Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Шаргородский Григорий Константинович - Страница 1213

Впрочем, в Город меня не тянуло по множеству причин. А вот на Подоле я освоился полностью. Кажется, даже слишком. Возможно, именно это и толкнуло меня на не самый благоразумный поступок. Впрочем, не факт, что у нас с Геной был выбор. Бесшабашка такое место, где статус нужно постоянно поддерживать, как и свою репутацию.

Все началось с прихода к нам Горохова.

– Корней Кондратьевич, какими судьбами? – удивленно отреагировал я, когда в калитку наших ворот бочком прошел квадратный повольник.

Мы со Златкой как раз кормили курей. Это вообще отдельная история. Девочке, с которой мы сходили в подольский зоопарк, захотелось павлина. После долгих и вдумчивых бесед с тетушкой Пин был найден компромисс – петух и три курицы. Они ведь не только красивые, но и полезные в хозяйстве. И в отличие от павлина вполне могут переехать с нами на станцию. Вот сейчас мы и занимались кормежкой. Эля на работе, Баламут с Гретой укатили за продуктами, а Барабаш как всегда копался в своем подвале. Мне было скучно.

– Нужда, Олегович, – вздохнул повольник, обнимая подбежавшую к нему Златку.

– Ну, раз так, – посерьезнел я, – пошли в столовую. Такие дела нужно обсуждать за столом и согревшись изнутри.

За этим дело не стало и, сняв верхнюю одежду, мы перешли в столовую. Тетушка Пин как всегда была начеку и быстро собрала нам на стол. Было видно, что повольник не знал, с чего начать, но после первой рюмки водки он решился:

– Вот поверь, Олегыч, я не хотел тебя беспокоить, но на душе что-то тяжко. – Выдав это, он замолчал, пришлось подтолкнуть:

– А если подробнее.

– Еще весной сынок моего старого друга попросил в долг на снарягу. Другому бы и не дал, но тут, сам понимаешь, иной расклад. К тому же он попросил не на баловство, а на серьезное дело. Да еще и пообещал долю. Выход у них прошел нормально. Взяли неплохой куш, но товар особый и покупателя нашли только сейчас.

– Что-то запрещенное? – тут же уточнил я, чтобы в случае подтверждения предположения не услышать лишнего и сразу отказать.

– Нет, что ты, – даже возмутился повольник. – Разве б я пришел к тебе с чем-то грязным. Корень они добыли особый в местах опасных. Вещь редкая и дорогая, но это смотря кому продать. И в парфюмерии его используют, и ведьмы в отварах своих. А еще есть умельцы, они дурман варят. Вот они и дают настоящую цену. Но что там из корня делают, продавца сырья не касается. Особый отдел дружины гоняется только за варщиками дури. Я говорил Митяю, что с дурманщиками водиться не стоит, но он уже почуял выгоду и от своего не откажется. Такой же упрямый, как и папанька, царство ему небесное. В общем, хочу перестраховаться. Готов предложить пять процентов от сделки из своей двадцатой доли. Тут как бы вообще все не потерять.

Корней выжидающе уставился на меня, а я не спешил с ответом, старясь проанализировать ситуацию. Странность сделки напрягала, но, если глянуть с другой стороны, открываются интересные перспективы. Возможно, именно это дело даст мне шанс закрепиться в Китеже.

А что? Сопровождение сомнительных сделок – занятие пусть и рискованное, но наверняка прибыльное. Да мы таким образом с Баламутом хоть как-то отобьем все вложения в снаряжение. К тому же с возможностями нашей парочки шансы на выживание даже при худших раскладах не такие уж маленькие. Да и при нормальном ходе сделки мои навыки будут очень полезны – полностью закрыться от меня могут только маги, а так я и угрозу, и попытку обмана учую без особых проблем. А если что, контрагента можно и попросить снять защиту для подтверждения чистоплотности.

Я и раньше думал о работе в качестве детектора лжи, но соваться в местную госструктуру глубже, чем сейчас, мне совершенно не хотелось. Что уж говорить о работе на князей. А этот вариант не только позволял монетизировать мой дар, так еще и никак не ограничивал свободу действий.

Ладно, хватит строить призрачные замки, да и к разговору пора возвращаться. Вон как Корней напрягся.

– С тебя платы не возьму. Не те у нас отношения, чтобы копейки считать, но, если все пойдет по жесткому сценарию и нам с Геной придется бузить, твой дружок отдаст десять процентов от общей суммы.

– Если из-за жадности Митяя мы влезем в заваруху, я с него и двадцать стрясу, – оживился повольник.

– Когда назначена встреча?

