"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Романов Герман Иванович - Страница 841

– Всех убить. – Хаким указал на драконов.

– Слушаем и повинуемся…

Исполины величественно поплыли навстречу атакующим. Их обгоняли другие, помельче, вперемешку с вивернами, горящими фениксами, какими-то колоссальными нетопырями и разноцветными драконами – стоящие в тылу маги прикрывали артиллеристов. В воздухе замельтешили сгустки огня, блеснули молнии, выбивая красных и зеленых тварей.

– Сегодня день нашей славы, мой друг. – Джанибек вынул меч из ножен. – Пророк улыбается, глядя на нас, и гурии ждут.

Хаким медленно поднял руки вверх, тихо запел и начал кружиться волчком.

Третьего черного Курбан снял почти в упор, уже у самой земли.

Огромные коты, угольно-черные и толстые, как медведи, вырвались вперед и неудержимо перли на северную стену. Давно знакомое и до сих пор не забытое зрелище. Это уже было раньше, под Хахалами. Тролли заревели – половина из них прошла через ту мясорубку и теперь приветствовала старых врагов. Среди орков ветеранов почти не осталось, но они были наслышаны о происходившем и горели жаждой мести. Хирд перешел на бег. Первого баюна Браги отшвырнул на пять шагов пинком, как тряпичную куклу. Второго располовинил в полете мечом, одновременно дробя щитом череп третьего. Сзади и с боков творилось то же самое – ярл традиционно шел во главе клина, не оборачиваясь, не останавливаясь и не сменяясь. Через десять секунд коты кончились, пошли огромные трехголовые собаки. Потом кончились и церберы. На половине минотавров Браги перешел на шаг, бежать по окровавленным скользким трупам было рискованно. Коты и псы обложили легкий хирд, часть минотавров рванула к стрелкам Нейла. Тяжелая латная конница не стала бросаться на копья и благоразумно пошла в обход. Все как и положено. Обычное окружение, обычное соотношение сил – пять на одного. Браги финтом закрутил тяжелый критский топор, пинком разнес рогатую башку и запел Сагу Великого Скальда. Викинги подхватили нестройным ревом – в школьный хор никто из них не ходил. Они были в своей стихии. Они были довольны.

Хельги рвал тетиву в сумасшедшем темпе – две секунды на выстрел. Подносчик поменял уже третью корзину. Продырявленный как сито золотой дракон рухнул рядом со строем личей.

– Четвертый… – констатировал Нейл.

Тетива со звоном лопнула, по щеке викинга пролегла кровавая полоса. Уже вторая. Хельги стряхнул обрывки тетивы и вынул из поясной сумки запасной шнур.

– Не смеют крылья черные над Родиной летать…

Сквозь защитную завесу начали проникать первые десятки дриад – маги русов драли в клочья защиту Выкуси. Драконы напали на артиллерию. Личи дружно повернулись налево и мерным шагом пошли в ближний бой. Им было все равно – стрельба или рукопашная. Мамонт Агравейна поднял сморщенный хобот и пронзительно засвистел. Над головами стрелков, испуская курлыкающие стоны, с шорохом летели мантикоры. Вдалеке раскатывалось: «Хурра… хурра!..» – монголы выстраивали карусель вокруг эльфов Большого полка.

– Стоим крепко, ребята! – гаркнул Нейл. – Сейчас полезут всем зоопарком!

Ящеры зашипели в ответ.

– Против минотавров нам не выстоять, – заметил Хельги. – Нужна тяжелая пехота.

– Будет вам тяжелая пехота. – Выкуси глотнула эликсира из узкого стеклянного флакона и начала медленно, с усилием разводить руки в стороны. – Хэй, викинг, как у тебя с маной? Не подкинешь малость?

Перед ними, полыхая жаром, стали распахиваться врата Инферно. Очень вовремя – завеса лопнула окончательно, и стрелки увидели минотавров.

Хаким пел и крутился. Крутился и пел. Красных и зеленых драконов сминало и плющило, но черные и золотые разносили орудия вдребезги. По земле катались клубки сплетенных тел, мантикоры налетали вдесятером на одного и рвали жертвы в клочья, после чего сами разлетались красными комьями. Джанибек яростно рубился с огромным черным драконом, чудом уходя от ударов хвоста и крыльев. Бурхан рывком развернул станину, рывком натянул тетиву. Руками. Копье легло в желоб, чтобы тут же сорваться и прошить красного дракона, увлеченно крушившего сифонофор в десяти шагах от них. Кряхтя, огр снова взялся за тетиву.

