Между нами искра - Халс Кэролайн - Страница 56

Она повесила полотенце на крючок.

— Где ты был?

— В пожарной части. — Веко продолжало дергаться. — Потом вывел на прогулку собаку твоих родителей.

— Ты никогда не гулял с собакой.

— Хотел сделать что-то осмысленное. Не бродить же бесцельно.

Несмотря на все переживания по поводу Изабель и мошенничества мужа, которые кипели у нее в груди, эта порочная логика немедленно отвлекла Хелен. Очевидно, Нейтан тоже не понимает, что надо «жить настоящим», «погрузиться в изучение окрестностей и просто наслаждаться моментом», и прочих почерпнутых ею в воскресном приложении премудростей, убеждающих ее, что она сорок лет ходила на прогулку неправильно.

— Но собака относилась ко мне настороженно, — продолжал Нейтан, — и все время оглядывалась на машину. Она меня ненавидит.

Нейтан явно рассчитывал, что жена станет его разубеждать, говорить «что ты, что ты», то есть производить свой обычный шум, хотя он был прав: Голди определенно его не жаловала.

Нейтан развалился на стуле.

— А где дети?

— На празднике у Катрины. — Она взяла свои ключи от автомобиля. — Пойдем еще прогуляемся. На этот раз только ты и я, без собаки.

— Хелен…

— Вставай. — Она потянулась за плащом. — Поговорим на улице.

Она вышла из дома и подождала мужа снаружи.

Хелен остановила машину на туристической парковке в соседнем городе, и они с Нейтаном пошли вокруг рукотворного озера.

Глубоко дыша, как и положено на природе, Хелен пыталась наслаждаться свежим воздухом, зеленью, ароматом листьев и травы. Руки у нее еще дрожали. Это был тяжелый день для спонтанной прогулки.

«Сосредоточься, Хелен», — уговаривала она себя.

Беда в том, что сейчас ей совершенно не хотелось жить настоящим. По крайней мере, таким настоящим.

Она сделала еще одну попытку сфокусироваться на окружающем мире.

«Какая красивая листва, как чудесно меняется цвет от вершины книзу. Природа — это волшебство.

Моя дочь — поджигательница».

Хелен остановилась.

— Это Изабель устроила пожар.

Вот оно.

Нейтан тоже остановился.

— Она не могла этого сделать.

— Говорит, получилось случайно. Она играла с зажигалкой около пакетов с чипсами.

Хелен внимательно рассматривала лицо Нейтана.

Веко дергалось, но в целом муж не выразил удивления. Хотя раньше он каждый раз отмахивался, когда Хелен высказывала свое беспокойство по поводу поведения Изабель. «Она еще ребенок» или «дети есть дети, они всегда экспериментируют» — эти его отговорки заставляли ее думать, что она слишком трясется над дочерью.

«Понятно, — решила Хелен. — Не одна я заметила неладное».

— Ты даже не притворишься удивленным?

«И это я еще слишком мягко сказала». Но муж выглядел таким понурым, и чертово дергающееся веко вызывало жалость к нему, которой он не заслуживал.

— Я не могу взять в толк, Хелен, откуда у нее зажигалка?

Хелен пожала плечами.

— Может, из школы принесла. Или нашла на улице. Мало ли. — Она намеренно избегала смотреть на тот глаз. — Нужно сообщить полиции. — Хелен заставила себя продолжить: — Ей наверняка ничего не будет. Изабель ведь еще ребенок. Она не специально.

Хелен поймала на себе взгляд Нейтана и отвернулась.

Некоторое время они шли молча.

— Скажи что-нибудь, — попросила она.

Нейтан поднял руки вверх.

— Подожди немного, дай мне прийти в себя.

— Надо найти способ избежать неприятностей. Ты можешь что-нибудь предложить?

Муж ничего не ответил и стал смотреть под ноги.

Тогда Хелен продолжила:

— Думаю, Изабель просто хотела развести огонь, подпалив один пакетик. Она не собиралась поджигать магазин. — Хелен отвела с пути низко нависшую над тропинкой ветку. — Значит ли это, что с ней все в порядке?

Нейтан не поднимал головы.

— И она очень сожалеет о своем поступке. Очень.

Это не вызывает никаких сомнений. Хелен видела лицо дочери сегодня утром.

