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малинин Евгений Николаевич - Страница 1168

Вотша вдруг понял, что не знает, как ответить на это требование, но в этот момент вдруг прозвучал ломающийся от напряжения голос Фаруха:

– Зачем вы убили нашу лошадь?!!

– Это не ваша лошадь!! – Рявкнул в ответ ирбис. – Это наша добыча!!

– Это наша лошадь! – Твердо ответил Вотша, перехватывая инициативу в разговоре. – И мы не отдадим ее вам!!

И тут же ему в голову пришла удивленная мысль:

«Зачем нам мертвая лошадь?! Почему мы не отдаем ее этим жутким зверям?!»

Но немедленно вслед за этой мыслью пришло и понимание. Холодный внутренний голос подсказал его разгоряченному разуму:

«Мы не даем подойти им к лошади, потому что они сразу же увидят, что их товарищ мертв! Они сразу же увидят, что происходит сейчас с его телом!! Нам надо их уничтожить, чтобы сохранить в тайне свое оружие!!!»

– Вы глупы, изверги! – Уже с раздражением прорычал ирбис. – Мы голодны, мы в дозоре уже третьи сутки! Эта лошадь наша добыча и мы ее заберем. А если вы не уйдете, мы с удовольствием сделаем и вас своей добычей!»

– Руки коротки!! – Неожиданным тонким фальцетом крикнул Фарух, взмахнув своим клинком.

Ирбис сделал короткий шажок вперед и рыкнул уже в полный голос:

– Чтобы сделать вас своей добычей, нам не нужны… руки!!!

Оба ирбиса прыгнули неожиданно и мощно! Их мускулистые тела взвились в воздух, словно брошенные невидимой пружиной, но… Изверги действовали не менее слаженно – три облитые лунным светом фигурки мгновенно упали на одно колено, словно желая пропустить разъяренных кошек над собой, и приняли стремительно падавших на них хищников на свои матово блеснувшие клинки. Два светло-серых в темных пятнах тела обрушились на три склоненные фигуры извергов и… все пятеро покатились в траву, накрытые долгим, полным тоски воем! Несколько секунд лунный свет заливал лежащие неподвижно тела, а затем трое извергов медленно поднялись на ноги и развернулись в сторону своих страшных противников, выставив перед собой короткие клинки!

Но все уже было кончено! Тела поверженных оборотней быстро растворялись в невидимом пламени!

И тут Вотша заметил, что к ним медленно приближается Азуз, о котором в пылу внезапно вспыхнувшей схватки все забыли. Изверг шел с широко открытыми глазами, но, похоже было, что он ничего не видел. Ничего, кроме трех неподвижных светло-серых звериных тел, медленно слизываемых с истоптанной травы невидимыми огненными языками. Он остановился над этими телами и долго, не отрывая взгляда, наблюдал за этим странным, непонятным процессом, пока последний клочок серой шкуры не исчез в небытие, а потом поднял глаза и… увидел Вотшу, внимательно наблюдающим за ним. Словно сомнамбула, Азуз протянул к Вотше руку и хрипло выдавил из себя:

– Дай мне!.. Дай мне такой клинок!! Дай мне… уругумскую сталь!!!

Только сейчас Вотша вдруг понял, что по-прежнему сжимает в кулаке рукоятку своего серебряного кинжала и, глубоко вздохнув, вложил клинок в ножны. Вслед за этим он шагнул к своему новому другу и, стараясь говорить спокойно, произнес:

– Ты получишь такой клинок, но для этого нам надо вернуться в Уругум!

Теперь уже вздохнул Азуз, его напряженное, окаменевшее лицо расслабилось, протянутая к Вотше рука упала вдоль тела и он, едва заметно кивнул и с каким-то странным удовлетворением проговорил:

– Ты обещал!..

И тут подал голос Ватиз:

– Нам, наверное, надо побыстрее уходить отсюда, только… как же мы теперь без лошади?!

Вотша посмотрел на убитую лошадь и согласился:

– Да, без лошади нам будет тяжело… Но мы должны донести оружие, значит, мы его донесем. А уходить?.. Зачем нам уходить?! Мы же остановились на ночевку, так что будем… ночевать!

– Но, как же!.. – Ватиз растерянно повел руками в сторону места схватки, но о том, что здесь что-то происходило, говорила только примятая трава да труп лошади с порванным, покусанным горлом.

