Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Шаргородский Григорий Константинович - Страница 1150

Эльза почти весь день просидела в гостевой комнате, и даже обед мне пришлось нести ей самому, да и то, оставил поднос у порога и был послан, причем матерно.

Ну и черт с ней. Такой расклад меня более чем устраивал.

В этот раз туман задержался на четыре часа и исчез незадолго до заката. Эльза по-прежнему сидела у себя и там же приняла вернувшегося телохранителя. Я уже надеялся, что инцидент по эвакуации Златки исчерпан, но тут Эльзу прорвало.

Это случилось уже за полночь, когда большая часть дальнобойщиков из единственного на сегодня каравана улеглась спать в казармах. Понятия не имею, на кой черт магиню понесло ночью в столовую. Возможно, как раз для того, чтобы сбросить накопившееся напряжение.

Появление нимфетки в кокетливом наряде перед компанией задержавшихся поиграть в карты дальнобойщиков наверняка вызвало настоящий фурор. Дальнейшее стало следствием не совсем приличных действий грубых мужиков, не имеющих ни малейшего понятия, с кем именно они связались.

Ну конечно же: перстня на руке девушки не было, а подумать головой и заметить странности в поведении незнакомки эти идиоты не удосужились.

О происшествии я узнал по тем же менгирам. Судя по интенсивности сигнала тревоги, прямо внутри станции кто-то начал творить нешуточную волшбу. Впрочем, догадаться, кто именно там колобродит, было несложно.

Я сорвался с места раньше, чем осознал, нужно ли мне вообще влезать во все это.

У двери меня окликнул Баламут и ткнул пальцем в сторону оружейки. Я лишь отмахнулся и начал открывать бронированную створку.

Да уж, картина феерическая. Посреди столовой, широко расставив ноги в короткой юбочке и сандаликах, стояла девчушка совершенно безумного вида. В этот раз с омоложением она явно перестаралась. От пробегающих по ее телу разрядов два хвостика превратились в какие-то взъерошенные веники. Массивные столы были отброшены к стенам, как и пятеро дальнобойщиков разной степени помятости. Но лиха беда начало — уверен, что через пару секунд людей с легкими повреждениями в помещении станет меньше, зато появятся трупы.

— Эльза! — крикнул я, вливая мощный поток энергии в ментальный обруч.

На мгновение пожалел, что не прихватил из оружейки хотя бы наствольный артефакт с энергетическим шитом, но сожаление быстро схлынуло — ей мой шит что картонка для пули. Но, как ни странно, именно в этот момент я был не таким уж беспомощным.

Понятия не имею, что с ней случилось, но ментальная защита истинной магини дала огромную такую трещину. Из нее изливался настолько мощный поток ненависти, смешанной с болью и тоской, что я с трудом преодолел состояние шока.

Но самое главное, что данная брешь вообще появилась, и я смогу туда залезть!

Напрягая все свои невеликие силы и, можно сказать, жалкие умения, мне удалось ухватиться за тоску, превращая ее сначала в безнадегу, а затем в усталость и безразличие, но дело шло очень туго и медленно, так что нужно постараться заговорить ей зубы:

— Эльза, не делай этого!

— Не лезь, — повернула она ко мне лицо с пугающе белесыми глазами. — Эти животные посмели вякнуть на меня, и они умрут.

— Зачем? — прорычал я сквозь зубы, чувствуя, что не справляюсь с ее эмоциями. — Зачем тебе лишняя кровь?

— Лишняя? — пугающе захохотала магиня. — А знаешь ли ты, жалкая пустышка, сколько на моих руках крови?

— Не знаю и знать не хочу, — все еще выдерживая спокойный тон, сказал я, — но бессмысленная кровь всегда лишняя. Она тебе не нужна. Посмотри на них. Они уже обделались от страха, и даже смерть не напугает их больше.

— Думаешь? — злобно прошипела магиня, но я уже чувствовал, что в гамме ее эмоций только эта злоба и осталась. А еще раздражение, но ненависти и безумия там уже нет — выгорело. К тому же наведенная мной апатия и раздутая печаль разрастались все больше.

Эльза опустила руки. Молнии перестали плясать по ее телу, а взъерошенные волосы улеглись.

И тут произошел какой-то слом. Она словно та маленькая девочка, которую пыталась из себя изображать, уселась на пол и, закрыв лицо руками, разрыдалась.

