Анархопокалипсис (СИ) - Штерн А. - Страница 56

— Ты никогда не думала, что это хорошо спланированная акция? — поморщилась гончая, догадываясь, что вовсе не просто так Аргинал сплел воедино именно эти «нетленные страницы».

— Думала, и всё же, если вернуть им прежнюю форму — уверена, это будет прекрасная наука о жизни! — улыбнулась послушница. — В конце концов, их написали наши великие предки!

— И как можно называть «великими» тех, кто бездумно жег книги, и прочие источники знаний в угоду своим предрассудкам? — нахмурилась Харенс, сжимая в кулак намотанный на руку ремень Флегия. — Тоже мне, большие умы. На хрен такое возрождение?

— Не знаю, однако, несмотря ни на что, среди всех упасенных книг уцелели только эти страницы! Разве это не чудо?

— Чудо? — усмехнулась наёмница. — Сомневаюсь. Это такой же бред, как и история человечества. С чего ты взяла, что всё было именно так? Ты там была? Видела всё это?

— Нет.

— Ну вот и всё, — мрачно отрезала Харенс. — Я уверена, что бы там ни сгорело на самом деле, церковники просто выставили это в виде божественного вмешательства, чтобы получить одобрение от ослабевшего и обездоленного народа. Впрочем, с предками делали то же самое. Правда, у них хотя бы Библию с Кораном не смешивали, или, что там ещё Аргин к новому «верованию» приплел?

— «Отец нас всемогущий наделил человека своим знанием, и были написаны письмена священные, путь указывая и грехи людские браня! И настал день, когда великая воля Господня не дала истлеть в пламени греховном истинным словам и наставлениям его, по всему миру разбросанным и воедино скрепленным! Что, как не замысел свыше, сберег страницы книг, что в огне не горели?! Возрадуйтесь же великому чуду и проследуйте по пути искупления!» — процитировала Вуншкинд слова отца Аргинала Первого. Тот выступил с этой речью много лет назад, когда Церковь только восходила на смежный престол угасающей Славии, в отличие от Пшецких собратьев, где вся религия была подмята военной диктатурой и буквально исчезла, сменившись не менее жестокими постулатами Рейха.

Вера в чудо сотворила ужасное с теми, кто под влиянием страха и ослепляющим светом чуда шёл за своими поводырями по дороге в ад. Во времена массового сожжения книг экземпляры священных писаний самых разных народов были буквально собраны по листочкам, а из уцелевших страниц воссоздали «Истинную волю Господню», несоблюдение которой каралось самыми изощренными показательными казнями жителей Западных территорий, вне зависимости от тяжести нарушения. По крайней мере, так гласила красивая сказка Церковников.

— Офигеть, — угрюмо буркнула Крис. — Ты прямо как губка. Я будто на огонёк к очередному ведуну попала.

— Ну, разве плохо, если я буду рассказывать тебе всякое на ходу? — улыбнулась Вуншкинд, на миг обернувшись. — Из тебя и так слова клешнями тянуть приходится! Дай я хоть сама себя развлеку, пока едем. А то усну от скуки и угроблю нас ненароком!

— Вредный маленький манипулятор! — фыркнула Харенс. — Да делай что хочешь. Как будто у меня есть выбор.

— Вот так? Ну, знаешь! Я немногим младше тебя, и ростом повыше буду! — мило отозвалась Алессия, направляясь в сторону восточных границ, где на дорогах маячили дозорные Рейха.

— Ах ты! — тут же вспыхнула Крис, хватая девчонку за щеки и дергая в разные стороны.

— А-а-а-й, прекрати! — запищала послушница. — Ну перестань, я же нас так точно свалю!

— Не будешь докапываться?!

— Не буду, не дубу, только отфпусти, а-а-ай!

— Ладно, — буркнула Крис, отстраняясь и складывая руки на груди. — Давай уже, рассказывай свои истории! Всё равно это лучше, чем отвечать на твои дурацкие вопросы.

— Славно! На чём я остановилась? Ах да! Вот ты знаешь, что Церковь забирает совсем маленьких?

— Типа того.

— Так вот! Обычно отбирают детишек от трех до пяти годиков, а в монахини только после «Церемонии Посвящения» посвящают! — Кристин помрачнела и стиснула зубы, — Сначала мы учим и постигаем Беспрекословные догматы, а потом нам отпускают грехи и, если выдержим весь путь «очищения» — отпускают в странствия, нести свою миссию.

