Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ) - Юрин Денис Юрьевич - Страница 838

«Крупная диверсия. Нападение на штаб врага накануне решающего сражения. Переломный момент войны. Судьба Геркании зависит от нас. Подвиг. Большой риск. Большая награда. Честь и слава. Всем спать! Подъем в четыре утра…» – вот и вся ключевая информация, отпечатавшаяся в головах солдат, воодушевленных божественным видением и рассказом смертельно уставшего командира. А большего… большего им знать и не требовалось! Кто много знает, плохо спит, а неотдохнувший воин плохо воюет, тем более когда уже целые сутки ничего не ел…

Дарку и самому бы не мешало отправиться на боковую, но, перед тем как отдаться упоительным чарам сна, ему нужно было сделать еще одно очень важное дело. Вернувшись из города около двух часов пополудни, Крамберг принес три важных известия, но поскольку командира в отряде не было, доложил результаты разведки сержанту. Первая новость состояла лишь в том, что в Удбише большой праздник, почти все горожане в храмах, а на улицах так мало народу, что смешаться с толпой невозможно, поскольку таковой, собственно, и нет. Каждый новый прохожий, и уж тем более группа одетых в доспехи лиц, привлечет столько внимания скучающей без дела стражи, чьи посты расставлены чуть ли не на каждом углу, что высовываться из убежища не стоит, даже несмотря на то, что в опустевших животах уже который час подряд урчит. Именно по этой причине солдаты и просидели весь день на кладбище, вместо того чтобы разжиться на базаре провизией. Герхарт никого не отпустил, хотя охотников рисковать головой вовсе и не было. Принесенной же Крамбергом еды на всех, естественно, не хватило.

Вторую новость сержант счел вполне неплохой, а после божественного видения и вовсе отличной. Крамберг сообщил, что разрушенная чарами крепостная стена цела и невредима и вокруг нее не видно ни малейших следов ночного происшествия. Это означало, что шеварийцы так и не знают об их проникновении в город, а следовательно, нежелательных визитов поисковых отрядов можно не опасаться.

Герхарт уж было совсем успокоился, но вот третье известие заставило его призадуматься и изрядно понервничать. Блуждая по городу, Крамберг случайно натолкнулся на тайно покинувшего отряд еще ранним утром фон Кервица. Герканский рыцарь был одет отнюдь не в лохмотья и не в пожитки конвоира, а в щегольский наряд богатого и знатного шеварийского дворянина, в котором и на светский бал, и на пиршество знати, и на прием к королю было не стыдно пожаловать. К тому же беглый пленный вовсе не прятался, а преспокойнейшим образом прогуливался по самому центру Удбиша, причем не один, а в компании благородной дамы и пятерых шеварийских офицеров, судя по гербам на мундирах, служивших в знаменитом ударном кавалерийском корпусе герцога Темборга.

Услышав такое, Герхарт первым делом, конечно же, подумал об измене и собирался срочно увести отряд со столь удачной стоянки, но затем здравый смысл победил иррациональный страх. Если бы фон Кервиц желал выдать герканцев, то стража нагрянула бы на кладбище еще до того, как их командир отправился в город. Посовещавшись с Вальбергом, сержант решил не предпринимать никаких шагов, и, как оказалось, поступил весьма разумно. Ближе к вечеру, то есть практически на заходе солнца, фон Кервиц вернулся сам, но, почувствовав настороженные взоры готовых его пропустить часовых, заподозрил неладное и приближаться вплотную не стал. С тех пор он так и бродил по окутанному темнотой кладбищу, наматывая круги вокруг церквушки и не выпуская из поля зрения вход в подвал. Солдаты терялись в догадках, не зная, чем объяснить столь странное поведение, однако их командир знал ответ. Заподозренный в сговоре с врагом рыцарь опасался, что его повяжут или, что еще хуже, сразу убьют, не удосужившись даже задать вопросов. Не уходил же он, поскольку ждал, когда Дарк догадается выйти к нему на разговор.

Видимо, фон Кервицу было что сказать, раз он терпеливо бродил во тьме по кладбищу. Перед сном моррон решил немного прогуляться и вознаградить уже наверняка промерзшего до костей агента разведки за его завидное упорство. К тому же и Дарку имелось что сказать. Личное участие фон Кервица в будущей операции было весьма и весьма желательно для повышения достоверности легенды, на которой основывался налет-провокация.

