Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ) - Юрин Денис Юрьевич - Страница 1150

– Да брось ты! – устало рассмеялся Вебалс, понявший причину тревоги соратника без утомительного изучения содержания его головы. – Еще не родился тот упырь, что смог бы Озета в себе подобного обратить! Правду говорю, Корушка?! – ласково обратился Вебалс к вампиру, смотря на его изумительно гладкую лысину сверху вниз. – Говорил же я те, не высовываться раньше времени, нечего рожей твоей острашенной честный люд пугать!

Легкий шлепок открытой ладонью по лысине отбросил вампира назад. Вебалс вошел в комнату и, ничуть не смущаясь тому обстоятельству, что острие меча по-прежнему смотрело в его сторону, лениво прошествовал к кровати, на которой тут же и развалился, со стариковским кряхтением и оханьем вытянув уставшие члены. Затем рядом с Палионом что-то пролетело, что-то очень большое и волосатое. Жалобный стон второй кровати, каким-то чудом выдержавшей приземление откормленной туши, подтвердил предположение, что меч лучше убрать. Во-первых, ночные посетители не проявляли агрессивности по отношению к нему, а во-вторых, меч – всего лишь железка, неспособная спасти жизнь при борьбе с тем, кто обладает такой изумительной скоростью и хорошо ориентируется в темноте.

– Зажги свечи, Палач, четырех-пяти, думаю, хватит, не в темноте же нам всю ночь куковать! – произнес Вебалс, поспешивший стянуть сапоги и начавший растирать натруженные за день ноги.

– О жрачке не беспокойся, мы уже внизу, у корчмаря заказали, – раздался радостный смешок с другой кровати. – Вот-вот принесут, и похавкаем!

– Заткнись, прорва ненасытная, хоть бы ребрышко баранье обглодать оставил! Так нет! Все сам, паразит, пожрал! – прокричал до этого момента невозмутимый Вебалс и запустил в Кора сразу обоими пахучими снарядами в форме грязных сапог.

От одного хохочущий толстяк ловко уклонился, а второй поймал, притом зубами. Отношения между Озетом и кровососом были на удивление приятельскими. Палиона этот факт поразил, но не заставил снова хвататься за меч. Если бы Вебалс превратился в вампира, то приятели не стали бы дожидаться, пока им принесут жаркое, а накинулись бы на разведчика сразу, и он, хоть и носит гордое прозвище Палач, не смог бы против них устоять.

Буквально через десять минут пустой стол, с которого сбежали даже мошки и тараканы, уже ломился от яств. Еду и выпивку принесли трое слуг, и то не сразу, а за три захода. Палион не верил, что им удастся справиться с таким изобилием съестного втроем, но мгновенно накинувшаяся на жаркое и вино парочка быстро развеяла его опасения. Чтобы совсем не остаться голодным, Лачек был вынужден поспешно присоединиться к пиршеству.

Во время поздней трапезы царило гробовое молчание, если не считать причмокиваний, подкрякиваний, рыганий и прочих неподражаемых по противности звуков, между делом производимых новым компаньоном. Через четверть часа от жаркого остались лишь капли жира, от барашка – ребрышки, от полугодовалого поросенка с гарниром – пятачок, а на дне огромной миски с зеленью еще можно было найти парочку-другую капустных листков. Оголодавшие гости насытились и вернулись по кроватям, не забыв прихватить с собой вместо десерта по кувшину вина.

Пораженный, что ужин так быстро закончился, Палион с недоумением посмотрел на кучи объедков и, довольствуясь лишь импровизированным ложем из составленных вплотную трех табуретов, стал располагаться на ночлег. Однако в этом начинании он ошибся, насытившихся компаньонов почему-то не тянуло ко сну, а мучила жажда поговорить. Вебалс вкратце изложил события прошедшего дня, безапелляционно заявил, что Кор теперь их союзник и в непривычно вежливой форме попросил отчета у разведчика, то есть как прошел и чем закончился допрос напившегося офицера дворцовой стражи.

Настала пора Палиона удивить соратников произошедшими с ним чудесами. Он рассказал все: описал оборотня-слугу офицера, поведал о драке купцов на площади, о погоне по крыше за Тереной в розовых панталонах и триумфально закончил свой монолог подробным изложением хода переговоров между герцогом Самвилом и загадочной юной особой, кажется, баронессой. Товарищи слушали его внимательно, ловя каждое слово, вылетавшее из его рта, и даже позабыв о выпивке, а когда Палион, поставив в захватывающем дух рассказе последнюю точку, растянулся на жестких табуретах, спать уже никому не хотелось. Можно сказать, что серьезный разговор как раз только начался.

