Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Шаргородский Григорий Константинович - Страница 1605

К чести Борво, следует отметить, что он догадался быстро собрать потрепанный отряд и отступить вниз по течению к участку реки, который по-прежнему контролировали княжеские дружины. Здесь мы и встретились.

Обиднее всего было то, что Богдан разработал защитные артефакты для пловцов и акаяси буквально через сутки после выхода отряда Борво. Конечно, всю седмицу пути пришлось их дорабатывать, но все равно на душе скребли кошки.

И все же свою задачу пловцы выполнили. Аравийцы перестали чувствовать себя на переправах как дома, и интенсивность потока рабов резко снизилась.

Под конец я спустил на левый берег всех всадников на коваях, которые помимо поиска главного штаба славян устроили на берегу маленький кавардак.

Все, что от меня зависело, я сделал, поэтому позволил себе небольшой перерыв для освоения новинок и ожидания старого знакомого. Так получилось, что славянские князья, понимая, что ни помощи наместников, ни указаний из столицы не будет, сами избрали верховного воеводу, что уже попахивало бунтом. Во главе объединенных дружин встал мой прежний командир, Изяслав Путимирович.

«Встреча однополчан» случилась на третьи сутки нашего сидения в затоне. К этому времени все подразделения моего войска, включая два отряда акаяси и отдельную штурмовую группу усиленных хидоев, были готовы к действиям.

Для совещания была избрана моя личная баржа, на которой путешествовала целая стая подчиненных лично мне зверей. Да и Мрака с прикрепленным к нему своевольным негром приходилось держать поблизости.

В вырубке посреди зарослей ив показался конный отряд. Три десятка всадников быстро подъехали к собранному на скорую руку причалу и спешились.

На борт баржи взошли пять человек, среди которых я знал лишь двоих. Впереди шел сам князь Изяслав, а рядом с ним мой взгляд нащупал привычное дополнение в виде княжича из рода Годиновичей. Только теперь юный воин выглядел сильно заматеревшим и, судя по знакам на одежде, возглавлял отдельную дружину.

Что ж, все мы за это время изменились… Я дотянулся до их уровня и даже поднялся немного выше. Изяслав в свою очередь тоже поднялся на одну ступеньку, а вот юный Годинович, хоть и прибавил в социальном положении, оставался ниже не только своего дяди, но и бывшего подчиненного.

Именно нежелание принимать этот факт читалось в его горящем взгляде. Надо быть поосторожней в словах: лишние враги мне совершенно ни к чему.

– Рад вас видеть в добром здравии, – радушно улыбнулся я, выходя навстречу князю. Фраза довольно нейтральная и позволяющая собеседнику самому решать, как ответить, а не реагировать на чужие слова.

В умных глазах князя промелькнули противоречивые мысли, но он все же принял верное решение.

– И я рад, – улыбнулся Изяслав и, чуть повернув голову в сторону племянника, добавил: – Говорил же тебе, что от нашего поводыря не только головная боль, но и польза будет.

Все, меня приняли в узкий круг, так что теперь можно, очень осторожно, облегченно вздохнуть.

– Говорят, тут у вас арабы бузят. Вот решил посмотреть что да как, – сказал я, жестом приглашая гостей за стол.

– Да уж, совсем распоясались, – проворчал князь Изяслав и тут же встрепенулся: – Совсем голову задурили; княже, позволь представить тебе моих друзей и соратников. Князь Здебор, князь Миронег и князь Мечислав. Это предводители самых больших дружин южной провинции, которые, вместе с моей и воинами племянника, являются ядром нашей армии. Остальные, включая дружину твоего покровителя и родовода Ратибора Драгановича, рассыпались по лесам, стараясь уберечь наш народ от рабства.

Мы обменялись поклонами и только после этого присели за стол.

– Понимаю, что нам нужно многое обсудить, но прошу перекусить с дороги и отведать гномьего пива.

– Вот и славно, – оживился Изяслав. – Мне тут по случаю попался малый бочонок. Изрядный напиток. Где достал?

– Так сами делаем, – скромно улыбнулся я.

В ответ князь только крякнул.