Глава 9

Сделка с нечестивцами

Настойчивость и настырность во многом схожи, но между ними имеется существенное отличие. Настойчивый человек хоть и идет до конца, но знает, когда этот конец наступает и когда следует отступить, переосмыслив как цель, так и методы ее воплощения в жизнь. Не все задачи решаются в лоб, так что он прекращает бесполезные попытки и ищет иной, обходной вариант достижения намеченного. Настырный упрямец и в мыслях не допускает возможности отказаться от помыслов и пересмотреть неудавшийся план. С завидным терпением осла он продолжает стучаться в запертую дверь, уверенный, что рано или поздно либо дверь, либо нервишки запершихся внутри хозяев не выдержат его напора. Настойчивость – синоним мудрости; настырность – родная сестричка глупости. Умный человек частенько добивается своего, а глупец почти всегда нарывается на тумаки.

Неизвестно, являлся ли фон Кервиц мудрецом, но дураком он точно не был. Покрутившись на виду у часовых какое-то время, рыцарь понял, что Дарка просто-напросто нет в отряде, а иначе бы тот обязательно вышел побеседовать. Возможности, что его игнорируют, агент герканской разведки, естественно, не допускал, ведь он слишком много знал и мог, а общением со сведущими и могущественными людьми не пренебрегают. Рыцарь решил на время уйти, но особо не удалился, чтобы вернувшийся в отряд после прогулки по городу командир смог быстро его найти.

Так и случилось. Едва выйдя на свежий воздух (холод ночи приглушил многие неприятные запахи), Дарк тут же приметил крошечный огонек, то поблескивающий, то пропадающий на южной окраине кладбища; там, где находились еще не окончательно превратившиеся в груды камней и обломки могильных плит пустые склепы городских богатеев. Состоятельные горожане частенько тешат свое тщеславие смехотворными попытками походить на дворян: ведут летописи рода, выдумывают семейные традиции и с показным благоговением чтят прах давно умерших предков, которых не только они, но и их прадеды живыми не застали. Наверняка, когда кладбище только оказалось заброшенным, многие влиятельные семейства Удбиша перенесли прах умершей эдак лет триста назад родни на новое место, ну а сами усыпальницы, конечно же, разрушать не стали, уступив эту честь палачу-времени и быстро разрастающемуся на месте могил болоту.

Несмотря на сырость и все-таки ощутимые неприятные запахи, фон Кервиц удачно выбрал место для ночлега. В любом более-менее просторном и сносно сохранившемся склепе можно было не только укрыться от моросящего дождя да стылого ночного ветра, но и найти сухие деревяшки для разведения костерка. Самого же мерно мерцавшего огонька, едва способного согреть поднесенные вплотную руки, со стороны лачуг бедняков практически не было видно.

К несчастью Дарка, огонек лишь показывал направление движения, но не освещал тернистого пути к месту рыцарского ночлега. Только благодаря отличной интуиции и все еще оказывающей ему покровительство удаче моррон не сгинул бесславной смертью в одной из множества болотных луж, возникших на месте ушедших под землю памятников и надгробий. Расстояние, которое можно было бы днем да по твердой земле пройти меньше чем за минуту, отняло у Аламеза около четверти часа, но его мучения были все-таки вознаграждены. Когда Дарк увидел фон Кервица, тот не только был у костра и не спал, но и, сидя на плаще поджав ноги, дожаривал на крохотном костерке аппетитно пахнущие и призывно шкварчащие куски мяса. Рыцарь уже давно услышал приближение Дарка и поэтому, когда Аламез появился, даже не приподнял головы, полностью сосредоточившись на создании у аккуратно нарезанных ломтиков свинины тоненькой хрустящей корочки.

– Передай своим дружкам-чернокнижникам, чтоб они в следующий раз поизящней сработали. Такими базарными фокусами солдатню обдурить можно, а таких ушлых пройдох, вроде меня, нет! Да и девка-то для Святой Кафалины уж больно молода да хороша, хоть фрески в храме посмотрели б, что ли… Халтура, а не колдовство! – первым начал разговор рыцарь, не отрываясь от уже близившегося к концу приготовления пищи. – И не принюхивайся! Это мое мясо, со своим ходить надо!