– Сегодня вечером, – приуныл Горохов, сам понимая, что такой ответ мне не понравится, но я не стал упрекать его, лишь сокрушенно покачал головой:

– Хоть место известно?

– Пока нет.

А вот это нехорошо, да и вообще плохо пахнет, но отступать уже не хочется.

Явившийся домой Гена для начала обматерил нас, но, услышав цену вопроса и мои рассуждения о перспективах, задумался. В конце концов, это как раз его профиль. В чем в чем, а в таких делах капитан полицейского спецназа разбирается как никто другой.

Получив наше согласие, Корень смотался домой и вернулся одетый, словно для охоты на гремучего льва. Впрочем, человек такая тварь, что будет поопаснее грозного обитателя Подлеска.

Так как за час успели обсудить все, что можно и нельзя при таких-то скудных вводных, то остальное время убивали отвлеченным разговором и застольем. Правда, без алкоголя. Причем инициатором сухого закона стал именно Баламут.

Компаньон Корнея отзвонился за час до заката.

– Хитро придумало, – хмыкнул Гена. – Если не хотим общаться с наркоторговцами в темноте, придется поторопиться, а это суета и несобранность. Ну и где состоится вечеринка?

– Синеозерский район. Заброшенный санаторий «Звездный» на западной окраине. Центральное здание с куполом.

Эти названия нам конечно же ни о чем не говорили. Даже Корней об этом районе знал только понаслышке.

Переместившись в мой кабинет, мы сгрудились возле компьютерного стола и начали рассматривать выведенную на монитор виртуальную карту Китежа. Синеозерский район вполне закономерно примыкал к неровной кишке Синего озера. Точнее, это был искусственный водоем на небольшой притоке Белой, и раньше там находился своеобразный курорт. Теперь же жилыми оставалась лишь половина домов. Так что на территории санатория, скорее всего, вообще никого нет. Пока нет.

Сам комплекс насчитывал полтора десятка зданий. Все это были однотипные трехэтажные корпуса с номерами для постояльцев в кружении лужаек и парка. Выделялось только центральное строение, на карте выглядевшее как шайба.

– Ладно, – протянул Баламут и повернулся к Корнею. – Слушай меня сюда, Корень. Сейчас звонишь этому твоему Митяю и поясняешь диспозицию. Едете двумя машинами. Добираетесь вот сюда, – Гена обозначил точку в соседнем районе, – и ждете моего звонка. После этого ты на одной машине едешь на место и требуешь показать деньги. Если начнут быковать, скажи, что раз место назначили они, то условия диктовать будете вы. Когда увидишь денежки, зови своих с товаром, а там как пойдет.

– Все сделаем, как скажешь, – кивнул Корней.

– Тогда запрягаемся и по коням.

Ну мы и запряглись, причем по самому тяжелому варианту. Не забыли и о длинноствольном огнестреле. Странно, даже распиханная по кармашкам пояса и креплениям под плащом куча дорогущих артефактов не внушала такой уверенности, как тяжесть любимого «вепря-молота» в руках. Впрочем, со всеми насадками творение Вятско-Полянского завода теперь стало настоящей магической вундервафлей.

Благодаря карте, а также познаниям Анджея на месте мы были уже через сорок минут. Но в сам район заезжать не стали. В броневике, припаркованном у обочины довольно сомнительного квартала, остались Пан и Вадик. Им было приказано не высовываться наружу и вообще уподобиться черепахам. Ну а мы с Баламутом, попрыгав на всякий случай, побежали.

Да уж, кто бы мне сказал еще год назад, что, почти не запыхавшись, одолею километровую пробежку да в снаряжении под двадцать килограммов, посмеялся бы и покрутил пальцем у виска. А поди же ты, натренировался.

Первый осмотр окрестностей проводили из окна верхнего этажа заброшенной кирпичной пятиэтажки, находившейся сразу за границей санаторной зоны. Виды за окном откровенно удручали. На первый взгляд, местный упадок казался нелогичным. За последнюю сотню лет количество людей в этом мире выросло раз в десять. Но тогда почему окраины Китежа обезлюдели? Отгадка находилась на поверхности. Даже магический мир стал жертвой урбанизации. Сейчас в парочке небоскребов центральной части Города могло вольготно разместиться такое же количество народу, которое раньше теснилось внутри периметра Стены. Что уж говорить о монструозных княжеских башнях. Даже на Подоле – там, где раньше были лишь одно– и двухэтажные дома с подворьями, сейчас все утыкано пятиэтажками плотной застройки. Так что, несмотря на рост населения, волшебный город скукожился, оставив после себя вот такие вот ошметки.