Клиника расходных пациентов - Коле Ольга - Страница 5

– И кем я стану? Тарологом? Фитнес-тренером? Ой, нет! Придумала: консультантом по финансовому благополучию. Буду учить людей денежному мышлению.

– Ага! А заодно осознанным тета-практиком и ведическим гастроэнтерологом-регрессологом! Нет, ну серьезно. Найди что-нибудь! Это всяко лучше, чем спать с каким-то толстым лысым придурком без любви.

– Думаешь, я только на такого могу рассчитывать?

– Нет! Нет-нет-нет. Я не это хотела сказать. Прости, пожалуйста.

– Если ты остановишься, прощу.

– Молчу-молчу. Все. – И вдогонку, скороговоркой добавила: – Но просто ты мыслишь так, будто застряла в прошлом веке. Женщина многого может добиться сама.

– Ты знаешь, сколько я буду зарабатывать на «феррари»? Лет сто. Стану угрюмой тяжеловесной теткой. Серьезной и несексуальной, с вечным пучком на голове. У меня будет постоянная мигрень, я буду уставать как лошадь, и у меня годами не будет секса. Начнет дергаться глаз, и я стану чудовищем с огромными синяками под глазами. И все ради чего? Чтобы самой себе купить «феррари»? Да я тебя умоляю! Лучше месяц потратить на то, чтобы найти подходящего мужа и получить его на первый же день рождения.

– Ничто не мешает тебе и замуж выйти, и заняться чем-то. Красота – скоропортящийся продукт.

Глава 8

– Ну что там? Есть информация?

Николя звонил судмедэксперту по пути в жандармерию.

– Да! Нашу жертву звали Жизель Кюри. Ее убили. Притом, ее – специально, а вторую, видимо, случайно. Непосредственно на поверхность ванной был предварительно нанесен яд, притом такая значительная доза, что простое принятие душа привело бы к летальному исходу. Даже через стопы произошло бы всасывание, и максимум через десять минут жертва бы умерла. А учитывая, что она в нее легла, поверхность соприкосновения было просто огромной: и живот, и спина, и подмышечные впадины. Так что смерть наступила буквально за пару минут.

– А вторая?

– Вторая женщина успела вызвать «Скорую», героически пыталась ее спасти и видимо из-за большого веса первой жертвы не смогла даже вытащить ее из ванны. Но пока возилась, пробыла в воде слишком долго.

– Да уж. Очень изобретательный способ. А что за яд?

Судмедэксперт кашлянул.

– Э-э-э… откровенно говоря, неясно.

– Неясно?

– Да, мне нужно больше времени. Очень похоже на батрахотоксин8, но… синтетический. Честно говоря, я такого давно не видел.

– Наш убийца убил две жертвы искусственно созданным нейротоксином?

– Ну… пока получается так, да.

– Какой-то химик? Кто может обладать такими компетенциями?

– Химик, биолог. Какой-то шустрый малый с глубокими познаниями в физиологии центральной нервной системы.

– Насколько глубокими?

– Выдающимися.

Николя Фонтен был в дурном настроении. Убийца, создающий новые яды и применяющий их таким нетривиальным способом, – это плохое начало. На его памяти были отравления еды, напитков, даже глазных капель жены, но намазать ванну чем-то токсичным – это говорит о хитром и, возможно, безумном противнике.

Он уже подъезжал к участку, когда увидел огромный, во весь рост, рекламный плакат на автобусной остановке. XVII конференция психического здоровья.

«Прекрасно! Одного психа нам мало, будет целый слет», – в том, что половина мозгоправов имеют свой собственный диагноз, Николя не сомневался.

– Люк, рассказывай все, что удалось узнать, и, пожалуйста, начни с хороших новостей.

– Наша первая жертва, как вы и думали, страдала болезнью Альцгеймера. Она уже приезжала в клинику на целые недели, но все же иногда возвращалась домой. Хотела как можно дольше прожить в родных стенах. Но, к сожалению, болезнь быстро прогрессировала, и уже скоро ее следовало поместить в клинику на постоянной основе для более тщательного ухода. Детей у нее нет, замужем не была.

– Что говорит нотариус?

