Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малинин Евгений Николаевич - Страница 1099

Послы развернулись и вышли, а Рогволд с минуту подумал и, не оглядываясь, прорычал:

— Все прочь! И позовите ко мне Варда!

Пять минут спустя в малую трапезную вошел главный советник вожака стаи западных вепрей. Рогволд поднял голову на звук шагов, и Вард увидел на его лице неприкрытое страдание. Вард подошел к столу и неожиданно мягким тоном произнес:

— Слушаю тебя, князь.

— Что нам делать, Вард? — словно бы через силу спросил Рогволд.

— Отдай им Ёкуля, — просто ответил Вард. — Скажи, что мы нашли его у южных или западных границ, и отдай!

Рогволд отвернулся и принялся барабанить пальцами по столешнице.

— Тогда объясни мне: зачем он тебе понадобился?! — снова заговорил Вард. — У Всеслава и Ратмира с этим извергом какие-то счеты, а какой у тебя интерес в этом изверге?!

— А ты уверен, что у волков к этому извергу есть какие-то счеты?! — вдруг снова повернулся к Варду вожак. — Подумай сам, стал бы ты гоняться за каким-то извергом, даже если бы он у тебя что-то украл?! Стал бы ты из-за него развязывать войну на противоположном крае Мира?! — И тут же сам ответил на свои вопросы: — Нет! За этой погоней, за этим… неуемным желанием заполучить этого изверга кроется какой-то другой интерес! Только вот — какой?!

— Ни Всеслав, ни Ратмир не скажут тебе этого, — покачал головой Вард. — А потому будет лучше отдать им изверга и забыть о нем.

В трапезной долго висело молчание, а потом Рогволд вздохнул:

— Ладно. У нас есть еще неделя, если до конца этой недели я не выясню, зачем на самом деле волкам этот изверг, придется его отдать!

— Ты напрасно тянешь! — недовольно проговорил Вард. — Мы потеряли восемь человек и не меньше тысячи извергов, а каковы будут наши потери к концу недели, можно только предполагать!

— И все-таки мы подождем еще неделю! — упрямо повторил Рогволд.

Вотшу снова привели к Темному Харту, когда он этого уже и не ожидал. На этот раз изгой сидел в дальнем углу уже знакомой Вотше комнаты в глубоком кресле и о чем-то размышлял. Дождавшись, когда за извергом закроется дверь, Харт указал ему на стул, стоящий в трех шагах от его кресла, и, после того как Вотша устроился на предложенном ему месте, спросил:

— Тебе знакомы такие имена — Скал, Вогнар?

— Да, — кивнул Вотша, — это мои учителя. Они очень хорошо со мной обращались, и я их любил…

— Теперь они приехали сюда, в замок, и требуют твоей выдачи. Они обвиняют тебя в краже какого-то меча.

Вотша почувствовал, что изгой внимательно следит за ним из-под надвинутого на глаза капюшона, но это не взволновало его. А вот известие о том, что Всеслав знает, где он находится, и прислал за ним его учителей, наполнило его душу черной тоской.

— Я не украл этот меч. — Он грустно покачал головой. — Мне его вручила княжна после победы на турнире…

— Это тот турнир, после которого ты сбежал из Края?

Вотша насторожился, он не помнил, чтобы в разговоре с этим странным многоликим рассказывал о своем побеге. Стараясь не показать своей тревоги, он ответил:

— Да… И, конечно, я взял с собой этот приз.

— Я так и думал… — проговорил, словно бы про себя, Харт. — Это просто предлог, чтобы потребовать твоей выдачи.

Он опустил голову и замолчал, снова погрузившись в размышления, а Вотша тоже сидел молча, понимая, что никак не сможет повлиять на решение, которое сейчас принимал изгой.

Наконец Харт пошевелился в кресле и снова взглянул на Вотшу.

— Знаешь, изверг, я решил не отдавать тебя! — Его голос был наполнен спокойной уверенностью. А вот Вотша мгновенно засомневался — с какой это стати Харту надо нарушать верность князю западных вепрей, рискуя потерять те блага, которые он имел, проживая в замке? Но изгой продолжил: — Ты ведь очень нужен Всеславу и Ратмиру — это ясно. Но с какой стати я должен помогать своим врагам, тем, кто сделал из меня изгоя? И не будет ли похищение изверга стаи восточных волков настоящей местью моим недругам?!

