Анархопокалипсис (СИ) - Штерн А. - Страница 146

Прием пищи проходил на открытом воздухе, а роящиеся у хорошо обустроенного костра повара явно готовились к грядущему завтраку, сползаясь к назначенному месту с припасами. Несмотря на раннее утро, рабочие уже давно были на ногах, носясь с инструментом, какими-то ящиками и странными свертками строительного полиэтилена. Даже удивительно, что группировки работали настолько слаженно, учитывая их тридцати летнюю вражду и войны за территорию!

Необходимой «свиты» для встречи конвоя на месте не оказалось. Ворчливый патрульный устало покосился на местных старожил, укромно сидящих на пригорке и беззаботно перекидывающихся в карты.

— Чего не на варте? — отозвался сидящий на крупном бревне бородатый мужчина. — Ты чо, шлёндру у лесе подцепил? Да ты… — после охранник начал говорить на очень грубом суржике, в смеси Польского и Словацкого, из-за чего разобрать дальнейший диалог гончая не смогла.

— Ещьли б! Бирму́нд от руц отбился, он теперь вот чегой на патрол отсылаеть! Где есть Фил?

— Нема их! — буркнул второй охранник, не отрываясь своих карт.

— Скоро таке вешчи, нех шурует до к Яныка! Передамо, як вратиться! — ухмыльнулся третий, рассматривая проигрышную комбинацию в руках.

— Вразумев, — провожатый повернулся к Кристин, переводя последнюю фразу на понятный язык и недовольно ткнул пальцем в небольшую двухэтажную лачугу:

— Видишь? Перебейся покаместь там! Видно, Ошкев сейчас занят.

— Как тут относятся к чужакам? — сухо поинтересовалась Кристин, внимательно глядя по сторонам. Написанное на повестке Хэма могло не совсем соответствовать действительности.

— Да похрен! — сплюнул мужчина. — Пропустили — проходите! Всё по старинке.

— Понятно, — кивнула Кристин и направилась к указанному месту.

— А «здзенькую» дэ? — возмутился престарелый бродяга, глядя вслед удаляющаяся «мамзели».

— Что? — в пол-оборота поинтересовалась наёмница. — Пусть это говорят те, чью работу ты так услужливо выполнил.

Местной приёмной оказался худо-бедно обустроенный кабак. Видимо, в отсутствие лишней провизии, местные не упускали возможности заработать даже на случайных встречных. Или просто глушили здешнюю самогонку, на которой держалось альтернативное электроснабжение, используемое мятежниками в преддверии анархопокалипсиса.

«По моим сводкам, тебя встретят ещё на границе!» — Харенс угрюмо прокрутила в голове слова Чарльза, усаживаясь за подержаную барную стойку и глядя по сторонам. Несмотря на довольно убогий видок, даже здесь умудрились сколотить какую-никакую забегаловку.

— Фига! — обратился к ней местный трактирщик, — У тебя там что, базука? — удивился тот, почесывая завивающиеся бакенбарды и указывая пальцем на диковинный кокон за спиной у наёмницы.

— Возможно, — сухо ответила Крис, остановив взгляд на уцелевшем пианино в углу по левую сторону. — К чему здесь эта наливайка?

— А чего бы и нет? — покосился полноватый чернокожий мужчина с проступившей сединой и небольшим хвостом на затылке. — По незнакомцам мы уже не палим давно! Пить будешь, или чего там?

— Тебя вообще ничего сейчас не волнует? — наёмница приподняла одну бровь и перевела взгляд на собеседника. В какой-то момент ей показалось, что однажды она уже видела образ подобного ему человека, когда ей в руки попался отрывок из каких-то доанархических импортных журналов. Всё-таки увидеть здесь "инокровца «[1] было весьма непривычно, и гончая невольно уставилась на того, как на экземпляр в музее. В конце концов, такие, как он, едва ли не вымерли, в силу «стараний» Маслянникова. Большинство его уцелевших сородичей или держались особняком от бродяг, собирая свои общины, или попадали в рабство к таким, как таможенники и прочие а-ля предприниматели постанархических земель.

— А что должно? — ухмыльнулся трактирщик. — Если ты уже здесь и ещё не буянишь, то вопросов у меня быть не должно. — устало пробубнил тот и ехидно добавил. — Что, никогда «нигереев» не видала?

— Не мни себя каким-то особенным! — уныло буркнула гостья, оглядывая немногочисленный ассортимент у него за спиной. — И много у вас посетителей? — без особого интереса поинтересовалась она, поджигая папиросу и внимательно глядя на реакцию собеседника.

