"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Романов Герман Иванович - Страница 813

– Хм.

– Ответ очевиден – такое под силу только Про…

– Не будем высказывать вслух непроверенные гипотезы. Но ваши доводы весьма убедительны, я вынуждена признать это. И как же вы намерены поступить со своим открытием?

– Давайте я сначала скажу, что уже совершил, а потом наконец задам свои вопросы, о которых мы договорились в начале беседы. Я прекратил попытки уничтожить норга, и это стоило мне расположения Наместника. Особенно если учитывать последствия моего решения. Ваш молодчик просто распоясался, вы не находите? На пару с этим Браги. Ярл, конечно, уникум, сама соль этой локации, но, господа, надо как-то иметь чувство меры, в конце концов. Иначе мне придется принять ответные шаги, и наши благородные регламентированные войны выродятся в партизанщину. Войну плаща, стилета и яда. Хотя… я отвлекся. Свои основные усилия я сосредоточил на поиске его могущественного покровителя, понимая, что именно он – ключ ко всем таинственным изменениям, которые ныне происходят в Мидгарде. И вот, моя дорогая юная фройляйн, я сижу за одним столом с тем, с кем давно уже искал встречи. И этот кто-то даже любезно согласился ответить на несколько моих вопросов. Их не тьма-тьмущая, как вы выразились, а всего три, и они не заставят себя ждать. Кто вы? Что здесь делаете? Какую цель преследуете? – Три вопроса прозвучали, как три удара кинжалом. – Вам небезынтересны мои дальнейшие действия, и здесь, и сейчас, глядя в ваши глубокие зеленые глаза, я говорю – это всецело зависит от того, что я от вас услышу. А теперь, фройляйн, вы, как и намеревались, можете просветить меня.

Широкие двери «Столицы» распахнулись, и в проеме возникли две величественных королевы наги в полном боевом обмундировании. Их мечи были обнажены. С грохотом разлетелись в стороны резные стулья от стола русов.

– Что нужно в приличном месте этим смрадным гадам? – зычно гаркнул кто-то из витязей.

К порогу подскочил управляющий трактира.

– Приносим свои извинения, но сюда не допускаются пресмыкающиеся. Таковы правила заведения, – вежливо, но непреклонно заявил он.

Наги не проронили ни слова. Их немигающие зрачки уставились на Шпеера. Арий сделал одному ему понятный жест, и грозные воины растворились в полумраке вечера за окном.

– Простите, – изображая сконфуженность, Шпеер извинился перед посетителями «Столицы», после чего вернулся за стол к Выкуси.

Девушка понимающе улыбнулась. Арий возвратил ей улыбку и отхлебнул пива из пузатого кубка.

– Уважаемый абвермейстер совершенно прав, я родом не из этой части Мира.

– Да цветут божественные сады Элеадуна пышным цветом. Да умножится роскошь блистательного двора Владычицы Трав.

– О, – сказала Выкуси.

– Угу, – подтвердил Шпеер.

– Здесь я нахожусь инкогнито…

– Как и достопочтенный Бармалей, я полагаю, – уточнил разведчик.

– И он тоже. Наши звания и должности в Элеадуне предлагаю опустить, они нам здесь ни к чему. Что касается остальных вопросов, я вынуждена совершить небольшой историко-географический экскурс для пущей понятности ответов.

– Сделайте такое одолжение.

– Мир представляет собой не разнородную Периферию, и уж тем более Нижний Новгород – не центр ее.

– Печально слышать.

– Ваша ирония неуместна, Людвиг, речь идет о серьезных вещах.

– Простите, дорогая Выкуси, я вновь приношу свои извинения – это моя обычная манера разговора. Просто мы раньше не общались с вами, и вас она раздражает. Постараюсь держаться в официальных рамках.

– Продолжу с вашего позволения. Мир – это совокупность территориальных локаций со своими законами. Например, на месте Сибири – тропический океан с тысячей островов, Киевская локация представляет собой мир сферической формы. Переход из одной локации в другую возможен лишь на таможенно-пограничном посту или при наличии определенного артефакта.

– Который теперь есть у монгольского сообщества не без вашего содействия.

– Откуда такие выводы?

