Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Эльтеррус Иар - Страница 1912

— Слушайте, коллеги, — опустился на мгновенно выросший из пола стул профессор Стинки, к такому поведению мебели учёные уже успели привыкнуть, а поначалу каждый раз шарахались, — а чего, как по-вашему, пытается добиться наш с вами драгоценный ректор? Смотрите сами — да, он озадачил множество научных групп данными, полученными от гостей, но сам вместе с главой СБ занят чем-то совершенно другим, отдавая этому все силы. У меня возникает даже ощущение, что для него само прибытие гостей — нечто второстепенное и малозначимое.

— А знаете, у меня тоже такое ощущение, — покивал профессор Огио, последовав его примеру. — Мне кажется, что одновременно с прибытием гостей случилось что-то ещё, и это что-то для нашего руководства куда как важнее инопланетян и их проблем. Вот только он кое-чего не учитывает…

— И чего же? — заинтересованно посмотрела на него тоже севшая и мысленно заказавшая себе у бортового биокомпа стакан какого-то синего напитка профессор Однет.

— Ну, вы не математик и не физик… Слышали о таком понятии, как «странный аттрактор»?

— Да кто же о нём не слышал? Грубо говоря, это событие, резко выбивающееся за привычные рамки или, иначе говоря, за рамки правил поведения динамической или статической системы.

— Ну-у-у… — скривился математик. — Можно сказать и так в очень большом приближении. Но даже это даст понимание того, что я хочу сказать. Эта инопланетная девушка, Лина, с которой вы все знакомы… Вы понимаете, что она такое?..

— В смысле? — растерянно посмотрел на него астрофизик. — Инопланетянка, девушка и…

— Это всё частности! — поднял ладонь профессор Огио. — А главное в том, что она — дестабилизирующий фактор для любой сложной системы. И одно её присутствие заставляет события поворачивать в самое непредсказуемое русло. Помните, Лина коротко рассказала о своём путешествии в Тарканскую военно-космическую Академию?

— Да, — подтвердили собеседники.

— Так вот, я посчитал вероятность всего лишь половины, даже меньше, описанных ею событий. И у меня остатки волос встали дыбом. Десять в минус двадцать четвёртой степени! Объяснять, что это значит, нужно?

— Нет… — задумчиво протянул астрофизик. — А до ректора вы эту информацию донесли?..

— Увы, забыл… — смутился математик. — Но он и сам до этого додумался.

— Хорошо, если так. Думаю, это очень важно, может, куда важнее, чем вещи, которыми Уно, — профессор Стинки забылся и назвал ректора по имени, что, в общем, было позволено очень мало кому, — сейчас занят…

— Думаете, она?.. — пристально посмотрела на них планетолог.

— Да, — резко кивнул профессор Огио. — Тот самый дестабилизирующий фактор, при введении которого любая сложная динамическая система начинает работать самым непредсказуемым образом. Такие люди иногда рождаются, вспомните хотя бы Элхио Страгита, создавшего из ничего два Университета-государства из самых обычных, причём небольших учебных заведений. Объяснить их существование с научной точки зрения невозможно, но они существует, и это доказанный факт. Боюсь, сейчас наша несчастная планета удостоилась визита ещё одного такого человека…

— И что с ней дальше будет — никому не дано предсказать… — со вздохом закончила за него профессор Однет. — Но вы же не думаете?..

— Что вы, что вы!!! — замахал на неё руками математик. — Даже в мыслях не стоит наносить таким существам вред! Обязательно аукнется! Страшно аукнется! Достоверно установлено. Наоборот, им нужно аккуратно помогать во всех их начинаниях, тогда, может, и плюшки какие перепадут…

Он хитро улыбнулся и потеребил свою седую бороду, став чем-то похожим на доброго дедушку-сказочника из детской передачи, очень популярной на территории Таоранского университета. Остальные учёные сразу уловили это сходство и заулыбались, каждый не раз смотрел эту передачу вместе с внуками.

— То есть ректор согласился на эту экспедицию вместо экспедиции к мосту по вашему совету? — догадалась планетолог.

— В какой-то мере, — почти незаметно улыбнулся профессор Огио. — Впрочем, не буду брать на себя слишком много, то же самое советовал и Кено Гуарди. Он пришёл к тем же выводам по поводу нашей гостьи.

