"Фантастика 2023-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Алферов Всеволод - Страница 1448

Она угасала медленно и мучительно — так угасает блеклая луна на посветлевшем небе. Так гаснет пурпурное зарево заката, пока его не поглотит ночь. Так долго и так мучительно… порой Хираму казалось, будто она идет на поправку. Впрочем, он не обманывался. Девушка умирала. И, будь он хоть трижды учеником чародея, он ничего не мог поделать.

В медных жаровнях по сторонам постели курились благовония. Тяжелый терпкий запах пропитал ковры, расшитые подушки, клубами сгустился под потолком. Юноше казалось, что шарлатан-лекарь отпугивает не духов, а его, Хирама — чтобы господин маг пореже спрашивал о результатах. Хотя какие результаты? Иные жертвы черепной мухи не выживали и пары дней.

Хирам присел на край постели.

— Кассима? — негромко позвал он. — Кассима…

Неужели не успел? Ночная скачка, взятка стражникам у городских ворот, двое бессонных суток — неужто все напрасно, и соколы забрали ее в палаты Солнечного Владыки?

— Касс… — начал юноша, когда бледные веки дрогнули.

Так странно и так больно было видеть угольно-черные волосы без вплетенных цветных нитей: потускневшими, как потертый шелк. Так непривычны слезящиеся, не подведенные сурьмой глаза. Хирам вздрогнул. Отвел взгляд. Пересилил себя и вновь взглянул на девушку.

— A я ждала тебя… — слабая улыбка коснулась ее губ. — Хотела сказать, что мне лучше.

— Это хорошо, — среди атласных покрывал юноша отыскал руку и бережно пожал. — Лекарь говорит… — он замялся, не желая лгать, — да, говорит, что лихорадка ушла! Осталось немного потерпеть, и все.

— Ты обещал взять меня домой, в Гиллу Тхан, — тихо проговорила девушка.

Хирам молча кивнул. Разлепил пересохшие губы.

— Террасы там из белого камня и спускаются к самой воде, — начал он. — А по утрам солнце освещает город с моря, и кажется… кажется, будто купола светятся. И еще, на Новый Год… крестьяне везут в город первые цветы. Все улицы увешаны разноцветными гирляндами. Я обязательно покажу!

— Обещаешь? — вновь улыбнулась Кассима.

— Обещаю!

Он покрепче сжал ее ладонь.

— Через две луны моя учеба кончится, — он говорил мягко, точно рассказывая ребенку сказку. Кассима закрыла глаза и, казалось, снова засыпала. — Мы возьмем носилки и дюжину чернокожих слуг, и будем останавливаться у каждой почтовой станции. И все начнут гадать: что за прекрасная госпожа едет с таким эскортом? А молодые вельможи будут твердить, что они лучше какого-то мага…

— Это будет весело, — сонно вздохнула она. Маковое молоко, которым напоил ее лекарь, начало действовать. Голос Кассимы стал вялым и едва слышным. — Только ты почему-то не смеешься…

— Ну что ты! — юноша рассмеялся.

А спустя ползвона она погрузилась в сон и больше не просыпалась.

Огонек масляной лампы дрогнул, точно подмигивая сообщнику. Маг поежился и негромко притворил дверь. Он знал, что в имении никого нет. Он сам спровадил на ночь слуг и обошел каждую калитку, каждую дверь в особняке. И все же боязливо ежился, точно мальчишка, украдкой пробравшийся в кладовую.

Смешно…

Как будто достойный Хирам, глава обители и маг-защитник — куда-то делся. Как будто на смену пришел несмелый юнец, впервые потерявший голову от кокетливого взгляда… А, впрочем, почему «как будто»? Достойный Хирам — уважаемый маг и наставник. А тот, кто проглядывает сквозь его черты — и есть мальчишка.

Маг прошагал к окну и нарочито громко распахнул ставни. В небо над крышами Гиллу Тхан выкатилась крутобокая луна. Ночные птицы в саду выводили рулады.

Он долго готовился к этой ночи. Ждал, пока красная звезда И-Эр взойдет в созвездии Скипетра, что, как известно, сулит удачу магам. Следил за полетом священных птиц. Он ждал… А бледные лица на храмовых фресках смотрели на него с немым укором.