– Хан Камиль с некоторых пор стал равнодушен к сборке Машины Клана, стало быть, у него появилась иная возможность решить свои проблемы. Чем-то же вы смогли купить услуги этого хитрого азиата.

– Несколько натянуто… Я думаю, вы просто проверяете на мне одну из своих гипотез, не собираюсь ни подтверждать, ни опровергать ее.

Шпеер склонил голову, показывая, что принимает такую реакцию собеседницы. Выкуси продолжила свой рассказ:

– Каждая подобная система – это произведение искусства. Маленькая вселенная, полная удивительных открытий. Иное дело – нижегородская локация. Граница отсутствует, законы Мира редуцированы…

– В чем это проявляется?

– У вас все построение Мира направлено на войну. Новорожденные юниты сверхагрессивны. Сама природа устроена просто и безыскусно. Прокачка неофитов идет исключительно по военной направленности. Сведены к нулю творческие и научные навыки – Архитектура, Искусство, Путешествия, Обучение, Геология, Ботаника, Управление Поместьями, Создание новых форм жизни и прочие.

– А для чего они нужны?

– Бедняги. Вы этого даже не знаете и не понимаете. Потому что нижегородская локация является Военным Полигоном для подготовки бойцов, нужных какому-то пока неведомому нам Иерарху. Талантливых, перспективных людей регулярно вербуют и выдергивают из Мира. Я уверена, в каждом клане ежегодно пропадает без вести значительное количество народа. Вы все вместе – не что иное, как дешевый поставщик пушечного мяса.

Шпеер задумался.

– Вообще, игра в солдатики – не самое плохое развлечение, но в целом – прискорбно. Малоприятно чувствовать себя куском мяса или дояркой на ферме. Погодите, а вам-то, иммигрантам, что за печаль до нас, сирых? Почему это вы решили вмешаться?

– Владычица Трав имеет резон полагать, что готовится большое вторжение в Элеадун.

– А такое в принципе возможно?

– Да. И наша задача отследить потенциального агрессора, а сделать это можно только с Полигона, где он рекрутирует себе новобранцев, а также, по возможности, повлиять на общую ситуацию здесь. Законы Мира задуманы таким образом, что раз в четырнадцать лет их можно изменить, если Иерарху вдруг надоест играть в солдатиков, как вы выразились. Грядут решающие сроки.

– Значит, генеральное сражение, я бы даже сказал – побоище, задумано…

– Верно. Старейшины боятся. В клане норгов сейчас есть два человека, способных переписать историю. Одновременно им, Старейшинам, хочется отвлечь всех вас от ненужных занятий и проредить в вашем строю неофитов. Эти гибнут всегда в первую очередь. И еще… я думаю, что не слишком погрешу против истины, если предположу, что многое из сказанного мною вы если и не знали, то как минимум подозревали. И не нужно делать невинные глаза, прошу заранее. Ваш противник у норгов уже в первый месяц своего пребывания здесь начал интересоваться устройством Мира и задавать сложные вопросы. Вы же, имея почти те же навыки и склонности, находитесь в локации более шести лет – и знать ничего не знаете? Простите, не могу поверить. Или готова признать, что я в вас ошибалась. Нет, это вряд ли, в противном случае мы бы не мило беседовали сейчас, а уже несколько недель назад вцепились бы друг другу в глотки.

Шпеер пожевал губу. Его умные глаза были прищурены, но абсолютно непроницаемы. Наконец он произнес то, чего ждала от него Выкуси:

– Русы представляют собой центристский клан, гарант законности в городе. Старейшины опираются на них, можно сказать, проводят через них всю свою политику. Арии, враги норгов, примкнут к русам. У северян, боюсь, даже половины шанса не останется. Я в деле не потому, что сочувствую норгам, а потому, что жажду увидеть, как этим проходимцам в Высоких Башнях кто-то крепко даст по пятой точке. У нас месяц, чтобы предотвратить бойню.

– Не у нас с вами, а у нас без вас, – улыбнулась Выкуси.

Она не ошиблась в начальнике абвера. Шпеер не был ни идиотом, ни садистом. Мир для него скорее являл собой сложную игру, в которой насилие никогда не являлось самоцелью.