– Да вот так!.. – Вотша пожал плечами, улыбнулся и направился к уже почти прогоревшему костру. Подойдя к едва тлеющим углям, он подбросил немного хвороста и улегся рядом с затрепетавшим огнем. Ребята неуверенно потянулись за ним. Когда они, озираясь в окружающую темноту, уселись вокруг костра, Вотша вдруг пробормотал:

– Первым дежурит Фарух, за ним Ватиз, потом я, а последним Азуз. Спать… Спать!

И закрыл глаза. Азуз и Ватиз переглянулись и тоже улеглись на траву, а Фарух чуть придвинулся к вновь разгоревшемуся костру и, взяв в руки длинную сухую ветку, принялся поправлять рдеющие угли.

Ночь прошла спокойно, больше никто не вышел к мерцающему пламени костра, не осквернил тишину ночи ревом или заполошным визгом. Когда Вотша поднял чутко дремавшего Азуза, небо уже потеряло свой бархатно-черный цвет, а самые тусклые звезды исчезли, растворившись в спускающейся с гор утренней прохладе.

А в начале часа Жаворонка все четверо были уже на ногах. В костер было подброшено топливо, и котелок с чистой родниковой водой повис над весело заплясавшим огнем. Ребята, готовя завтрак, а затем и поглощая его, изредка бросали осторожные взгляды в сторону убитой ирбисом лошади, но о случившемся ночью никто не заговаривал. И только когда походные мешки были сложены, Вотша задумчиво проговорил:

– Да, без лошади будет тяжеловато, но я думаю, мы справимся!

Ватиза и Фаруха он снова послал в лес с заданием вырезать длинные прочные жерди. Когда ребята вернулись, Вотша и Азуз просунули принесенные жерди под ремни, стягивающие вязанки хвороста, так чтобы можно было нести вязанку вдвоем. Вес вязанок оказался ребятам вполне по силам, и, уложив новый груз на плечи, они отправились дальше.

Спустя пятеро суток, в небольшом айле Ашабад, спрятавшемся в крошечной высокогорной долине, на берегу быстрой горной речки, собрался весь отряд Вотши. Не дошли до места сбора всего двое из числа новеньких, видимо, они решили просто затеряться среди местного населения. В Ашабаде к отряду примкнули еще восемь совсем молоденьких ребят, так что спустя двое суток тридцать четыре человека двинулись на юг, в Уругум.

Глава 5

Вожак стаи южных ирбисов застыл над отвесным срезом скалы, как изваяние. Внизу, прямо под ним лежал айл Аргамак, вернее, то, что от него осталось! Все четырнадцать домов айла превратились в закопченные руины, по которым прыгали слетевшиеся на запах стервятники. Сады, окружавшие дома тоже частично обгорели, и в остатках их зелени странными огрызками былой красоты виднелись крохотные домики, скорее, сарайчики, в которых ютились изверги, служившие жителям Аргамака. Юмыт уже знал, что в айле нет никого из живших там – двадцать шесть изуродованных огнем трупов, обнаружили сутки назад разведчики, первыми добравшиеся до айла. Куда делись остальные пять жителей, в том числе две женщины и один ребенок было неизвестно! Но самое главное – было неизвестно, кто это сделал?!!

Вожак долго смотрел на разоренный, уничтоженный айл, а когда повернулся прочь, увидел, что его приказ уже выполнен – на площадку под скалой согнаны все изверги, оставшиеся в уничтоженном айле. Их было около пятидесяти, в основном извергини, плачущие, не то от страха, не то от горя. Мягко ступая по искристому граниту, Юмыт спустился вниз и остановился напротив этой испуганной, потерянной толпы. Вряд ли чего можно было добиться от этих безмозглых, погруженных в ужас женщин, предчувствующих свой конец, но пока что их память была единственным источником хоть какой-нибудь информации. Наконец он разглядел в толпе пожилого изверга, который хотя и был напуган, но держался достаточно спокойно – не рыдал, не трясся. Вожак мягким шагом направился в его сторону меж шарахающихся от него извергинь. Остановившись в трех шагах от изверга, он еще раз оглядел старика-изверга и приказал:

– Иди за мной!

Из толпы они вышли вместе. Отойдя в сторону шагов на десять, вожак улегся на прогретый солнцем камень и коротко проворчал:

– Садись рядом!

– Но, господин, я не смею!.. – Дрогнувшим, неуверенным голосом ответил изверг.