«Ну вот еще! — в раздражении подумал маг. — Сначала ты боялся слуг, а теперь что же — начнешь пугаться фресок?» Соленый ветер из гаваней прошелся по верхушкам крон, даже сад — и тот перешептывался, смеялся над хозяином.

По правде, ему было чего опасаться. Солнечный Владыка и Шакал Пустыни, Великая Мать и Небесный Писарь — все проклинали заклинателей смерти. Даже наставник чародея, человек старый и потому осторожный — не стеснялся в выражениях. «Извратители сути, вот они кто… — говорил он ученику, — извратители сути и могильные черви, если сможешь — держись от них подальше».

Хирам фыркнул, вспомнив надтреснутый голос учителя. Нет уж, прости наставник — но этот совет ушел впустую. Потому что вся наука не стоит того, чем поделился узкоглазый купец из Закатных царств. Потому что он, Хирам, дал обещание. И твердо намерен его исполнить.

А ночь все посмеивалась: шепотом ветвей, шелестом ветра, далеким скрипом галер в порту…

Знаки и символы давно начертаны — маг нанес их заранее, чтобы в последний миг было некуда отступать. Белый круг, перечеркнутый крест-накрест. Осторожно ступая меж линиями, Хирам встал в центр и закрыл глаза. Позволил куполу силы сомкнуться, приглушить звуки.

Три капли миррового масла: одна на лоб и две — на ладони. Они прояснят мысли и подготовят его к испытанию. Из памяти выплыли широкая постель и терпкий травяной запах. Обещаешь?..

Хирам опустился на колени.

Сперва он повернулся лицом к югу и коснулся лбом пола.

— Гралкат, владыка солнечных песков и илистых озер, повелитель царства Ростау, — негромко заговорил маг. — Снизойди до раба твоего, защити и спаси в моем походе…

И на конце одной из линий — забилась, запульсировала энергия. Пальцы чародея онемели и перестали чувствовать холод каменных плит.

Затем он обратился в сторону великого океана.

— Аамлат, повелитель бурь и полководец ливней, господин царства вод Ману. Внемли слуге, даруй мне мощь и силу!

По жилам побежало игристое вино, на вздох-другой мысли затуманились и вновь прояснились. Теперь север…

— Шалвет, отец ветров и всех семи небесных сводов, повелитель царства Амент… Услышь слугу, одари своей милостью в эту ночь!

Холодный воздух коснулся разгоряченного лба мага. Последняя, четвертая линия.

— Незерат, владыка яростного пламени и всепожирающий, минуй меня этой ночью.

На сей раз Хирам не чувствовал ничего. Разве только мерное, как стук сердца, биение по ту сторону заслона. Сила струилась по спирали к центру круга, пронизывала рисунок по меловым линиям.

Маг никогда не думал, что первая же, самая простая часть замысла окажется такой сложной. Не просто произнести слова — а открыть врата: в себе, внутри, и по капле цедить оттуда чары. И если это первый шаг — чем же тогда обернется следующий?

Отступать было поздно. Он воззвал к Царствам и произнес имена. Неверное движение, и дрожащая за кругом мощь разорвет его в клочья.

Медленно, стараясь не повредить рисунок, Хирам вытянулся на полу. Повозился, принимая удобную позу. Уставился на огонек светильника. Словно чувствуя разлитую в воздухе силу, тот дрожал и приплясывал на кончике фитиля. Хираму казалось, комната наполнилась запахом благовоний. Обещаешь?.. Он хотел ответить, но уже скользил в транс, и слова застревали в горле. Мир уплывал от него, только огонек в конце длинного темного туннеля все танцевал, танцевал, танцевал…

«Изнанка видится тебе такой, какой ты хочешь ее увидеть», — говорил наставник, и Хирам, тогда почти ребенок, вслушивался в каждое слово. Можно ли было слушать иначе? Духи. Изнанка. Через эти слова пролегает рубеж меж магами и простыми смертными.

С тех пор Хирам успел стать чародеем, обзавелся собственными учениками и побывал здесь дюжину раз — но каждый поход оставлял его в недоумении: «Неужели я хочу видеть это?»

Вокруг простерлась Гиллу Тхан — словно полотнища из газовой ткани. Город призраков. Купола храмов и крыши бань, арки дворца и базарные навесы колыхались на невидимом ветру. Луна стала бледнее и… тоньше. Точно затершийся медяк.