Да уж, увидеть истинного мага в таком состоянии — еще тот сюрприз. Причем плакала Эльза совершенно искренне, навзрыд. В ментальной защите теперь не то что трещина, там сплошные прорехи.

Изменения в ее эмоциональном состоянии были настолько стремительными, что я утратил всякий контроль, если он вообще был. Лезть в мешанину ее чувств больше не хотелось, но этот цирк все же нужно заканчивать. Дальнобойщики уже зашевелились, в море их ужаса начали проклевываться островки ненависти, а на что способна родившаяся из позорного страха ярость, мне было известно не понаслышке.

Быстро подойдя к Эльзе, я подхватил ее на руки и скомандовал Гене через плечо:

— Разгони этих по нарам и чтобы сидели тихо, как мыши.

— Принял, — как всегда четко отреагировал Гена и повернулся к самым активным дальнобойщикам.

Кто бы сомневался, что мой друг успел экипироваться по максимуму, и спорить с ним сейчас будет только совсем уж отмороженный придурок… А если такой и найдется, то для него у моего друга имелся полный магазин резиновых изделий, и это совсем не презервативы.

Как там пошло дело дальше, я уже не видел, потому что нес Эльзу в ее комнату. Странно, что охранник никак не проявил себя. Впрочем, выяснять, почему он бездействовал, я не собираюсь. Скорее всего, магиня сама позаботилась о его невмешательстве, перед тем как выйти на охоту за придурками.

Присев на кровать, я попытался оторвать от себя вцепившуюся «пассажирку», но она, всхлипнув, прижалась еще сильнее. Так и просидели минут пять, а затем ее состояние изменилось, причем настолько резко, что я не успел отреагировать. Мало того, ментальный щит девушки восстановился пугающе быстро.

Я лишь ощутил, как мое горло обхватили тонкие, но при этом очень твердые и холодные пальцы. Изящный маникюр даже пропорол кожу.

Сохранить спокойствие удалось с огромным трудом. В который раз я пожалел, что не могу управлять своими эмоциями так, как делал это с другими.

— Не вздумай опять залезть мне в голову!.. — прошипела она мне в ухо.

Ее шарм и томное очарование улетучились без остатка. Теперь ее не спутаешь не то что с ребенком… казалось, рядом со мной вообще не человек.

Ох, как же прав был старый мастер Захар!

— И в мыслях не было… — просипел я, стараясь не делать лишних движений. — Да я до сих пор не понял, как это вообще У меня получилось…

— И не надо тебе этого понимать!.. — прорычала мне в лицо магиня, стараясь своим ледяным взглядом проткнуть мой мозг до затылка.

И тут я ощутил, что ее злобное шипение больше не вызывает у меня судорог страха. Перегорело, никто не может бояться бесконечно. А ведь в данной ситуации это опасно: страх — он не только делает нас слабыми, но и защищает от необдуманных поступков.

— Отпусти меня, — сказал я спокойно и даже с неким нажимом. — Здесь у тебя врагов нет.

— Хочешь сказать, что мы друзья? — все же убрала она руки от моего горла и даже слезла с колен, присев рядышком.

Эльза опять была почти нормальной, но то, что мне довелось видеть десяток секунд назад, уже не забыть.

— Хочу сказать, что у тебя здесь нет врагов, если сама их не создашь. Дальнобойщики не в счет, завтра они уедут дальше и забудут тебя как страшный сон.

— Ты зачем услал девочку? — напрямую спросила она.

— Потому что ты меня напугала, — тоже без обиняков ответил я. — Не знаю, что там у тебя с детьми, но явно беда.

— Что ты знаешь о настоящих бедах, пустышка? — опять разозлилась магиня. — Я могла родить ребенка, девочку, но мне не позволили этого. Отобрали единственное родное существо в угоду прихоти! Ты ничего не понимаешь!

— Никто не способен полностью осознать, как тебе тяжело, — мягко сказал я, сам не понимая, зачем вообще берусь успокаивать ее.

Меня совершенно не обманывали выглядевшие естественными порывы и прорезавшаяся доверительность Эльзы. Все это лишь маска, пусть даже она сама в данный момент верит в собственную искренность. Верит в нормальность данного разговора. Но все равно между нами такая пропасть, что ни переплюнуть, ни перепрыгнуть. Это словно общение человека с ласковым псом. Его можно погладить, даже поговорить о сокровенном, но сути ничего не меняет — человек остается человеком, а пес — просто животное.