Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Эльтеррус Иар - Страница 1916

К счастью, хозяева вняли его словам и не стали звать на совещание вторую спасённую, леди Стерр. Вот уж кто-кто, а эта хладнокровная стерва здесь точно не нужна — фамилия полностью соответствует сути. Вспомнив, как эта дамочка зачем-то пыталась наладить с ним отношения, гранд-адмирал брезгливо поморщился — с юности терпеть не мог таких вот представительниц «высшего общества». На каждую фразу — десяток смыслов, никогда ничего прямо не скажут, всё только намёками. Никаких нормальных человеческих качеств ни у одной в помине нет, только подлость и жестокость, возведённые почти в абсолют. Но при этом они считают себя идеалом.

Гранд-адмирал незаметно усмехнулся, вспомнив, как бесилась надменная аристократка, когда он открыто выражал ей своё пренебрежение. Лицо перекашивалось, она никак не могла понять, почему такая красавица не производит на Ника никакого впечатления, привыкла, что мужчины буквально стелются перед ней. А тут вдруг такой афронт!

А затем ему вспомнились кое-какие высказывания леди Стерр, и гранд-адмирал насторожился. Она ведь не раз говорила, что проект перевоспитания населения в нужном власть имущим ключе вступил в заключительную фазу. Что она имела в виду? Не хочется, конечно, опять встречаться с ней, но придётся выяснить, что она хотела сказать. Кстати, вот ведь ещё что. Аарн, насколько он заметил, буквально шарахались от леди Стерр, глядя на неё чуть ли не с омерзением. Это о многом говорило — свою способность видеть души гости извне не стали от него скрывать. Как и то, что они телепаты. Как это ни удивительно.

Тот факт, что его память полностью считали и проанализировали, оставил гранд-адмирала совершенно равнодушным — скрывать ему было нечего, подлостей в жизни не совершал и никого не предавал. Не за что стыдиться. А известные ему государственные тайны давным-давно протухли и больше никому не интересны, кроме разве что историков. Да и тем вряд ли, особенно если учитывать современную трактовку истории.

— Простите, дамы и господа… — заговорил он. — Я тут кое-что вспомнил, и хотел бы рассказать об этом. Возможно, это даст какую-то наводку на причину произошедшего.

— Слушаем вас, — повернулись к нему аарн.

— Дело в том, что вторая вами спасённая, леди Мей Оларио Стерр, не раз при мне говорила, что быдло, как в её кругу называют не входящих в него людей, должно знать своё место, но трогать его опасно, поскольку оно способно объединиться и взбунтоваться. Поэтому кто-то из их клана лет сто пятьдесят назад разработал и начал внедрять план атомизации общества, иначе говоря, план по воспитанию из людей эгоистов, которым не будет дела ни до кого, кроме них самих, и которые в принципе не способны объединиться. Пару раз она проговорилась, что этот план почти реализован. Думаю, леди Стерр что-то знает. Не стоит ли вам просканировать её память?

— Пожалуй, вы правы, стоит, — задумчиво произнёс Кержак. — Вот только тут есть одна сложность…

— Какая?

— Это будет сопряжено с очень неприятными для сканирующего последствиями — душа этой дамы, я краем глаза её видел, настолько гнусна, что при первом же взгляде тошнит от отвращения. При полном сканировании будет много хуже. Может, стоит обойтись сывороткой правды?

— Не согласна, — вмешалась женщина из того же народа, что и Кержак, кажется, её звали Равлой. — При допросе с сывороткой можно многое упустить, мы не знаем, какие вопросы нужно задавать. Я готова заняться сканированием леди Стерр, я аналитик, не упущу ничего. Потом отлежусь в ти-анх, если не смогу справиться с психошоком иначе.

— С нами летят шесть Целителей Душ высшей квалификации, — проворчал старый орк. — Они помогут, если уж ты решилась.

— Ты же знаешь, что я не люблю пользоваться их услугами, — отмахнулась Равла. — Не смогу справиться сама — тогда зови, но не раньше.

— Хорошо, — не стал спорить Кержак, никогда не понимавший этой странности соотечественницы.

Тем временем один из аарн, высокий, очень красивый светловолосый мужчина со странной формы большими острыми ушами, скрылся в воронке гиперперехода. Вернулся он через несколько минут в сопровождении леди Стерр, одетой в простой комбинезон, из-за чего та явно чувствовала себя не в своей тарелке. Она окинула собравшихся высокомерным и одновременно встревоженным взглядом. Правда, при виде арахна и гварда её глаза слегка расширились, а рот немного приоткрылся, однако аристократка быстро взяла себя в руки и снова приняла невозмутимый вид.

— Спасибо, Таниэль, — негромко сказал старый орк, сверля явно чувствующую себя неуютно даму своими маленькими жёлтыми глазками. — Я — Кержак Чёрный, глава поисковой экспедиции ордена Аарн, госпожа. Мы из другой вселенной.