– Юрту белого войлока, – мычал он. – Новую арбу, молодого верблюда и новый казан…

Сзади бухнуло. Курбан обернулся. Над ним выгибала шею для удара переливчатая туша, составленная из граненых кристаллов. Курбан вздохнул, вынул кинжал и шагнул навстречу смерти. Ульхан с мечом встал справа, Бурхан с копьем наперевес – слева. Хрустальный дракон не спеша распахнул пасть.

Тускло-черная громадина пала с небес, сминая Хрустального и раздирая его шею гигантскими клыками. Переливчатая глыба с неожиданно тонким звоном покрылась сетью мелких трещин и рассыпалась на груду сверкающих кристаллов. Неизвестный черный дракон встал на задние лапы и торжествующе затрубил. Отделение метнулось к баллисте.

Они ничего не понимали, но действовали на автомате. Изготовка к стрельбе заняла пять секунд вместо штатных девяти. Вполне достаточно, чтобы умереть от безжалостных клыков. Но черный не атаковал.

Таких громадин они еще не видели. Даже не слышали о таких. Истинный дракон во всем величии сидел в десяти шагах от них и, склонив голову набок, смотрел с любопытством.

– Я – Зигфрид, – рыкнул он неожиданно. – Вассал Браги-ярла и комендант крепости Зомберг. Я убийца драконов.

– Мы тоже, – пропищал Курбан.

– Что – тоже?

– Тоже убийцы… Драконов…

– Так убивайте, дети порока! Убивайте, а не стойте, разинув хлебальники! Артиллерия гибнет!

Черный рывком взмыл, подняв пыльную бурю, и через сотню шагов обрушился на золотого, рвущего требучет.

– Что это было? – сипло спросил Бурхан.

Ему ответил рассудительный Ульхан:

– Союзник, видать…

Сверху рыкнуло, ударила тугая струя багрового пламени, и отделение скатилось в узкий окопчик, отрытый накануне.

Барон сидел на загривке Хладного ящера. Отличная позиция, и обзор на редкость хорош. Поэтому он прекрасно видел, как стремительно шел на убыль артиллерийский парк. Как развоплощались личи, спасая правый фланг Джанибека. Как догрызали мантикор, как пали последние разноцветные драконы, а оставшиеся черные и Хрустальные, игнорируя удары магов, крушили «скорпионы», в упор продолжавшие выкашивать леших и русскую нежить. Видел, как редкая цепочка магов вынула прямо из воздуха оружие и пошла на драконов в ближний бой. Чтобы спасти хоть часть артиллерии. Чтобы эта часть спасла его, барона Мак-Гира.

Барон достал из седельной сумки длинный футляр, открыл, вынул серебряную флейту и поднес к губам. Тоскливая мелодия, почти неразличимая среди грохота и воя, поплыла над полем. Но кому надо – услышали.

Дракон неуклюже скакал, волоча сломанное крыло. Плевал остатками огня, резко крутил головой, но проклятый маг был слишком быстр. Его посох бил с силой крепостного тарана и скоростью ветра. Дракон понимал, что умирает, но сдаваться не хотел. Он полностью сосредоточился на ритме движений человека, пытаясь вычислить, где он окажется в следующий миг. И поэтому не увидел, как сбоку вынырнул второй, в красном пластинчатом доспехе до колен, похожем на халат. Красный прыгнул ему на спину, и тяжелый кривой меч, проламывая каменно-твердую чешую и круша ребра, взрезал сердце дракона.

– Ты слишком увлекся этой дохлятиной, друг. – Джанибек спрыгнул на землю.

– Как умею, так и воюю, – Странник вытер посох пучком жухлой травы. – Я Погружающий, не мое дело махать железом. А за помощь спасибо.

– Тебе спасибо, эмир. За мантикор твоих спасибо. Я у тебя в долгу.

– Сначала дело сделаем, – отмахнулся норг, – а потом будем долгами считаться. Этих тварей еще слишком много.

– Левый фланг гибнет… – вздохнул Джанибек. – Мы слишком далеко…

– Есть кое-кто поближе, – усмехнулся Странник.

Из леса выкатывалась лавина темной нежити. Мерно перебирая суставчатыми лапами, плавно неслись десятиметровые многоножки из мертвой плоти и металла, на спинах которых виднелись торсы орков-арбалетчиков. Драконьи големы Оттара, самая мощная ударная нежить мира. Целых шестьдесят. Низко стлались над желтой травой ядовитые сколопендры Мак-Гира, почти неуязвимые и смертельно опасные. Еле угадывались змеиные тела Костяной Погибели, реяли рваные крылья высших вампиров. Мерно рассекали воздух серые плащи духов. Нежить накатывала стремительным цунами, равнодушная и смертоносная.