Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Эльтеррус Иар - Страница 1215

– Благие… – шептали непослушные губы. – Но как же это? Что же мне теперь делать?

Ей и в голову не могло прийти, что владельцы воспитательного приюта обратятся к охотникам. Убийцы брали за свои услуги так дорого, что мало кто решался воспользоваться ими. Но это значило еще одно. Ирну не собираются брать живой, охотники только убивали, ничего больше. Прошел месяц с момента побега, и девушка надеялась, что про нее забыли. Но нет, не забыли…

В основном, в Тиуме рабство не было распространено, но его здесь признавали. Правда, рабов имелось немного, всего несколько тысяч человек. В основном, выращивали красивых и очень дорогих женщин для высокопоставленных функционеров разных каст.

– Эй ты, девка, подь сюды! – заставил ее обернуться чей-то грубый голос.

Верзила, вызвавший у Ирны такое отвращение, гнусно ухмылялся и манил ее пальцем. Девушка даже не заметила, что новостная передача закончилась, и люди разошлись с площади. Обычно она уходила первой и всячески избегала встречаться с желающими воспользоваться ее телом. А сегодня не успела… Увы, выбора не было, не хватало только обратить на себя внимание стражей порядка. Покорно последовав за верзилой в подворотню, Ирна наклонилась и уперлась руками в стену. Верзила пристроился сзади и не видел брезгливой гримаски на губах девушки. Она молча терпела его прикосновения, стараясь не обращать внимание на пыхтение мужчины и неприятные ощущения.

Вспомнились почему-то беседы с подружками незадолго до побега. Много чего они говорили тогда друг другу, фантазировали, мечтали о будущем. Каждая о чем-то мечтала, одно было общим – желание счастья. Пусть маленького, но своего. Но когда Ирна увидела, кому ее собираются продать, она едва не сошла с ума от отвращения. Толстому, старому, потному, мерзко хихикающему скоту…

– Ну и что с того, что он старый? – удивилась Велса, высокая, белокурая и очень практичная девица. – Будешь вертеть им, как сама захочешь. У него и не стоит, наверное. Ты его, главное, хвали, восхищайся им, а он все для тебя сделает.

– Противно… – ответила Ирна, гадливо скривившись.

Она, в общем-то, смирилась со своей судьбой, ожидая продажи. Но произошло чудо. Бойцы каких-то двух каст сцепились неподалеку от воспитательного дома. Непонятно почему они применили в черте города тяжелое вооружение, за это полагалась смертная казнь участникам столкновения и огромный штраф, налагаемый на главу касты, к которой принадлежали провинившиеся. Вот и вышло, что угол здания, в котором располагался воспитательный дом, оказался развален, и перед Ирной открылась дорога в большой мир. Она сама не знала, почему выбралась наружу и пошла куда глаза глядят, но пошла. Только ночью, когда стало прохладно, до девушки дошло, что теперь она числится беглой, и ничего, кроме жестокого наказания, не ждет ее по возвращении. Никто не купит сбегавшую хоть однажды рабыню. Никто и никогда. Как она тогда испугалась. Думала даже вернуться и умолять о прощении, но заблудилась.

Всю ночь Ирна шла куда-то, дрожа от страха. На нее никто не обращал внимания, идет себе плачущая девчонка, и пусть себе идет. Ее личное дело, почему она там плачет и куда идет. Никого она не интересовала. Только мужчины исподтишка поглядывали на Ирну с вожделением, слишком красива. Но подойти? Нет дураков. В Тиуме за попытку изнасилования сажали на электрический стул. Для казни достаточно было заявления потерпевшей, ее слов порой даже не проверяли. Кто знает, что взбредет в голову этой девице? Ты ей помощь предложишь, а она стражей порядка позовет.

Под утро смертельно уставшая и ничего не видящая вокруг Ирна кого-то нечаянно толкнула. Это оказалась сильно потасканная женщина из касты несущих удовольствие. Та тупо посмотрела на девушку, покрутила пальцем у виска и отправилась своей дорогой, шатаясь, как пьяная. Впрочем, наверное, она и была пьяна, многие из несущих удовольствие черно пили, пытаясь забыть о своей страшной судьбе. В эту касту путь открыт был каждому, достаточно зайти в любую контору касты, получить карточку на предъявителя и маску на лицо. Но вот обратной дороги не было. В конторе у пришедшего брали отпечатки пальцев, снимали рисунок сетчатки глаза и заносили эту информацию в центральную информатеку Тиума. Если человек хоть однажды продавал свое тело, то в другую касту его уже не брали. Никогда и не при каких обстоятельствах. Отпечатков пальцев и рисунка сетчатки не подделаешь, а их всегда проверяли при приеме на работу.

