Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Иванов Сергей Григорьевич - Страница 1140

— Сам-то не желаешь? — поинтересовался он у Коридага. — Давай, не смущайся — я не из брезгливых… — Не дожидаясь ответа, стал набивать рот прохладной розовой мякотью, брызгавшей спелой влагой под малейшим нажимом.

Сдержанно покачав головой, Лидер однако перебрался поближе, обосновавшись по другую сторону стола. Тут же и охранники надвинулись вплотную.

— Думаешь, я от Воителей? — продолжал Горн, смачно чавкая. — Черта с два!.. На кой мне они, и на кой они тебе? Тут ты здорово промахнулся, дружочек, не на тех поставил. Столько старался для них, а что получил?.. Только завяз по уши. — Страж зычно хохотнул и потянулся за печеной свининой — отменным куском, искусно сдобренным пряностями. Кинжалом срезал сбоку аппетитный ломоть и переправил в рот, одобрительно причмокнув. — Так вот, с собственной Грязью вы, Семибуквенные, еще умеете кое-как управляться — собственно, за это вас и держат, а иногда даже защищают от своих же. Однако в сварах Истинных вы так и не наловчились разбираться: воображения не хватает, что ли? Ну хоть бы через раз угадывали победителя — так нет, вечно попадаете впросак!.. Думаешь, уже забылось ваше пресмыкательство перед изменником Дэвом?

— Но ведь тогда он был Верховным Воителем, — осторожно возразил Коридаг, — и братом императора…

— …который сам нацелился стать императором, и уж этого вы не могли не понимать, подсобляя его убийцам. А теперь точно так же стелетесь перед Лотом!

— Как же иначе, если он поставлен над нами самим императором?

— В самом деле? — Горн с пренебрежением фыркнул. — А я-то, дурень, считал, будто вы по-прежнему подчинены главнокомандующему Эрну. Правда, у того уже нет былой силы, подкрепленной батальонами Истинных, а стражник Лот как раз на подъеме, к тому же императорский любимец… Но ведь есть еще и темнилы-загорцы, способные на многое, и всезнающие Хранители с их преданными Псами, и непредсказуемые спесивцы Стражи, и родовые дружины, которым недостает только общего врага, чтобы объединиться. Сможешь ты разобраться в этой сумятице, предсказать победителя? Или опять, зажмурясь, ткнешь пальцем наугад?

Поджав тонкие губы, Коридаг сосредоточенно слушал, украдкой поглядывая на странного гостя. Судя по всему, он был озадачен и заинтригован, однако пока мало что понимал. А Горн, покончив с душистым окороком, переключился на салаты. Еда проваливалась в него, словно в Подземелье, и до полного насыщения еще пришлось бы потрудиться немало.

— Не сможешь! — сказал он уверенно. — Мозгов не хватит охватить все ветры Империи, тем более — угадать общее направление. Да и то — откуда у Низкого мозги? Ты же кровь от крови своего «народа», а сколько поколений Лидеров старались отучить его думать, дабы единым строем следовал он за пастырями, точно стадо за вожаками. А кто направлял самих вожаков, знаешь? И скольких вольнодумцев отправил на заклание лично ты, зачислив в смутьяны и еретики? Скольких прикончили по твоим наводкам корчевщики Дэва, а затем и новые Воители?..

— Я оберегал свой народ, — не выдержал Коридаг. — Эти безумцы могли спровоцировать бойню!..

— Что же, ты его сберег, — с ухмылкой подтвердил Горн. — Как стадо — безмозглое и покорное. А заодно сохранил и свой пост, верно? Да ты не дуйся, Истинным тоже похвалиться нечем. Если у вас всегда ценился услужливый тупица, то у нас — здоровенный дурак с дубиной. Будто две готовые расы: слуг и господ. Но самое потешное, что поменяй их местами, никто особенно и не возмутится, ибо одни не могут без других, и главное для всех — сохранить привычный порядок. И если заведется среди них странник, не умеющий маршировать в едином строю, то выбор у него куда как богатый: либо под нож корчевщика, либо головой в рабошлем, либо — при особом везении — в Храмовые спецы, наращивать плоть на идеи Божественной, думающей за всех… Еще не понял, куда я клоню?

Осклабясь, Горн насадил на кинжал второй шмат благоухающего мяса, не уступавший по соблазнительности первому, и с любопытством поводил перед носом охранника — тот даже не поморщился, вышколен отменно.

