Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ) - Юрин Денис Юрьевич - Страница 1166

«Она… она не только прекрасна, но и так поет!» – зашелся в вожделении король, но вдруг с удивлением понял, что звук исходил не из его спальни, а из апартаментов герцога Олигорна, забавного старичка в маразме, редко бывавшего из-за слабого здоровья при дворе. Насколько король знал, постоянно забывающий свое имя толстячок не появился при дворе и на этот раз. Кто же тогда пел за его дверью, да еще так красиво?

Легкий кивок головы, и верные слуги дружно забарабанили кулаками в дверь. Слегка нахмуренные брови, и из ножен охранников появились мечи, которые тут же стали корежить замок и выворачивать дверные петли. Всего тридцать семь секунд ожидания и дубовый монолит позолоченной сверху двери с грохотом повалился на пол. Сначала внутрь направились охранники, мгновенно разбежавшиеся по многочисленным комнаткам апартаментов, затем порог изволил переступить и сам король, почему-то занервничавший в преддверии встречи с обладательницей божественного голоска.

Певунью нашли в небольшой боковой комнатке. Она спряталась за ширму и, не понимая, что происходит, звала на помощь стражу.

– Вам не о чем беспокоиться, выходите, – снизошел до разговора с силуэтом находившейся все еще за ширмой незнакомки король.

– Я не одета, ваше величество, – узнав голос правителя, пропела обладательница необычайно женственных форм.

– Пшли прочь! – скомандовал хозяин, и верные цепные псы-охранники, гремя доспехами, покинули опочивальню.

– Мы одни, можете выходить, – произнес король, неожиданно для себя решив, что одно приключение хорошо, а парочка за ночь еще лучше.

– Но, ваше величество, я действительно не одета, – пропела обладательница изящных бедер и впечатляющего размерами бюста.

– А я вам приказываю! Неужели вы осмелитесь перечить королю? Это же измена, сударыня! – рассмеялся Гернс, получивший удовольствие не только от голоса, созерцания форм, но и от робкого сопротивления прекрасной дамы.

– Что вы, что вы, ваше величество, конечно же, нет! И моя душа, и мое тело всецело принадлежат вам! Я исполню любое ваше желание, но…

– Никаких «но», сударыня!

– Ваше величество, я боюсь… боюсь вам не понравиться.

– О-о-о, не беспокойтесь, то, что я вижу через ширму, уже впечатляет! Выходи, соблазнительница, мне не терпится заключить тебя в объятия!

Буквально через миг король Лиотона искренне пожалел, что был так настойчив в своем желании. Женщина, которая так чудесно пела и чей силуэт сводил с ума, на самом деле оказалась омерзительным, жирным и волосатым толстяком. Кор взмыл до потолка, легко перепрыгнул через ширму, и не успел монарх даже ойкнуть, как оказался придавленным потной тушей к полу, а острые зубы вампира уже прокусили его шею. Как оказалось, королевская кровь по вкусу мало чем отличается от любой другой.

– Почему он не идет, почему? – уже в который раз задавала все тот же вопрос баронесса и не могла на него ответить.

Вопреки наивному монаршему предположению, девице не сиделось на краешке кресла, она бегала из угла в угол спальни и мучила Кено своей болтовней. Уставший от жалоб старик получил строжайший приказ от герцога немедленно покинуть Октану, как только в покоях появится первый телохранитель короля, но до этого момента оставаться при ней и неустанно стеречь самую большую драгоценность Лиотона, ту, которая вскоре должна стать королевой. Девушка нервировала бывшего сыщика, она трещала, не закрывая рта, и все время то нежно оглаживала покрывало, то поправляла складочки на кровати, где вот-вот должна была свершиться история.

– Ну, где же он, где?! Уже четверть часа прошло, как мы здесь торчим, а королька еще нет!

– Осторожно, баронесса, у стен есть уши и, как мой опыт подсказывает, даже очень большие… – деликатно намекнул слуга Самвила, что всегда следует следить за словами, в особенности там, где на стенах так много картин и гобеленов.

– Отстань! – прикрикнула Октана, пренебрежительно махнув ручкой. – Лучше скажи, что могло так милого моего задержать? Неужто Самвил переоценил свои силы, и чары развеялись раньше, чем старикашка в короне успел до меня дойти?