Ирна долго провожала взглядом несущую удовольствие. Потом увидела под ногами какой-то небольшой сверток. Видимо, несчастная выронила его и сама того не заметила. Девушка хотела было догнать женщину и вернуть потерянное, но та уже исчезла. В свертке оказались главные принадлежности несущего удовольствие: кредитная карточка на предъявителя и кожаная белая маска, скрывающая верхнюю половину лица. Ее надевали те, кто готов был оказывать любому желающему сексуальные услуги. Она являлась символом того, что несущий удовольствие готов к работе. Уходя, Ирна, сама не понимая, зачем, сунула карточку с маской в карман.

День шел за днем, не знающая окружающей жизни девушка бродила по огромному мегаполису, в котором проживало больше сорока миллионов человек. Понятно, что голодала и холодала. Вскоре голод превысил все возможные пределы, стал нестерпим, одежда истрепалась, ведь ночевала Ирна в скверах на лавочках. Вот тогда она и вспомнила о карточке с маской. Но продавать свое тело? Нет, до этого она дошла далеко не сразу. Однажды девушка брела по какой-то узкой улочке, давно уже не понимая, где находится.

– Ты гля, Дырка! – загнусавил за спиной чей-то противный голос. – Дык енто ж тая беглая девка, про ея учера баяли по инфору! Держи суку, за ея три оба[116] инферов дают!

Ирна оглянулась и увидела оборванца, показывающего на нее пальцем. Вскоре к нему присоединились еще трое очень похожих. Девушка испуганно пискнула и рванулась прочь. Оборванцы радостно заулюлюкали и побежали за ней. Улицы мелькали мимо, но преследователи не отставали. Ирна рыдала, прекрасно понимая, что с ней сделают, если поймают. Видела однажды наказание беглой и запомнила на всю жизнь. Нет, ее не убили, в Тиуме никого не убивали, если на него не было контракта с кастой охотников, слишком суров был закон. Однако отрезали язык, уши, пальцы, выкололи глаза и изуродовали. А потом вышвырнули на улицу. Вряд ли несчастная там долго прожила…

– Стой, падла! – выл позади задыхающийся оборванец.

Нырнув в какую-то дыру, Ирна оказалась в обширном подвале. Она неслась по темным переходам, забираясь в люки, проползала в такие узкие дырки, что, казалось, и крыса не пролезет. Беглянка пролезала… Наконец девушка затаилась за кучей вонючего тряпья и долго, с ужасом, слушала, как перекликаются жаждущие поймать беглянку оборванцы. Чему удивляться, обы касты инферов стоили дорого, за три оба можно было полгода питаться семье из пяти человек. Ее не нашли. А девушка напряженно думала. Значит, ее официально объявили беглой и назначили награду за поимку. Что ж, этого следовало ожидать. Но что теперь делать? Раз портрет беглянки показали по инфору, то ее узнает любой. Как остаться неузнанной? Рука сама собой нащупала в кармане скомканную маску несущего удовольствие. Как сомнамбула, Ирна достала ее и надела. Потом повесила на шею карточку на шнурке. Немного постояла, тихо плача, и сбросила с себя одежду.

На улицу вышла обнаженная несущая удовольствие в белой маске, скрывающей верхнюю половину лица. Самая обычная картина, ничьего внимания она не привлекла. Единственно, чем эта отличалась от большинства, так это прекрасной фигурой и высокой полной грудью. Фигура была настолько хороша, что многие облизывались, глядя на нее. Но далеко не каждый мог позволить себе дать личное обязательство. Не заплатить? Это равнялось изнасилованию и наказывалось тем же электрическим стулом. Мало кто был настолько рисков, чтобы попробовать. Да и не стоило дело того. Многие вообще брезговали несущими удовольствие и обходили их десятой дорогой.