— Ты повторяешься. — поправила Харенс. — Если жестокие пытки и отвратные условия жизни, это, как ты говоришь, очищение от греха, то я предпочту компанию грешников, уж извини за подробности.

— Да ничего, — монашка угрюмо потерла плечом защипанную щеку. — Зато, у меня был доступ к обширной библиотеке Храма! Правда, пропускали туда только под надзором старших «братьев» и «сестер», чтоб мы не начитали лишнего, зато были лазейки.

— Лазейки? — воскликнула Крис и тут же поперхнулась собственной мокротой, зайдясь сильным кашлем.

— А я вот не курю и не кашляю!

— Да, кхем, при чём тут это? Лучше скажи… — она хорошенько задумалась. — Ты имеешь ввиду какие-то потайные ходы?

— Нет, конечно же нет! — спохватилась Вуншкинд. — Просто иногда нужно молвить словечко!

— Понятно. — угрюмо протянула Кристин. — Ты знаешь, каким образом эта самая библиотека образовалась? — она сделала небольшую паузу, стараясь хорошенько подобрать слова, дабы не спугнуть послушницу и выведать у неё что-то действительное важное. — Насколько я знаю, веруны Аргина командуют только в Славии, только вот непонятно, откуда он взял столько знаний, что даже Масленок Первый сломался, когда запасные склады и архивы сожгли бунтари.

— Не знаю, насчет торгового союза, но вот по поводу Славии, — Алессия замкнулась и шепотом продолжила, — тут все не так сложно. Страна так-то небольшая, да и зверства до нас не сразу дошли. Пока в Руссии и на Окраине безумства творились, Первый Отец словно учуял неладное, вот и дал наводку знания сохранять, да побольше. А потом выжидал, до тех пор, пока Рейх не подавит восстаний. Всё-таки, Окраину почти всю затопило, а тут и земли плодородные, и всё такое. Правда, ходили слухи, что он из Пшечки сбежал, когда понял, что там церковникам будут не рады, но этого я точно не знаю.

— Понятно, — хмыкнула Харенс, отмечая странности армейцев, которые так и не договорились с соседями из той же Пшечки, сколько бы не пытались выклянчить знания у самого крупного филиала в Союзе. — Хорошо, что с венхами[3] у них не срослось. Молодцы «соседи», ничего не скажешь. Забаррикадировали границы Венхии, выставили армию, и уже целый век всю эту братию мудаков к границам не подпускают. Ещё и южную границу захапали, когда Масленок пытался в Венху полезть.

— Ой, а ты тоже любишь умничать? — без доли издевки подметила Лессия. — Откуда ж такие познания? Так-то, даже я об этом не знаю!

— Сибиряков видала? Эти тебе за Царя Гороха расскажут, только повод им дай.

— Какого гороха?

— Да не важно, — Кристин пожала плечами и потянулась, уверенно держась ногами за спину Карин. — Сама не знаю, у них нахваталась. Ух, ну ты и заноза! У меня бы уже язык отсох, если бы я так же много пиз… болтала!

— Зато, мы уже полпути скоротали! — радостно воскликнула девушка. — Может отдохнем немного? Там впереди такая красивая полянка!

— Делай, что считаешь нужным, — холодно ответила Крис в надежде избавится от длинных речей хотя бы на время. Казалось, они ехали вечность!

Привязав фыркающую кобылу, путницы наскоро устроили небольшой перекус. Достав припасы, они расселись поодаль друг от друга и принялись обедать собранными на скорую руку пайками, которые Ольга настырно впихнула Кристин, не успели они отъехать от жилища охотников.

— Кстати! — вдруг опомнилась Лесса, медленно пережевывая тушенку. — Спасибо, что позаботилась обо мне тогда, — она улыбнулась, бросая взгляд на стираную простынь.

Харенс от этого заявления чуть не подавилась галетой и, запивая водой, недовольно цыкнула:

— Да я о себе забочусь. Прикинь, если ты подхватишь простуду? У нас и так смертность от болячек повышена! Если ты меня заразишь — тут сразу два трупа будет! А я лучше заранее себе пулю в лоб пущу, чем… в общем, не важно, — она нервно сглотнула от одной мысли о смертоносном ущелье проказы и огляделась по сторонам.

— Болеют не от холода, а от пониженного иммунитета, дурашка! — довольно рассмеялась послушница. — Ну, значит, мне повезло, что набрела на такую скрупулезную дамочку, как ты! Иначе — кто знает?