Минут десять мы отдавали должное пиву с непривычными для местных закусками – маринованными грибами, домашними чипсами и солеными орехами. С небольшим сомнением я приказал приготовить речных раков, но и это блюдо прошло на ура.

После такого вступления можно было перейти и к делам: судя по неторопливости князей, положение славян не было таким уж катастрофическим. Хотя кто их, позеров, поймет…

– В общем, Владислав, все не так плохо, как могло быть. К нам явились с войной два бея. После недавней войны, когда ты приголубил их главного мага, эмир вряд ли решится двинуть на нас все силы, хоть и чувствует, что у нас случилось нечто нехорошее.

– Это радует.

– Радует, да не очень, – дернул головой Изяслав. – Хуже всего, что мы так и не поняли, почему здесь нет гвардии. Ты хоть что-то знаешь об этом?

– Нет, – ответил я, при этом выразительно посмотрел в глаза князю.

– Плохо, – с небольшой запинкой сказал Изяслав. Намек он понял прекрасно, и его речь ускорилась, – но на этом наши проблемы не заканчиваются. Как я говорил, на нас напали два бея. Точнее, один бей и его подпевала. Не знаю как, но он сумел договориться с гвардией эмира, так что часть аравийской о́ни-гвардии тоже здесь. Слава Перуну, только часть.

Что ж, все действительно не так плохо, как я опасался. Возможно, в речных боях мы и уступим численностью, зато на суше сможем неплохо порезвиться. В лучшие времена стаи они враждующих стран были примерно одинаковой численности. Во время последней войны поголовье сильно снизилось. Брадару повезло, что я сумел сохранить Корпус почти без потерь и теперь смогу потягаться со всей о́ни-гвардией аравийцев, не то что с ее частью…

– Владислав, – окликнул меня Изяслав, заметив, что я его не слушаю.

– Простите, ваша светлость. Так в чем же состоят наши проблемы?

– В том, что без согласия эмира бей Аль Нувас вряд ли решился бы на столь серьезный налет. Да и наличие зверей это подтверждает. Мы думаем, что это всего лишь проверка на прочность. Эмир знает о проблемах королевства, но рисковать не хочет. В общем, если Аль Нувас не встретит серьезного сопротивления и вернется с богатой добычей, то на нас навалятся уже все беи. Да и эмир может рискнуть, хотя, заключая мир, клялся своим Аллахом не нападать еще пять лет.

– Так получается, что он уже нарушил свою клятву…

– Ничего подобного. В отличие от эмира, бей Аль Нувас никакой клятвы не давал, а гвардейцы могли и сосвоевольничать.

– Получается, если мы дадим бею по зубам, сможем вздохнуть свободно?

– Да, но только нужно дать так, чтобы и другим неповадно было.

Внезапная мысль пронеслась через мой мозг лихим ковбоем. Слишком лихим, чтобы сразу ее озвучивать.

– Есть у меня одна идея, но сначала давайте вышвырнем врага с нашей земли.

Ободренные моей уверенностью князья заулыбались. И честно говоря, эти улыбки мне не понравились. Они, наверное, решили, что сумеют переложить все тяготы потерь и ответственности на мой горб.

– Думаю, когда мы раскатаем отряд о́ни-гвардии, вам не составит труда добить войска бея.

Князья явно погрустнели, а вот Изяслав украдкой улыбнулся. Неужели он надеялся, что я отдельно поддержу его дружину в сухопутных боях? Впрочем, почему бы и нет? Должны же верховые коваи чем-то заняться… Это «гусарское» подразделение моего войска буквально требовало, чтобы их выгуляли на кровавом поле.

– Только сначала стоило бы помешать арабам вывозить наших людей, – подал голос один из князей – кажется, Миронег. – Пластуны доложили, что аравийцы стали осторожнее на переправах, но этого мало. Пленников по-прежнему вывозят.

– Не беспокойтесь, – уверенно кивнул я, – завтра мы перекроем реку наглухо, несмотря на то что вражеских акаяси больше, чем наших. К тому же наверняка перетянем на себя вражеских магов.

Князья повеселели еще больше. После гибели магистра Годобрада с учениками образовался серьезный и неприятный для Брадара перевес в магическом противостоянии. Так что я тут вообще выступал рыцарем на белом коне – и постараюсь решить сразу две насущные проблемы.