— Главное, что имеются, — протянул поседевший мужчина. Зевнув в кулак, он принялся увлеченно записывать что-то в блокнот. — Закупщики привыкли к этому их «лоску», им вечно уют подавай! Чего ж не нажиться на гавриках, когда самим оно не надо, а им — в самый раз?

— Понятно. Что это за странный звук?

— Котельная прямо под тобой выкопана. Думаешь, зачем тут стоко угля повсюду?

— Ясно. Наверное, не очень-то прибыльно держать бар в таких дебрях?

— Что за допрос самого утра? — проворчал бармен, почесывая вьющуюся короткую бородку и потирая сутулую спину.

— А у тебя есть дела поважнее? — угрюмо буркнула Крис, затягиваясь сигаретой и недовольно добавила: — Да что ты за бармен такой?

— А какой быть должен? Моё дело разливать пойло, а не народ развлекать! Такая рань, а уже «да здравствуйте»? Лучше бы взяла чего, мелкая, я тебе не дурак-информатор, так и знай.

— Не бери в голову, — девушка умиротворенно прикрыла глаза и надменно подметила: — И зачем такие усилия, ради какого-то там «уюта»? У вас что, так много ресурсов?

— Уж дров и сбыта хватает с лихвой! — довольно усмехнулся бармен. — Союз с лесорубами открыл ещё больше возможностей для нашего запасливого батьки. Спиртовку даже с опилок гнать можно, а с нынешними поставками дров с этим проблем нет вообще.

— Четыре года назад, значит? Долго же я в коме была, — уныло проворчала Кристин и перевела взгляд на стоящие на полках бутылки. Их было так много, что она могла разглядеть собственный силуэт за гладью цветного стекла. — Что это?

— Таможенный разлив. Настойки, вина усякие, — он снова зевнул и постучал по крупной бутыли позади себя. — Что собрали, то и перегнали. На зиму в ход сушка годится, оно-то сейчас погода «спотыкнулась»! Не пойми, будет урожай чи нет!

— Я думала, у вас импорт, а тут…

— А откуда, по-твоему, бродяги с Холма крутую алкашку берут? Ще й "зарубежку «[2] им, мать, подавай! — трактирщик недовольно скривился. — Было б ради чего сталкерам напрягаться, зато доход. А тут, а шо тут? Буду я по блату лить кому попало.

— Ненормальные скауты, которые шарятся по руинам в поисках антиквариата? Хорошо вы устроились, я посмотрю, — она затянулась и недовольно хмыкнула. — Какой-то ты слишком честный.

— Толку сказки сочинять? Я проблем не ищу.

— Ясно, — заключила гостья, делая очередную затяжку и отмечая особую говорливость местного бармена, когда речь заходит о бизнесе. — Валюта?

— Любые боеприпасы, или оружие. Бумажки нам здесь ни к чему! И вообще, ты-то что тут забыла?

— По делу, от Холма, — прямо ответила гончая, успевшая заскучать от менталитета трактирщика.

— Так шо, заварганить тебе всё-таки чего?

— Пока ничего.

— Хоу, Барни! — в помещение громко вывалился крупный мужчина в плетеной клетчатой шапке и рваной коричневой куртке.

— Ян я! — недовольно фыркнул бармен, попутно доставая стаканы.

— А это ещё что? — он довольно усмехнулся, оценивая рыжеволосую гостью пристальным взглядом и нависая над ней:

— Девушка, я мог бы угостить тебя! Что скажешь?

Кристин лишь иронично ухмыльнулась, на миг задержав взгляд на ворвавшимся увальне, и молча поднялась, удалившись в глубь пустующего зала.

— Ну вот опять… — тот с наигранной печалью улыбнулся бармену и развел руками. — Как обычно!

Усевшись подальше от нежелательного собеседника, наёмница принялась с интересом рассматривать крошечную, обустроенную под кабак лачугу. Постепенно начал подтягиваться персонал в виде уборщицы и пары молодых ребят, которые наспех прошмыгнули за барную стойку, исчезая за дверью кухонной пристройки. Несколько рабочих присоединились к разгоревшейся у стойки беседе, а спустившийся со второго этажа невысокий мужчина в ушанке — неспешно встал за своеобразный карточный стол, зазывая пришедших со смены охранников отдохнуть и спустить немного патронов. Но вовсе не старая рулетка была достойна звания местной достопримечательности, в отличие от одной весьма занятной парочки!