Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ) - Юрин Денис Юрьевич - Страница 1419

«А колдунчик-то не просто чудак, а еще и гуманист! – рассмеялся Штелер, почувствовавший вдруг необычайный прилив веселости и бодрости. – Стреляет эффектной гадостью, страшной с виду, да и жужжащей отменно… с завыванием, но совершенно бестолковой… Что толку в пакости, что даже кожу прожечь не может? Он не хочет убивать глупых людишек, только обездвиживает? Интересно, и от кого это затворник пацифизмом заразился? В какой такой „черной книге“ прочел, что людей убивать нельзя?! А может, я зря мучаюсь, может, просто в дверь постучаться и попросить, чтобы он на крылечко поболтать вышел? А что? Почему бы и нет! Интересно, а он с собой бутылочку винца прихватить догадается или все богомерзкие колдуны трезвенники? Вина не пьют; охотятся лишь на крыс, кидаясь в них тапками, трубки с намбусийской травой не курят, да и в женщинах видят лишь кухарок да постирушек…»

В голове смеющегося, никак не способного унять внезапно завладевшее им веселое настроение барона рождались идеи одна смешнее и глупее другой. Довольно скучная тема «Образ жизни ученых мужей» достигла апогея комичности и абсурдности. Но вдруг все прошло, разум прояснился, и глупые мыслишки в нем уже не появлялись. Уже через минуту Штелер смог рассуждать по-прежнему здраво и тут же понял, в чем крылся секрет черной слизи, которая, кстати, окончательно затвердев, начала покрываться трещинами, а затем и отваливаться с ноги небольшими кусками, оставляя на коже легко стираемые обслюнявленным пальцем отметины.

Примерно год назад, сидя за кружкой холодного филанийского пива в одном из кабаков Марсолы, он услышал от Мартина Гентара об искусственных, не встречающихся в природе веществах, способных оказывать на человеческий ум непродолжительные воздействия различного свойства. Стоит напоить человека одним отваром, и он мгновенно забудет, что с ним было вчера, стоит впрыснуть ему под кожу иглой другое зелье, и ему начнет казаться, что вокруг уродливые монстры, а не дружелюбно улыбающиеся соседи. Закрывшийся в его доме ученый муж использовал слизь как деморализующее, порождающее видения оружие. Попадая на ткань мундира или сталь доспеха, она уничтожала любой неживой материал, вне зависимости от его прочности, чтобы добраться до кожи живого существа и, просочившись через ее поры, попасть внутрь организма. Наверняка мерзкая с виду, но совершенно не вредящая здоровью слизь вселяла в солдат ужас и страх. Бросая оружие, они что есть мочи бежали прочь, гонимые витавшими в воздухе призрачными чудовищами.

На него же весьма гуманное по меркам любой войны оружие оказало совершенно иное воздействие, и в этом не было ничего удивительного, поскольку далеко не каждый день в гости к мечтающим об уединении и спокойствии затворникам жалуют морроны, существа, хоть и бывшие когда-то людьми, но все же от них разительно отличающиеся. Скорее всего, загадочное вещество действовало на обычного человека в течение нескольких часов, а вот более стойкий ко всяким воздействиям организм бессмертного изгнал инородную субстанцию всего за пару минут.

Осмыслив забавное происшествие (а по-иному охарактеризовать случившееся с ним моррон не мог), Штелер сделал три вывода. Первое, затворник, без сомнения, был мужем ученым и разбирался в природе живых и неживых тел куда основательней, чем напыщенная университетская профессура. Второе, быть может, это существо и было богомерзкой тварью, но отнюдь не задавалось целью извести род людской, а иначе не боялось бы не только убивать, но даже калечить людей. И, третье, пожалуй, самое печальное для моррона, он зря позабыл в Денборге коммуникационную сферу. Теперь он не мог связаться ни с одним из собратьев по клану, а занудные наставления и поучения Мартина Гентара были бы сейчас как никогда кстати…