– Забавно, а я по наивности думал, у меня день прошел плодотворно. Тебя почаще следует оставлять одного, из этого много чего хорошего получается, – не без зависти отметил колдун, заглушая глас уязвленного самолюбия кружкой вина. – Даже как-то обидно, выходит, это моя компания не давала тебе проявить твои лучшие качества и распутать клубок интриги…

– Да какая там, к черту, реализация?! – чуть не свалившись с жесткого ложа, возмутился Палион. – Моей заслуги-то в этом нет. Несло меня по течению, вот и все…

– Несло-несло, главное, куда надо занесло, – философски заметил опустошивший кувшин и, сложив ручки под голову, прилегший на бочок вампир.

– Не совсем так, – уточнил Вебалс. – Течение – стихия, субстанция непредсказуемая, во многом зависящая от случайностей, тебе же не госпожа Удача помогала, а вполне определенные личности. Они подталкивали тебя, заставляли двигаться в нужном им направлении и в конечном итоге привели туда, куда хотели. Удивительно, что их действия оказались нам на руку. С этой «группкой ренегатов», как их окрестил Самвил, надо разобраться отдельно. Возможно, мне кажется, но, похоже, в среде разумной нежити зреет переворот. Им надоело быть безвольными слугами Кергарна, они осознали себя как общность и хотят избавиться от ярма создателя. Убитый тобой оборотень не случайно пошел в услужение к пьянице в эполетах. На офицерских слуг не обращают внимания, они бродят, где захотят, и видят, что захотят. Похоже, наших «друзей» интересовало то же самое, что и нас с тобой: расположение и график смены дворцовых постов. Ты убил оборотня-разведчика, а его дружки, на удивление, повели себя разумно: не поддались гласу ненависти, не стали мстить, а пытаются использовать нас в качестве убийц их хозяина. Неужели ты думаешь, что Терена только ради забавы нацепила на себя дурацкие панталоны и скакала средь бела дня по крышам? А зачинщики драки перед управой? Они же специально раззадорили толпу, чтобы тебе удалось добраться до их подружки.

– Не сложновато ли? – усомнился Палион, которому размышлять в полную силу мешал чудовищный храп, доносившийся с соседней кровати.

– Возможно, но «добрые люди» добились чего хотели. Ты попал именно туда, куда им было нужно, и услышал то, что предназначалось для твоих ушей. Не спорь, сам же понимаешь, что слишком большая череда случайностей называется уже замыслом. Я не знаю, как оборотни знали о встрече герцога с баронессой, но тебя они привели именно в нужный им двор.

– Чего хотят «союзнички» понятно, но почему же они…

– А ты подумай, – не дослушал до конца Вебалс, – поставь себя на их место. Решился бы ты вот так просто прийти к тому, кто еще вчера был твоим лютым врагом, и попросить о помощи, рискуя самому оказаться без головы? К тому же мы для них тоже враги: оборотни остались оборотнями, а вутеры не сбросили чешую и не перешли на травяную диету. Им просто надоело подчиняться хозяину, и они хотят избавиться от него, притом без потерь, то есть чужими руками.

– И что же нам делать с «лишним игроком» в партии? – поинтересовался Лачек.

– Во-первых, лишних игроков не бывает, а во-вторых, ничего мы с ними сделать не сможем, да и не стоит, пока они нам помогают, а там посмотрим… – заявил Озет, запустив в храпевшего вампира подушкой. – Слышь, соня, а говорят, что кровопийцы твари ночные, днем по гробам спят!

– Сам в могиле ночуй, сплю, когда захочу! – проворчал Кор и, заставив кровать как следует поскрипеть, перевернулся на другой бок.

– Меня сейчас больше интересует Кергарн, притом даже не его планы, с планами все понятно, а то, как он распределил свою суть, так сказать, душу, по материальным оболочкам, – вернулся к разговору о важном Вебалс. – Самвил самая влиятельная фигура, на него была сделана основная ставка, но все равно должен быть резерв. Помнишь, в его логове я почувствовал присутствие женщин, а в Дукабесе ходили слухи о похищении благородных девиц?