— Леди Мей Оларио Стерр, — сделал книксен она. — Принадлежу к клану Орвай, входящему в партию Консерваторов. Тарийская республика.

— Знаете ли вы, что прошло более трёхсот пятидесяти лет с момента вашего попадания в стазис?

— Это мне сообщил ваш врач.

— А известно ли вам, что Тарийской республики больше не существует?

— Что с ней случилось? — насторожилась дама, в её глазах появилось беспокойство.

— Она вошла в состав Тройственной Федерации вместе Эторийским царством и Хинрабом, — ответил Кержак.

— Значит, у наших всё получилось… — на губах леди Стерр появилась довольная улыбка, она в этот момент стала похожа на объевшуюся ворованной сметаной холёную, хитрую и наглую кошку.

Кержак переглянулся с Железным Ником — похоже, дамочка действительно что-то важное знает. Значит, придётся сканировать, добровольно личности такого рода информацией не делятся. Он перевёл взгляд на Равлу и медленно наклонил голову. Та встала, одновременно вышедший из гиперперехода ещё один аарн, что Ник понял по чёрно-серебристой форме, принёс какую-то ёмкость, гранд-адмирал поначалу не понял, для чего та нужна. Но это быстро стало ясно — орка внимательно посмотрела на леди Стерр, а затем вдруг вся побелела, затряслась и склонилась над принесённой ёмкостью в приступе явно болезненной рвоты. Затем упала в кресло и некоторое время сидела неподвижно, она была почти зелёной и тяжело дышала, руки тряслись, орка не знала куда их девать и то складывала на коленях, то сжимала в кулаки, то сводила воедино. Остальные аарн с явно заметной тревогой смотрели на неё. Нику вспомнился рассказ врача об особенностях этого странного народа, особенно о психошоке после столкновения с чем-то морально и этически неприемлемым. Однако Равла довольно быстро пришла в себя, вытерла рот поданным Кержаком платком и нервно повела плечами. Ёмкость утонула во внезапно образовавшейся в полу под ней ямой с жидкостью. Гранд-адмирал покачал головой — его всё ещё поражали биотехнологии ордена.

— Что всё это значит?.. — растерянно спросила леди Стерр, потерев себе виски, видимо, у неё неожиданно заболела голова.

— Ну что? — не обратил внимания на её вопрос Кержак, требовательно глядя на Равлу.

— Редкая мерзость… — брезгливо бросила та, всё ещё морщась. — Столько подлостей за свою жизнь совершила, что у меня просто слов нет…

Повернувшись к Железному Нику, орка добавила:

— Это она навела на вас эскадру графа Лоркеса. В её череп имплантирован передатчик. Вы, гранд-адмирал, слишком сильно мешали господам, запланировавшим захват власти, помимо вас, они вообще уничтожили всех хоть относительно честных людей из правительства и командования флота. Вас разве не насторожили неожиданные смерти толковых адмиралов и чиновников?

— Насторожили… — хмуро отозвался он. — Но не думал, что всё так гнусно. Чего они добивались?

— Того, чего всегда добиваются подобные им, — скривился Кержак. — Власти, ничем и никем не ограниченной власти. Некие группы самых богатых магнатов из трёх стран решили, что им выгоднее будет объединиться, убрав из системы управления всех, кто не разделяет их убогие «ценности». Боялись только народного восстания, поэтому и действовали вдолгую, запустив план постепенного уничтожения традиционных государств и развращения населения, им требовалось атомизировать общество, чтобы люди не способны стали объединяться, думая только о собственной выгоде. И мало того, уже лет двести в вашей стране, как, впрочем, и в остальных, давили инакомыслящих, осмеивали духовность, вбивали людям в головы, что главное — это обогащение любой ценой, что значение имеют только потребности конкретной особи, а потребности других учитываются только поскольку-постольку. Все человеческие понятия — честь, совесть, любовь, доброта, сочувствие, взаимопомощь — объявлялись устаревшими и высмеивались, причём воздействие шло большей частью на молодых. Кем большинство из этих молодых выросло, думаю, всем ясно. Но, невзирая на невероятное давление, этим дамам и господам так и не удалось заставить людей полностью оскотиниться — всё равно какой-то процент населения остаётся стремящимся отнюдь не к материальным благам, а к чему-то непонятному заговорщикам, к чему-то эфемерному. Несмотря ни на что. Могу утверждать это также по результатам сканирования планет нынешней Федерации — мы отправили фрегаты разведки ко всем, отчёты идут потоком. Так вот, неформалов, стремящихся к духовности, на них хватает. Этим неформалам очень трудно приходится, давят их всеми законными и незаконными способами, но они всё равно не сдаются.