Поврежденные мышцы еще не обрели былую упругость, но уже и не походили на кусок дерева. Штелер осторожно согнул ногу в колене и, убедившись, что способен ходить, поднялся и взялся за ручку запертой то ли на засов, то ли чарами двери. Сидеть на прежнем месте было не только бессмысленно, но и опасно. Наблюдавший за его пробежкой дежурный офицер явно неправильно истолковал довольно продолжительную остановку. Наверное, он подумал, что самозванец, собиравшийся обманом присвоить проклятый дом, смертельно ранен и умирает, поэтому и решил поспособствовать облегчению перехода заблудшей души в мир иной. Трое солдат, стоявших возле него, по краткой команде дружно вскинули мушкеты и прицелились, как догадался моррон, совсем не в выглянувшего из окна колдуна и не в растекающуюся по стенам дома слизь. Еще секунда, и ночную тишь нарушил бы залп из трех выстрелов, но, к счастью, со второго рывка дверь поддалась и с чудовищным скрипом открылась. Тот, кто самовольно поселился в особняке и так сильно запачкал чужое имущество, признал в бароне Аугусте ванг Штелере истинного, законного владельца.

Дом, милый дом, моррон так давно в нем не был! Чуть более двадцати лет назад, подобно красавцу-кораблю, юный Аугуст ушел в далекое плавание и даже не подозревал, что вернется в тихую гавань детства, став уже зрелым мужчиной и даже однажды умерев и воскреснув. С тех пор как его нога в последний раз ступала по начищенному до блеска паркету холла отцовского дома, прошло очень много времени. Все его семейство, жившее когда-то здесь, уже отправилось на Небеса, да и слуг, чьи лица он еще смутно помнил, явно уж не было в живых.

Определенно, новый владелец отцовского дома, маркиз, не был женат. Его супруга непременно поменяла бы устаревший по меркам нынешний моды декор, да и от мебели бы старой уж точно избавилась. Тогда барону было бы куда легче войти в свой бывший дом, его не мучили бы воспоминания детства, сентиментальные чувства, совсем неуместные в данный момент.

В простом убранстве хоть и небольшого, но довольно просторного холла ничего не изменилось, разве что со стен исчезли щиты и знамена с гербом его рода и появились новые, чуждо и как-то блекло смотревшиеся. Наверх вела широкая лестница. Там находились апартаменты барона и членов его семьи, гостевые комнаты, просторный кабинет отца и большой зал, нечто среднее между обеденным помещением и залом торжеств. Больше всего воспоминаний было связано именно со вторым этажом, но как раз туда Штелер пока идти не собирался. Вначале он хотел осмотреть первый этаж и подвал, где размещались кладовки, винный погреб и небольшая темница, или, как пошучивал его старший брат: «Гостевая для нежданных ночных визитеров». Традиции древних герканских родов строго предписывали не беспокоить власти по ничтожным пустякам, таким, как: наказание провинившихся слуг или заключение в темницу пойманного вора. Однако, кроме того, в темном, сыром подземелье имелась еще одна дверь, которая, собственно, и интересовала моррона. За нею скрывался узкий тайный проход, выходящий наружу где-то в квартале Виндра. Как бы ни был знатен род герканского аристократа, но в смутные времена никто не застрахован от нападок соседей и королевской немилости. Именно через тайный ход Штелер и собирался покинуть дом после разговора с существом, считавшимся колдуном. Выйти через парадный вход или дверь для слуг он вряд ли бы смог, ему слишком были знакомы нравы и привычки святой инквизиции. Во избежание распространения скверны они были готовы убить любого, кто находился слишком долго один на один с колдуном. Методы святых отцов весьма походили на предписания неуча-лекаря, который не знал, как лечить заразную болезнь, поэтому убивал всякого, у кого обнаруживал первичные симптомы.

«Перед тем как совершить вылазку, необходимо продумать пути отступления!» – это военное правило бывший полковник запомнил хорошо, поэтому, прежде чем «идти к волку в пасть», предусмотрительно собрался заняться поисками тайной двери. Только вот в чем беда, в детстве Штелер не так уж часто бывал на первом этаже, где располагались комнаты слуг, складские помещения и кухня. Он не помнил, какую из четырех совершенно одинаковых дверей следует открыть, чтобы добраться до винтовой лестницы, ведущей в подвал. Память отказалась ему помогать, поэтому барону ничего не оставалось, как воспользоваться правилом левой руки, то есть войти в крайнюю левую дверь, а если она не приведет туда, куда нужно, пройти и все остальные, строго слева направо.