Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Иванов Сергей Григорьевич - Страница 1131

— Подождете меня тут? — спросил Горн. — Или лезем вместе?

— Вода скоро вернется, — сообщил Эрик. — У нас минуты.

Кивнув, Горн взялся за скобы. Его громоздкая фигура с легкостью надувного шара взлетела к потолку и растворилась в норе. Придержав старика, Тигр пропустил вперед Ю.

— Что? — спросил Олт с любопытством. — Настал мой час?

— Успеется, — ответил Эрик, наступая на скобу. — И будьте так любезны, почтеннейший, соблюдайте дистанцию, не то мало ли — нога может сорваться, а сапоги, сами видите, кованые.

— Будьте покойны, постараюсь не вводить вас в искушение.

Память не подвела Эрика: вблизи поверхности они наткнулись на крохотную каморку, в низком потолке которой, чуть в стороне от вертикального хода, угадывался плотно закупоренный люк. Пригибаясь, Горн прошел под него плечами приподнял крышку, затем бесшумно сдвинул ее в сторону. Ночь уже была в разгаре, и твердое лицо Горна сейчас озаряли только нерегулярные багровые вспышки. Пробравшись к напарнику, Эрик тоже высунул голову из люка.

Перед ними, совсем близко, разбрелось по пустырю с десяток «единорогов». Растопырив для устойчивости лапы, они продолжали методичный обстрел пылающего замка. Теперь дом забрасывали газовыми гранатами, и после каждого выстрела на крыше вспухало плотное облако и тут же оседало, стекая по проломам вниз, воспламеняясь и набирая скорость, проносясь огненной лавиной по всем этажам, прорываясь в подвалы.

— Конец твоему логову, малыш, — сказал Горн. — Похоже, навозники не успокоятся, пока не прожарят его насквозь.

— Что проку в замке, когда рушится Империя? — откликнулся Эрик. — По крайней мере сюда больше не вселят какого-нибудь недоноска…

— Это вы про меня? — поинтересовался Олт из темноты каморки.

— Ладно, — произнес Горн, — я пошел.

Неслышно он перемахнул через край люка и растаял в густом сумраке. А через минуту уже возник возле ближнего «единорога» и, скользнув по броне громадным пауком, исчез в кабине.

И в самом деле, что ли, он продался дьяволу? — с завистью подумал Эрик, выкладывая перед собой лучеметы. По виду ведь неповоротливый буйвол, которого можно заколоть и освежевать прежде, чем он дотянется до меча. А вот попробуй, подколи такого — вытворяет, чего захочет!..

Что творилось в «единороге», снаружи было не разобрать, — кажется, он даже выстрелил в положенный миг. Но через какое-то время Эрик заметил, что машина надвигается на него, чуть заметно, однако довольно шустро перебирая лапами и продолжая стрелять с неизменным интервалом.

Наконец вездеход наполз брюхом на люк и застыл. В броне распахнулась черная щель, и гулкий голос Горна скомандовал: «Принимай!» Из мрака кабины в люк опустилось бесчувственное тело, поддерживаемое могучей рукой, затем еще несколько. Уложив солдат к стене, Эрик поднял к рукам Горна сначала Ю, потом Олта. Последнего, к удовольствию Тигра, гигант подхватил за шиворот, чем вызвал у старика новый приступ брюзжания.

Затем Эрик вскарабкался в кабину сам.

— Надеюсь, крови здесь нет? — сварливо осведомился Олт. — Предупреждаю: я крайне брезглив.

И опять у Тигра свело челюсти от ненависти: кровью он брезгует, вот как!..

— Не беспокойтесь, я работаю чисто, — отозвался Горн. — Ну, расселись?

«Единорог» снова содрогнулся от выстрела, после чего, не зажигая фар, лихо развернулся на месте и побежал в темноту.

— Ну вот, — удовлетворенно произнес Горн, когда исполинский костер на месте бывшего замка Тигров превратился в одинокий огонек вблизи самого горизонта, — теперь у нас хватит времени для разборок. Давай, малыш, выплесни все, что накопилось, не трави душу зря!.. И если докажешь, что Олт полезнее для нас мертвым, я сам сверну ему шею.

— Ловлю на слове. — Эрик пересел в соседнее с водителем кресло и развернулся, чтобы видеть всю темную кабину, а прежде всего — съежившегося на заднем сиденье старичка, некогда наводившего трепет на подданных. — Итак, в чем я обвиняю Олта…

— Погодите, — неожиданно вмешался старик. — Это что же вы мне устраиваете — суд?

