Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Иванов Сергей Григорьевич - Страница 1050

«Мерзавка – ты знала, чем меня пронять! – в восторге крикнул Тэрик, втискивая в себя жаркое тело подружки. – Ну, вперед, моя ведьма!»

Та злорадно расхохоталась. Горячим вольным смерчем они пронеслись по железному строю, расшвыривая ошалелых панцирников. В толпе голышек кто-то испуганно пискнул – Кошка удовлетворенно мявкнула в ответ, приветствуя проклюнувшуюся ведьму, уже способную к потусторонним видениям. И тотчас снова подключилась к управлению магической спаркой, азартно тараня вскакивающих корчевщиков, с треском вышибая их в окна, откуда они пришли, – пока не успели опомниться таинственные водители «спрутов».

А механические щупальца уже приходили в движение, нацеливаясь хлестнуть по беззащитной стайке. Но прежде чем они завершили грозный замах, на голышек ринулась разъяренная парочка. Наконец ожив, те с отчаянным визгом брызнули к дальней стене, прячась за кровосборные желоба.

Так и не ударив, щупальца застыли. А чуть погодя, взамен изгнанных из молельни Черных Слуг, в окнах возникли две туманные фигуры, тоже знакомые Тэрику по прежним стычкам. И уж эти, судя по всему, владели допуском в магическое пространство и видели мятежную парочку отчетливо. Прилепившись к ней свинцовым взглядом, каждый извлек из-за спины вторую пару мечей – легких и узких, наверно, специально припасенных для таких противников.

«Вот и железо, – пробормотал Тэрик ведьме на ухо. – Состав надо знать!»

«Или заговор», – откликнулась она, вызывающе маневрируя перед изготовившимися оборотнями – все ближе, ближе. Тэрик вдруг заметил, что из всего реального мира лишь эти странные клинки не пропускают лунный свет, словно бы тоже пребывают на грани двух пространств. И в этот миг предводители черных дюжин бросились в атаку.

Мгновенно отпрянув, Тэрик хлестнул ногой по стальной кисти Спрута, и опасный клинок винтом взмыл под потолок. Рванувшись наперерез, Тэрик подхватил меч за рукоять и в крутом пике снова ринулся на оборотней. Навстречу взметнулись три клинка – могучим взмахом он смел их на сторону, а сдвоенным пинком вышвырнул подвернувшегося панцирника в окно.

Затем устремился было ввысь для новой атаки, но безрассудная Кошка внезапно вцепилась обеими ладонями в запястье второго Спрута и поволокла следом. Ошалело тот отмахнулся свободной рукой – Тэрик едва успел парировать его клинок своим. И тут же сам рубанул по затуманенному шлему. Не оставив следа, волшебное лезвие пропороло его насквозь, и оборотень поник, содрогаясь в вялых конвульсиях. Потом железные пальцы разжались, выскользнули из хищной хватки ведьмы, оставив в ее руках меч, и Спрут обрушился из-под самого свода на каменные плиты.

В следующий миг монахини с переполошенным воем кинулись к выходам, отталкивая друг друга. Похоже, для злосчастных девиц лекарство оказалось страшнее болезни: после всех потрясений нынешней ночи увидеть сражение беспощадных упырей с неистовыми призраками!.. Какой кошмар с этим сравнится?

Еще не успели все они вырваться из молельни, как в окна впрыгнули десять новых оборотней и выстроились полукругом, поймав магическую спарку в перекрестие мутных взглядов. Молча ведьма сунула Тэрику добытый с таким риском меч и принялась водить растопыренными ладонями перед своей грудью, будто выстраивала невидимую стену.

«По крайней мере, – проворчала она, – сегодня их господин не получит обычной дозы. И вряд ли ему это понравится… Не медли, Тигр, – внезапно добавила девушка. – Если они дождутся хозяев, мы завязнем в здешнем небе».

«А не пора ли выходить из игры?» – оглянувшись на опустевшие двери, спросил Тэрик. Любовный его пыл уже пошел на убыль, а вместе с ним – ярость.

«Хочешь, чтобы тут все повторилось? Надо продержаться, пока ночь не перевалит за половину… Вперед же!»

Сплетясь ногами с неугомонной подружкой, Тэрик вновь сорвался в пике, атакуя заколыхавшийся строй. Но уже без прежней легкости, словно полет сковывали стылые взоры оборотней. Или все-таки усталость?