– Насчет чар не знаю, а вот у мужчин часто бывают дела, которые важнее любовных утех, хотя, не спорю, утехи намного приятней… – попытался успокоить собеседницу Кено и, получив в голову подушкой, невозмутимо продолжил свою речь: – Не волнуйтесь, баронесса, он придет, королю с бала не так-то просто уйти. Потратьте время с пользой, приведите себя в порядок, а то прическа немного поистрепалась. Я же пока за дверью подожду.

Кено не выдержал бурных переживаний истеричной девчонки и, чтобы не отхлестать крикливую выскочку по щекам, что было чревато весьма неприятными последствиями, предпочел удалиться, тем более что многое его самого настораживало. Хоть он довольно убедительно и успокаивал баронессу, но чувствовал, что что-то шло не так, что-то не укладывалось в строго определенные рамки дворцовой жизни и плана его господина. Хитрый «лис» чувствовал это носом, но не мог пока объяснить, а тем временем тревожное ощущение не проходило, а только усиливалось.

Сначала пьяный мужлан, устроивший сцену в бальном зале. Кстати, Кено был не уверен, что бузотер был офицером, по крайней мере формы и знаков различий на нем не было. Хотя, с другой стороны, повадки, прямолинейная напористость, глупое выражение пьяной физиономии и многие другие признаки выдавали многолетнюю армейскую закалку. Потом произошла задержка короля. Будь на месте монарха Кено, он непременно забросил бы все дела и поспешил бы в спальню. И наконец, странное поведение дворцовой стражи. Когда они с баронессой входили в спальню номер один королевства, то у входа дежурили пятеро стражников и еще трое патрулировали по коридору. Теперь же ни тех, ни других дармоедов не было на своих местах, что могло означать лишь две вещи: либо служивые напились, что грозило им каторгой, если не виселицей, либо в «золотых апартаментах» что-то случилось, что в принципе было невозможно, как снег, идущий посреди жаркого, летнего дня.

Загадки, загадки, загадок старик не любил, он ими пресытился, еще когда был на королевской службе. Нынешний же Кено ценил и приветствовал лишь простоту. Непонятное настораживает, но, к счастью, у него в руках был меч, а это многое значило. Старик искренне жалел тех мерзавцев, что попытались бы проникнуть в королевскую опочивальню, когда на посту стоял такой часовой, как он. Бывший лучший мастер клинка столицы и сейчас многое мог, по крайней мере справиться с пятью-шестью наемными убийцами, довольно хорошо подготовленными, ему не составило бы труда. Разница между хорошим бойцом и отличным в кровавом деле скрещивания клинков столь велика, что Кено не волновали наступившая старость, постепенное дряхление мышц и снижение реакции… пока не волновали и еще долго не причиняли бы беспокойства.

Тем не менее бдительность старик не потерял и насторожился, как только из-за поворота коридора, ведущего в центр дворца, к бальному и тронному залам стали доноситься странные звуки: протяжные завывания, звон стекла и грохот падения какого-то довольно крупного предмета, судя по последующей ругани, одушевленного, хоть и мертвецки пьяного. Кено положил ладонь на рукоять меча, но как только увидел, кто был возмутителем спокойствия, тут же убрал ее. С этим смутьяном он мог справиться и без оружия, достаточно лишь было его немножко толкнуть, а затем задать нужное направление для падения.

Уже не шатаясь и не раскачиваясь, поскольку держался обеими руками за стенку, из-за поворота выполз пьяный офицер, тот самый, что приставал к баронессе на балу. Кено подивился его настойчивости, а также, что малышу как-то удалось в таком состоянии обойти посты стражи, которых по пути было немало. Сконцентрировавшись на продвижении при помощи всех четырех, правда, в строго вертикальном положении, изрядно помятый и перепачканный упорно полз по намеченному маршруту.

«Интересно, как только пьяные находят не желающих иметь с ними дело пассий? Наверное, открывается третий глаз и просыпается шестое чувство», – усмехнулся старик, сделав несколько шагов вперед к продолжавшему путь нетрезвому страннику.