Муж не отвечал, и Хелен больше не могла сдерживаться.

— Я даже испытала облегчение, узнав, что это Изабель: по крайней мере, теперь я знаю, что пожар произошел случайно.

Нейтан сунул руки в карманы.

— В смысле?

— Я думала, ты сам поджег магазин. Намеренно.

Он повернул к ней голову.

— Что за бред?!

— Чтобы скрыть свои махинации. — Хелен старалась говорить ровным тоном: без гнева, без слез — только факты. — Те самые деньги, которые проходят через магазин. Мифические двести чашек капучино, которые каждый день выпивают пожилая дама и ее такса.

Она подождала реакции.

Терпеливо.

Нет уж, дудки, на этот раз Нейтану придется самому заполнить паузу.

— Я знал, что ты заметишь. — Он покачал головой. — Я предупреждал Маргарет: «Хелен — умная женщина и отлично знает свое дело».

Услышав имя матери, Хелен сильнее затянула вокруг шеи шарф и посмотрела на свои руки.

— И вы держали меня в неведении!

— Нет! — поспешно ответил Нейтан. — Это всё Маргарет. Я ничего не знал. Я не сразу заметил подлог, а когда обнаружил, то, представь себе, пришел в ярость.

Хелен поразмыслила. Правдоподобно ли это? И какой можно сделать вывод: все хуже или все лучше, чем она думала?

— Расскажи мне подробно.

— Поначалу я ничего не замечал, только радовался, что благодаря моим нововведениям у нас получается такой хороший товарооборот. — Веко задергалось, Хелен старалась смотреть мужу в другой глаз. — После сокращения в агентстве так приятно было преуспеть в чем-то другом. И меня не смущало, что прибыль вместе с оборотом не увеличивалась, — я считал, что развиваю здоровый бизнес. Но настал момент, когда уже нельзя было игнорировать очевидное, и я догадался: тут что-то нечисто. И оказалось, что все это время Маргарет отмывала через магазин деньги.

Возможно ли в это поверить?

— И что мама сказала, когда ты приступил к ней с расспросами?

— Велела не показывать тебе бухгалтерию, заявила, что дело уже сделано, ничего не попишешь, но я могу менять в магазине что угодно на свое усмотрение. И действительно, я сменил название и рекламные вывески без единой жалобы с ее стороны.

Хелен старалась усвоить услышанное.

— Маргарет пообещала взять всю вину на себя и поручилась, что следов моего участия нигде не будет. Хотя к тому моменту уже и в самом деле ничего нельзя было исправить, даже если бы я попытался. Если только повернуть время вспять или донести на твою мать в полицию, что не показалось мне правильным решением.

Хелен подняла голову к небу, прикидывая, не снится ли ей это. В предыдущие недели она могла отделиться от ситуации и посмотреть на нее со стороны. Теперь она потеряла эту способность. К сожалению, она, Хелен, настоящая, рассудительная, принимала участие в более чем реальном и крайне неприятном разговоре.

— Не в моих интересах, чтобы Маргарет мухлевала в моем новом бизнесе, правильно? — Нейтан приложил подушечки ладоней к глазам. — Я бы никогда такого не допустил, но, увы, теща моего разрешения не спрашивала.

Он отнял от лица руки и уставился дергающимся глазом на Хелен.

— Значит, это мама, — без выражения произнесла Хелен. — Ну конечно.

Все это время ей не хотелось верить, будто Нейтан жулик. Но то, что она узнала…

— Я надеялась, что ошиблась, что ты мне все объяснишь.

— Маргарет постоянно твердила: это всего на несколько месяцев, — добавил Нейтан, — это преступление без жертв.

— Мама любит упрощать понятия ради собственной выгоды.

— Что я должен был делать — настучать на твою мать? — Нейтан покачал головой. — Изабель и Чарли ее обожают. К тому же Маргарет сказала, когда обман обнаружится, если это вообще случится, она уже уйдет. Так прямо и выразилась — «уйдет». И она позаботится о том, чтобы все улики указывали на нее. Как ни удивительно, оказалось, что с такой извращенной логикой очень трудно спорить. Я никогда не слышал, чтобы человек так по-деловому подходил к своей смерти.

Хелен ничего не ответила.