В этот момент стены крохотной кают-компании, в которой собрались учёные, сменили цвет, а затем раздался голос Лины:

— Прошу перевести ваши кресла в режим провоперегрузочных ложементов голосовой командой. Старт через минуту. Идём в скоростном режиме, без погружения в гипер — как вам известно, гипергенераторы повреждены.

Стены кают-компании мгновенно стали каким-то подобием экрана, на котором появилось изображение секретной авиабазы, находящейся где-то на левом плече Каменного Великана, в малонаселённом горном районе. Добраться до неё можно было только по воздуху, дорог здесь не было как понятия, плоскогорье, на котором располагалась авиабаза, было отсечено от большой земли глубокими пропастями и водопадом. Поговаривали, что однажды ивейские диверсанты были выброшены с парашютами, но обнаружить замаскированный объект так и не сумели, а потом их заметил местный пастух, сообщил куда следует, и храмовников попросту забросали напалмовыми бомбами — ловить их никто не стал, смысла не имело. Видимо, поэтому ректор и решил разместить инопланетный корабль именно здесь.

Видневшееся на круговом экране лётное поле с несколькими самолётами внезапно резко провалилось вниз. Мимо промелькнули тучи, а затем горизонт начал быстро синеть, и буквально через полминуты вокруг раскинулась чернота открытого космоса. Внизу плыла покрытая облаками планета.

— Для этой яхты что, и сопротивление воздуха ничего не значит? — растерянно спросил неизвестно у кого профессор Стинки. — Как можно настолько быстро достичь орбиты?..

Однако его услышали, и голос Лины ответил:

— Почему же, имеет. Но яхта во время старта прикрыта особого рода защитными полями, позволяющими свести сопротивление среды практически к нулю. «Надежда» благодаря этому способна очень быстро перемещаться даже в воде, я бывала на ней на водных планетах, пришлось пару раз стартовать с большой глубины — никакой разницы не заметила. Не спрашивайте меня, пожалуйста, о природе полей, я этого просто не знаю.

Она ненадолго умолкла, а потом предложила:

— Пока летим до пояса астероидов, я могу подлечить в ти-анх тех, кто ещё не лечился в нём. Вы все люди пожилые, поправить здоровье лишним не будет.

— Пожалуй, — хмыкнул профессор Стинки, покосившись на инженера. — Я и против биокомпа ничего не имею, меня коллега заинтриговал его возможностями.

— Без проблем! — заверила Лина. — Омоложение я вам сделаю только внутреннее, и преобразование тела проводить не буду, это, кажется, вообще запрещено…

Она запнулась, видимо что-то вспомнив, и что-то едва слышно прошипела, помянув свои умственные способности, что вызвало почти неслышные усмешки у эрумцев — видимо, девушка вспомнила о запрете, при этом успев несколько раз нарушить его. Молодые так предсказуемы!

— В общем, все ваши болезни сойдут на нет, — взяла себя в руки Лина. — Здоровье станет абсолютным, иначе говоря, будет достигнута генетическая норма для нашего вида разумных.

— А сколько нам лететь? — поинтересовался профессор Огио.

— Если не особо спешить, а спешить не стоит, к поясу астероидов на большой скорости приближаться опасно, то около восьми часов. Это до начала сканирования, включая разгон и торможение.

— Значит, скорость немногим меньше ста восьмидесяти тысяч ланов в секунду, — быстро сделал примерный расчёт математик. — Солидно, нашим кораблям до таких скоростей ещё расти и расти…

— А тип двигателя какой? — не сдержался Игрио Морти.

— Гравитационный, — ответила Лина. — Был бы исправен гипердвигатель, мы бы были на месте через полчаса максимум. Но увы. Мы потому и попросили у вас помощи, что сами восстановить его не можем.

— Ясно… — покивал инженер. — Гравитационный… Интересно, на каких физических принципах он работает?

— Вот не имею ни малейшего понятия! — заверила девушка. — Я передала господину ректору один из бортовых биокомпов со всей имевшейся на нём научной информацией. Её там, правда, не слишком много было, комп всё-таки больше навигационный. Удивительно, что там вообще нашёлся начальный курс гиперфизики. Я его туда не сливала, видно, остался от предыдущего владельца яхты — на ней некоторое время летал мой учитель.