— Ты вот, бедолага, все пытался добрать ума у ведьм, утаив нескольких от Воителей. — Коридаг подскочил, едва не опрокинув стул. — А затем сунулся за советом и помощью к Хранителям, чего тебе тоже, в общем, не положено, — невозмутимо продолжил Горн, примериваясь к куску, затем перевел взгляд на Лидера и рассмеялся. — Слушай, расслабься!.. Я ведь про тебя знаю столько и такого, что при желании давно мог отправить на клыки к нашим зверям либо к вашим баранам на рога. Только зачем? А вот наши сладкоречивые Хранители, будь уверен, не задумываясь выдадут тебе сразу всем, если ты попробуешь сорваться с их крючка или просто перестанешь быть полезным. Думаешь, ты первый к ним подкатился? Переиграть их пытались многие — где они все теперь!..

Прикрыв воспаленные глаза, Коридаг медленно опустился на место.

— Все ошибаются, — хрипло заговорил он. — Все грешны… более или менее… даже Воители. Но клянусь… — Тут голос его начал обретать звучность. — Всем дорогим для себя клянусь… Чего бы я ни совершал и на что бы ни решался, всегда и во всем руководствовался единственно благом Империи, как я его понимал, и если в усердии своем и радея о смиренной пастве, над коей поставлен волею Духов…

— …а также о собственной шкуре, коя дороже тебе всех прочих, — усмехаясь, заключил Горн. — Не тужься, дурашка, прибереги эти объяснения для других — меня-то ты устраиваешь и в естественном виде, без всяких вкусовых добавок. И толкую я тебе как раз о том, что при твоих возможностях и с моими связями мы сможем пробиться хоть куда — даже на самый верх!.. — Он злорадно хохотнул, гипнотизируя оцепеневшего Лидера, словно питон — крысу. — Что, небось и не задумывался о таком, верно? Вот этим и плохи вы, Низкие: кишка тонка и размах блошиный, — а ведь казалось бы, имея под руками такую громаду… Ну да ладно, сейчас речь не о том.

Словно бы утратив к собеседнику интерес, Горн опять принялся за угощение, уже изрядно им разоренное, а Коридаг с облегченным вздохом стянул шлем с узкого, поросшего серой щетиной черепа и стал промокать вспотевший лоб изящным платочком.

— Все это, извините, чушь, — качая головой, пробормотал он. — Какой «верх», какая «громада» — о чем вы? Если даже допустить… Да чего мы все стоим против целой Империи?

— А где ты видел Империю? — поинтересовался Горн, кромсая свинину широким лезвием. — Лично я наблюдаю одну большую свалку, где все тузят всех либо готовятся этим заняться. А у вас как-никак — армия!..

— Вся наша армия — ничто перед мудростью Божественной.

— А я на что? Говорю же тебе: я сумею запрячь ее не хуже Избранных, да еще и спецов пристегну. И даже черт с ним, с самым верхом, если не тянешь, но стать вровень с Истинными — хотя бы вам, Лидерам… Или не надоело еще подставляться под их плевки?

— Уж лучше под плевки, чем под мечи, — угрюмо возразил Коридаг. — Вы же видели наших гвардейцев — слезы!..

— А что проку в мечах, когда отключена Защита? Только на ней пока и держится превосходство Истинных, но ведь нынешние лучеметы прожигают любые латы, а броня армейских вездеходов понадежней самых прочных доспехов. Так что вините во всем собственную трусость — слишком привыкли вы трепетать перед Истинными.

— Не странно ли услышать подобное от вас?

— Чушь! — рявкнул Горн. — Просто у меня хватило ума подняться над чужими сварами и хватило смелости не прятать собственную выгоду за интересами рода или касты. Что в этом странного? И если ты сумеешь мне подыграть, то в выигрыше окажемся оба, а заодно, — тут Горн с пренебрежением фыркнул, — и твой возлюбленный «народ». Повторяю: тебе уже нечего бояться, во всяком случае — за себя. Ну, наберись же духу!..

Однако Лидер опять принялся качать щетинистой головой да промокать потеющее лицо платочком, хотя в кабинете вовсе не было жарко.

— И все-таки это слишком, слишком, — произнес он наконец. — Столько веков возводилась Империя, поднимаясь этаж за этажом, продвигаясь от победы к победе, подминая под себя всех, пока не придавила основанием материк, а вершиной не уперлась в Поднебесье. И каждому в ней предоставлены свое место и уровень — от Божественной Ю до последнего десятибуквенного, ниже которого только голыши…