Тут Вотша решился нарушить размышления Харта:

— Но… Как ты сможешь меня не отдать, если князь прикажет тебе это сделать? Ты же не станешь нарушать приказ князя?!

— Хм… Не стану…

Вотше показалось, что изгой… улыбнулся, и это поразило его! А Харт продолжил:

— Но я отдам князю не Вотшу, я отдам ему… Ёкуля из Норникса!

Вот тут Вотша растерялся. Приподнявшись со стула, он пролепетал:

— Как?.. Ведь Ёкуль это… Ёкуль должен уметь…

Он замолчал на полуслове, но Харт продолжил его мысль:

— Ёкуль — сказитель и должен уметь слагать стихи… Поэтому ты сейчас будешь читать стихи! Ведь ты это умеешь!

— Читать стихи?! Здесь?! Зачем?! — не понял Вотша.

— Чтобы не читать их в другом месте, — с усмешкой ответил Харт. И тут же, вскочив из кресла, бросил: — Пошли!

Однако направился он не к входной двери, а к стеллажам, висевшим на стене слева. Вотша двинулся за ним и увидел, как изгой, проходя вдоль полок, переставил на другое место небольшой, сделанный из причудливого стекла сосуд, в котором плескалась мутная жидкость, и в то же мгновение часть полок развернулась, открывая узкий проход в стене. Харт нырнул в этот проход, и там сразу зажегся свет. Вотша с некоторым сомнением шагнул следом — короткий, не больше двух шагов, коридор вывел его в большое, сводчатое помещение, каких он в своей жизни не видал никогда!

Вдоль всей противоположной стены тянулся высокий верстак, заставленный непонятными устройствами, а также различной керамической, металлической и деревянной посудой. Справа, рядом с верстаком, во всю стену тянулся стеллаж, на полках которого были расставлены одинаковые прямоугольные керамические банки, на каждой из них белела надпись, выведенная неизвестным Вотше шрифтом. Слева была устроена стойка, на которой размещались различные кованые инструменты, от огромных, двуручных, до крошечных, не более мизинца.

Впрочем, этот довольно большой зал Вотша окинул одним быстрым взглядом, его глаза сразу приковал высокий, длинный стол, установленный посредине. Стол этот был очень похож на тот, который использовал изгой для допроса самого Вотши, может быть, даже это был тот самый стол с каменной столешницей. Но сейчас на нем лежал другой изверг — молодой, худой, длинноногий парень, чем-то смахивающий на самого Вотшу. Вглядевшись в него, Вотша вдруг похолодел, он понял, что изверг… не дышит!

Харт между тем быстрым шагом обошел стол и направился к стеллажу, приговаривая на ходу:

— Смотри, смотри, какая у меня лаборатория!

Сняв со стеллажа четыре банки, он откинул крышки и принялся костяной ложечкой доставать из них разноцветные порошки. Наполнив до половины четыре небольшие фарфоровые чашечки, он закрыл банки и вернул их на место, а затем расставил чашки по углам стола. Затем схватил со стола какие-то мелко исписанные листы и начал в них что-то выискивать. В этот момент Вотша немного пришел в себя и, запинаясь, проговорил:

— Так… он же… мертвый!..

— Мертвый, мертвый! — согласно буркнул Темный Харт, не отрывая глаз от рукописи. — И уже давно мертвый. Это один из первых, попробовавших мой эликсир. Я хотел его… э-э-э… усыпить, да все руки не доходили, а вот, поди ж ты, пригодился!

— Но… он же мертвый! — теперь уже вполне осознанно воскликнул Вотша. — Как же ты его собираешься выдать за…

Он не договорил, словно что-то помешало ему произнести последнее слово в этой фразе.

Но Харт вдруг оторвался от рукописи, покосился на лежащий труп и тряхнул головой:

— Нет, он живой!

Вотша снова растерялся. Тело, лежащее перед ним, мало того что не дышало, его к тому же заливала мертвенная бледность, а в некоторых местах просвечивали трупные пятна! Однако Харт, словно заметив растерянный взгляд юноши, обшаривающий покойника, пояснил:

— Синяки… Это он о стол ударился, когда ложился на него!

— Так он сам сюда… лег?! — пролепетал вконец изумленный Вотша.

— Конечно! — пожал плечами изгой. — Не думаешь ли ты, что это я его сюда взгромоздил?!