— А хоть бы и так, — огрызнулся Тигр.

— Тогда я имею право на защиту, — заявил Олт. — Справедливо?

Гигант бросил на Эрика вопросительный взгляд:

— Как?

Тот пожал плечами.

— Валяйте, старина, защищайтесь, — разрешил Горн. — Лучше вас этого не сделает никто.

— А вы, стало быть, судья, — усмехнулся Олт. — Ну-с, слово обвинителю.

— Ладно, порезвитесь напоследок, — сдерживаясь, бросил Эрик. — Все равно же вам не отвертеться. — Он помолчал, наново собираясь с мыслями. — Ты помнишь мою историю, Горн? — Гигант кивнул. — А знал ли ты, что прежний император Ол, мой кровный и главный враг, благополучно пережил переворот и даже заделался наследником Тигров? — Против ожидания Горн кивнул вторично. — Что, в самом деле?.. Выходит, ты с самого начала догадывался, куда мы направляемся и кого там застанем?

— Забавно, — тихонько, но явственно пробормотал Олт. — Теперь обвинитель принялся за судью.

— Заткнитесь!.. — сорвался Тигр, однако тут же спохватился. — Ладно, Горн, ладно — мы столько уже пережили вместе, что глупо было б сцепиться из-за какого-то старого…

— Юноша, — развлекаясь, призвал Олт, — соблюдайте приличия в суде!

— Тебя удивляет мое поведение? — спросил Горн. — Будто бы у тебя за спиной я снюхался с твоим заклятым врагом… Но, может, давай сначала разберемся с ним?

— А разве здесь что-то неясно? — возразил Тигр. — Разве не он рассеял мой род? И разве я не обязан с ним посчитаться?

— Могу я уточнить? — внезапно встрял старик.

Снова поглядев на Эрика, гигант буркнул:

— Ну?

— Конечно, объективно я этому юноше враг — кровный и давний, однако отнюдь не главный. — Вздернув сухонький подбородок, Олт обвел Стражей вызывающим взглядом. — В отличие от других, я не предавал Тигров и не ударял им в спины, и даже когда…

— Кто? — перебил Эрик. — Главный — кто?

— Ун, — спокойно и твердо сказал старик. — И если б не спалили мою картотеку, я привел бы все доказательства.

Юноша перевел глаза на Горна, и тот кивнул в третий раз — с той же уверенностью.

— Выходит, этот путь вы отсекаете, — проговорил Эрик угрюмо, — и мне уже не стать имперцем… А что остается? — Он снова уперся в Олта обвиняющим взглядом. — Ладно, забудем пока о прошлом, тогда вы, по крайней мере, вели себя как Истинный и верующий. Но во что вы вляпались теперь, бывший император Олт?

— А во что? — с интересом спросил старик и дурашливо глянул себе под ноги. — Разве есть что-то похуже крови?

— Есть — навоз, — жестко сказал Эрик. — Будете отрицать?

— Буду, — сейчас же подтвердил Олт. — Правда, пока не вижу — что.

— Но ведь только вы могли придумать и осуществить самую гнусную из систем слежки — через рабошлемы, превратив в своих шпионов всех голышей Империи. И только у вас хватило бы знаний и коварства, чтобы натравливать на императора мерзостнейших властолюбцев, вплоть до навозников. Это вы организовывали их, наставляли и подталкивали, пока очередной заговор не увенчался успехом — вернее, хаосом и разрухой. Наконец и главное! — только вы посмели бы раз за разом покушаться на жизнь Божественной — с упорством маньяка, как будто ее чистота и величие отравляли вам жизнь.

— Господи, — Олт с испугом покосился на себя в зеркальце, — и это все я? А больше вы ничего на меня не навешаете? По-вашему, я — Дух и все могу?.. Нет, это, конечно, лестно, только к чему мне чужая слава?

Юноша взглянул на ухмылявшегося Горна, с прежней бесшабашной скоростью гнавшего «единорог» через ночную равнину, и слегка смутился: этот потешный и щупленький старичок действительно мало походил на грозный образ, слепленный его воображением из слухов, россказней и догадок.

— Хорошо, — сказал Эрик, — пойдем по пунктам… Разве не вы придумали рабослежку?

— Где уж мне, — вздохнул старик. — Придумали это, скорее всего, спецы, применили Хранители, а я только и сумел, что незаметно к ней подключиться, — надо ж мне было пополнять свою картотеку? На одних старых секретах далеко не уедешь.