– Это очень интересно. По завещанию ее дом и все ее имущество должно отойти в фонд борьбы с болезнью Альцгеймера. Она написала завещание сразу же, как узнала о своем диагнозе. Головной офис фонда находится в Париже.

– А здесь у них есть отделение?

– Нет, капитан. Только там. Огромная клиника, при ней фонд. Как мне сообщили, для них это обычная практика. Так поступают многие пациенты.

– Так, ладно. Что говорят соседи? Были враги? Или, может, внебрачные дети? Может, обидела чью-то собачку?

– Ничего такого, капитан. Ни соседи в доме, ни персонал в клинике ничего интересного не сообщили. Достойная милая старушка.

– А вторая что?

– Здесь все еще хуже. Это ее сиделка, эмигрантка из Польши. Приехала в страну шесть недель назад. Она еще даже не оформила разрешение на работу. Видимо, очень нуждалась в деньгах.

– А в секретере что-то нашли?

– Не можем найти тайник, капитан. Он очень старый, мы его весь рассмотрели, но как будто бы ничего нет. Я сегодня отвезу его в Марсель, там есть антикварная лавка, если там есть тайник, его найдут.

Глава 9

Человек в инвалидном кресле проехал по узкому длинному коридору, предлагая следовать за ним. Выглядел он нездоровым и сильно травмированным. Серый цвет лица, красные глаза, проглядывающие через толстенные стекла очков, и уродливые шрамы от ожогов вызывали желание отвести взгляд. Седые волосы и такая же седая бородка неухоженными клоками торчали в разные стороны. Мрачноватый эффект добавляли кислородная маска, надетая на лицо, и баллон, прикрепленный к креслу. А также другие трубки, уходящие куда-то к телу человека и спрятанные под безразмерный огромный свитер. Судя по запаху, возможно, одна из этих трубок была калоприемником.

– Немного неприятно, да? Что поделать. Такова жизнь. Авария, горящая машина и вот. Все, что от меня осталось, – металлический искусственный голос говорил о том, что связки человека также очень пострадали при пожаре, – но мой мозг не пострадал, и это главное.

Гости слушали, но никто ничего не ответил.

– Пока расскажу вам небольшие технические моменты. Чтобы исключить соблазн убить меня, знайте, что вы уже прошли на ту территорию, выйти с которой сможете только с моей помощью. Бесполезно пытаться получить свой заказ, а потом убивать меня. Двери закрыты, и открыть их смогу лишь я. Чтобы выйти из этого дома, понадобится преодолеть примерно шесть ловушек. Лучше даже не пытайтесь. Кроме того, мои заказчики привыкли получать свои заказы регулярно. А альтернатив, как вы понимаете, у них нет. Невозможность получения заказов многих разозлит, так что вы перейдете дорогу многим сильным и жестоким мира сего.

Люди остановились, но никто снова ничего не сказал.

– Пойдемте, пойдемте, – позвал их металлический голос, – Не бойтесь, это обязательные меры безопасности. Но если это вас не убедило, то… как вы можете видеть, я в маске. А вы нет. Одно нажатие на флакон распылит здесь вещество, которое убьет вас мгновенно. Так что, пожалуйста, ведите себя культурно, как и полагается деловым людям.

– Месье, уверяю вас, мы наслышаны о ваших возможностях и будем рады стать вашими постоянными клиентами. Это большая честь для нас, наконец, – попасть на вашу презентацию.

– Ну и замечательно! Тогда давайте поспешим, некоторые эксперименты привязаны точно ко времени.

Они прошли вперед и остановились перед стеклянной дверью, за которой находилась обычная на вид комната. Но то, что происходило в ней, не было обычным зрелищем. Молодой мужчина, одетый в католический подрясник, совокуплялся с грязной нищенкой. Волосы у нее были спутанные и сальные, одежда еще более грязная, и, видимо, вонючая, а на ногах и бедрах виднелись гнойнички от незаживающих ран.

– Объект номер один, пожалуйста, вашему вниманию. Старуха, как вы видите, неизлечимо больна, и ее тело без медицинской помощи начинает подгнивать. Ей осталось несколько дней. Запах разлагающейся плоти настолько безобразен, что вам придется поверить мне на слово. Однако нашего молодого человека – кстати говоря, настоящего монаха – это совершенно не волнует.