Чуткая ведьма заерзала по Тэрику снова, тугими кольцами будоража его потухший жезл, посылая вокруг новые порции радужной магии… которые немедленно и жадно поглощались стылыми глазами Спрутов. Однако кое-что перепало и Тэрику. Со свежей страстью он продолжал наскакивать на упырей, норовя изорвать их слаженную стаю в клочья или хотя бы достать клинками ненавистные глаза. И тянул, тянул время – пока в окна не хлынула вторая волна тумана, а следом и третья.

Взмыв к потолку, Тэрик отчаянным взглядом окинул заполнившую молельню толпу и высветил в руках новоприбывших по крайней мере дюжину иглометов – тоже, наверно, не с простыми стрелами. Но еще больше его обеспокоила троица черных исполинов, перегородивших оконные проемы. Вот под их леденящими взорами волшебную спарку неудержимо повлекло вниз.

«Все, отлетались! – угрюмо буркнул Тэрик, из последних сил пытаясь задержать падение. – Уж наша кровь не покажется им пресной… И сколько ж этой мрази сюда стянулось!»

Безнадежно он выставил мечи по сторонам, жалея лишь, что не успевает переправить ведьму себе за спину. Но тут она сама вдруг развернулась к Тэрику грудью, не соскользнув с оси ни на миг, и в несколько энергичных взмахов довела до завершения их затянувшийся подъем. И грянул взрыв. Под яростными его лучами растаяли клочья свинцового тумана – лишенные привычной завесы панцирники попятились, отворачивая ослепленные лица.

А взрывы уже следовали один за другим, шквалами нестерпимого света выметая из молельни черную нечисть, вздымая сотрясающуюся в неистовстве парочку все выше – пока она не погрузилась в мозаичный свод, будто в насыщенную снадобьями воду. Затем радужное сияние мира повернуло на спад, затухая вместе с любовными конвульсиями.

Совершенно обессиленный, Тэрик всплыл в знакомый чердачный сумрак и некоторое время едва сознавал себя, оглушенный грозным блаженством. Обмякшие мускулы с трудом поддерживали его на воде, но, чуть отдышавшись, он принялся благодарно ласкать подружку, столь же медленно возвращавшуюся в явь. И лишь затем сообразил оглядеться.

Конечно, они находились в той же ванне, на вершине старой башни. Вокруг по-прежнему было темно и тихо, будто безумная стычка с вампирами привиделась Тэрику, – только чудесный раствор стал заметно прохладней. Встрепенувшись, Тэрик опустил руку ко дну и вынул из воды тонкий меч со странно просвечивающим клинком.

– Лучше выбрось, – промурлыкала Кошка. – Нам он опасней… Или когда-нибудь и тебе захочется вспороть ведьме живот?

– Молчала бы, – вяло огрызнулся Тэрик, с любопытством разглядывая оружие. – Кстати, не рано мы убрались оттуда?

– В самый раз. Чуть погодя нас превратили бы в подушки для игл, а монашек им уже не достать. – Девушка удовлетворенно улыбнулась. – К тому же, ночь на переломе, и теперь начинаются игры великих – куда нам лучше не соваться.

– Что, и тут пирамиды? – поморщился Тэрик. – Но ты обещала мне староистинных!

– Еще не передумал? – Со смешком ведьма отлепилась от него и присела на край ванны. – А то летали бы до утра!

Играя, она пнула Тэрика в живот, походя огладила поникший ствол.

– В другой раз – со всей охотой, – искренне ответил он. – Итак?

– Видишь ту домину, – показала Кошка гибкой ногой. – Там и ждут тебя, на верхнем уровне. Только попетляй еще, ладно? Сегодня лучше избегать прямых путей.

2

Дом, в который направила Тэрика ведьма, оказался не из простых. Составляли его пара этажей, причем нижний являл собой один громадный зал, уставленный толстыми колоннами – почему-то полыми, точно шахты подъемников. А на верхний вела единственная лестница, закрученная винтом вокруг стального стержня. Конечно, Тэрик мог бы взобраться туда и по стене, однако не стал, решив еще раз довериться Кошке.

В самом деле, наверху юношу не ждала засада. Поначалу ему вообще показалось, что тут никого нет, – даже злосчастный его дар молчал, как видно, изрядно растраченный за последний час. Но, побродив по пустым, скудно обставленным комнатам, Тэрик все же наткнулся на тех, кого так искал. Было их четверо, они восседали в ряд у дальней стены, величественно, недвижимо, и походили друг на друга, точно близнецы, громоздкими фигурами, закованными в тяжелые латы. Лица же скрывались за матовыми забралами, словно бы колдуны опасались быть узнанными.