Взрослые - Халс Кэролайн - Страница 5

Что бы это значило? Проявление щедрости? Или то скромное хвастовство, которым грешат многие?

Или Клэр думает, что Алекс просто неспособна к выполнению тяжелых, но архиважных родительских обязанностей?

Если Клэр и правда так думала, то не без оснований. Скарлетт не относилась к Алекс плохо, она попросту игнорировала ее. Когда они виделись, Скарлетт или шепталась с воображаемым кроликом, или играла в айфоне Мэтта — строила тюрьму для цыплят.

Даже после двух лет, что Алекс провела с Мэттом, она не была уверена, что Скарлетт ее когда-нибудь признает.

Алекс попыталась отвлечься и смотреть передачу. По конвейеру проезжали тарелки с едой: зрителям показывали, сколько всего уже съедено.

«После того, как Мэтт предложил мне „Хэппи Форест“…»

— Клэр говорит, ты сам выбрал место, — сказала Алекс, — место, куда мы поедем.

Мэтт, не отрываясь от телика, кивнул.

— Но ведь сам праздник — это идея Клэр? — спросила Алекс. — Она первая предложила?

— Ну да. А я просто ей помог. Ты же меня знаешь, я всем помогаю: славный парень, как ни крути, — Мэтт кивнул на экран. — Все, сейчас будет фиаско. Ха! Ну вот, я же сказал!

4

До рождественской поездки оставалась всего неделя. Скарлетт и Пози сидели на заднем сиденье. Мама везла их в большой торговый центр, но только чтобы доехать от развязки до парковки, они потратили целых двадцать минут. Слишком много машин и слишком мало дорог.

— Это отвратительно. Отвратительно, — мама хлопнула ладонью по рулю. — Консюмеризм. Тьфу!

Мама часто повторяла Скарлетт: «Терпение все преодолевает». Скарлетт было любопытно, часто ли мама говорит это сама себе.

Изогнувшись на переднем сиденье, мама посмотрела на Скарлетт:

— Это место — худшее, что есть в мире.

Едва мама снова повернулась к лобовому стеклу, Скарлетт взглянула на Пози и закатила глаза. Пози закатил глаза в ответ.

Они с Пози были одного роста (если не считать кроличьих ушей), но в машине Скарлетт смотрела на него сверху вниз. Мама сказала, что Пози не нужно детское кресло. Скарлетт хотела бы, чтобы кресло у него все же имелось, но она не спорила. Было два голоса против одного: Пози тоже не хотел сидеть в детском кресле. Его фиолетовые уши и без того елозили по крыше салона.

Мама снова хлопнула ладонью по рулю:

— Куда они все едут, у них и так полно барахла!

Скарлетт поняла это как намек:

— Мы возвращаемся домой, да?

— Конечно, хочется все бросить и уехать. Но у тебя ведь нет подарка для Алекс.

Скарлетт подумала, что это сомнительный предлог. Она была едва знакома с Алекс. Но Скарлетт хотелось походить по магазинам, поэтому она ничего не ответила.

Мама быстрым шагом шла по торговому центру и тащила Скарлетт за руку. Скарлетт постоянно наталкивалась на людей. Она крепко сжимала лапу Пози, потому что люди не замечали его. Сегодня люди едва ли замечали и саму Скарлетт. И даже маму.

— Все эти толпы… что они тут забыли? — От раздражения у мамы челка прилипла ко лбу. — И зачем они все так суетятся?

Скарлетт не спросила, почему мама тоже суетится. Они и так знала. Рождество.

Все дело было в Рождестве.

— Проблема в том, что ты не можешь подарить Алекс, к примеру, просто перчатки, — сказала мама. — Подарок должен быть со смыслом. Надо показать Алекс, что она тебе небезразлична.

— Но она мне безразлична.

Мама строго на нее посмотрела.

Скарлетт вовсе не хотела сказать это вслух, так вышло случайно.

— Алекс всегда дарит дурацкие подарки. Помнишь, что она принесла мне в прошлом году? Свитер, мама.

— Это очень милый подарок.

— Это плохой свитер. Он зеленый. На нем космический корабль.

— А я-то думала, ты хочешь ей что-то подарить, — в мамином голосе послышалась угроза. — Я думала, поэтому мы так долго стояли в пробке.

Скарлетт ничего не ответила.

Пози отпустил руку Скарлетт. Он махнул головой в сторону одного из магазинов:

— Я только загляну сюда. Не ждите, я догоню.

— Пози! — Скарлетт задохнулась от волнения. — Ты заблудишься!

Пози не обратил внимания. Его пушистое фиолетовое тело юркнуло в толпу; Скарлетт только и увидела, как мелькнул его белый хвост-помпончик. Пози почти целиком был фиолетовый, кроме хвоста и белой заплатки на животе. Этикетка с надписью «Сделано в Китае» — единственное пятнышко красного цвета — торчала сбоку на попе.

— Мама! Надо подождать Пози!

Мама даже не замедлила шаг:

— Сейчас не время для игр. С ним все будет в порядке.

— Я попросила Пози не уходить. Но он не послушался!

— Он уже большой кролик.

Через секунду Пози вернулся.

— Как тебе мой новый прикид?

Скарлетт смерила его взглядом. Пози обычно ходил голышом, но теперь на нем были серебряные сапожки-луноходы.

Скарлетт опять едва не задохнулась от волнения. Это были те самые сапожки, которые она так просила у мамы. Но мама сказала, что Скарлетт, если захочет, может получить их только на Рождество. А Скарлетт не собиралась тратить главный подарок года на сапоги.

Она часто завидовала Пози, ведь тот может легко раздобыть себе все, что хочет. В мире Пози другие правила.

Скарлетт поглядела, как светятся его подошвы при ходьбе:

— Не думала, что тебе нужна одежда.

Пози пожал плечами:

— В Китае все носят такие сапожки.

— Только не убегай снова. — Скарлетт уже устала слушать о том, как хорошо в Китае. — Иначе мы никогда не найдем тебя в толпе.

С другой стороны коридора, рядом с переносным стендом, стоял неряшливо одетый человек в шерстяной шапке, в руке он держал мегафон. Стенд был черно-белый, увешанный фотографиями.

Скарлетт прочла надпись поверх стенда: «Общество против…»

Последнего слова она не знала, поэтому тщательно прочитала по слогам:

— Мама, что такое ви-ви-сек-ци-я?

Мама бросила взгляд на стенд:

— Что-то вроде тенниса. Пойдем отсюда.

Мама попыталась увести ее в соседний проход, но Скарлетт замешкалась. Она оглянулась на человека с мегафоном. Тот махал свободной рукой и кричал:

— Эти препараты тестируются на животных. Ученые мучают живых существ, часто без анестезии, и все ради бесполезной косметики.

Скарлетт впилась глазами в фотографию печального кролика в клетке. Из головы у него торчали металлические шипы.

— Что это такое?! — взвизгнул Пози.

— Ничего.

— Как это ничего?! — голос Пози взвился еще выше. — Что случилось с тем кроликом в клетке?

— Я не знаю. Но помнишь, что мама говорила: не все люди хорошие, — Скарлетт показала глазами в соседний проход. — Пойдем, Пози, мама ждет.

— Ученые держат обезьян и кроликов в клетках. Они заставляют их страдать безо всякой на то причины…

— Как же так?! — простонал Пози.

Несколько человек, шедших впереди, внезапно остановились у витрины. Мама не успела увернуться и ударилась о спину женщины. Та мрачно посмотрела в ответ. А мама, казалось, вот-вот ее ударит.

— Ну все! — мама обернулась к Скарлетт. — У меня есть идея: давай поищем что-нибудь в интернете.

— Но я так ничего и не купила, — сказала Скарлетт.

Пози взглянул на свои ноги:

— По крайней мере, у меня теперь есть сапожки, — пробормотал он.

Скарлетт покачала головой. Иногда Пози был такой эгоист.

Когда они вернулись домой, Патрик, как обычно, сидел в кресле в гостиной.

Мама подошла к нему со спины и уставилась на экран:

— Как прошел твой день?

Патрик торопливо положил планшет на пол.

— Неплохо. А твой?

— Мы парковались целый час, — мама бросила сумочку на комод. — Потом наткнулись на протестующих, это тоже не слишком помогло. Протест против вивисекции. Ты ведь знаешь, что такое вивисекция? — мама строго посмотрела Патрику в глаза. — Это вроде тенниса.