"Фантастика 2023-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Алферов Всеволод - Страница 1283

– О, вы вместе странствуете по Царству! Где вы были? Он так мало рассказывает! Все «дела хозяина»… – она передразнила скрипучий голос солдата, – а ведь нам не увидеть ни земель, ни городов, где он бывает!

Девушка выступила из тени, щурясь от яркого полуденного света. Джен не смог определить ее возраст. Очень молода, без сомнения. Несмотря на загар, лицо осталось безупречным, как фарфоровая ваза, но держалась она с уверенностью взрослой. Наверное, и неудивительно для служанки. Парень отметил, что ее ногти коротко подстрижены, как для работы.

– Боюсь, мне нечего тебе сказать.

– Но я ведь ничего такого не спрашиваю! Только где вам доводилось бывать.

«Да уж, меня тут же оставили в покое!» – подумал Джен, однако вслух мягко повторил:

– Мне нечего рассказать. Это и вправду хозяйские дела, нам не следует их обсуждать.

Служанка поджала губы, на ее щеках появились ямочки, так не вязавшиеся с сердитым взглядом.

– Так я и думала! Интересно, как бы ты сам запел, если б годами сидел на одном месте, как мы все?

Джен сидел на одном месте восемнадцать лет и подумывал, как сообщить об этом девушке, но его вовремя прервал воин:

– Мир вашему дому, госпожа! Не замучили парня-то?

– Его замучаешь! – Она фыркнула. Впрочем, уже им вслед, потому что солдат быстро уволок Джена в просвет между кустами роз.

– Госпожа?

– Нали́ска, дочь достойного. Хорошая девушка, но бойкая и своевольная. Хозяин с ней намаялся.

– Я думал, что она служанка, – выдавил Джен, однако воин вовсе не пришел в ужас, а хохотнул:

– Ну, ты не первый, с кем она проделала этот трюк. Не о том думаешь, парень! Сейчас тебе говорить с господином.

Они свернули в третий или четвертый раз, и Джен вдруг понял, что посреди дворика разбит лабиринт цветочных изгородей, он же поглощал и звуки разговоров. Умно и под стать «делам хозяина», что здесь творились. Юноша мигом собрался.

– Что мне говорить?

– Да ничего особого. Отвечай на вопросы, говори правду, и так же подробно, как рассказал мне.

Как будто это просто! Но для споров не осталось времени: они вышли в центр лабиринта. Здесь было небольшое возвышение из красного дерева, а на нем – груда подушек и низкий столик. Хозяин отложил бумагу, которую просматривал.

– Мир вашему дому, господин!

Джен склонился в поклоне. Он надеялся, что все сделал правильно: прежде он никогда не говорил с достойным, если не считать Зеваха. Но тот опыт ему вряд ли пригодится.

– И твоему, юноша. И твоему… Хотя, если верить нашему другу, с тобой это пожелание звучит жестоко.

– Боюсь, что так, господин, – не лучший ответ, но другого у Джена не нашлось.

Достойный Йесод был мужчиной в самом расцвете, с массивным волевым лицом. Он начинал полнеть – пока не очень заметно под умело пошитым кафтаном. И конечно, фамильное сходство с дочерью бросалось в глаза.

Джен выругал себя за недогадливость и неловкий язык.

– Декхул уже рассказал твою историю. Должен сказать, он впечатлил даже меня, – вельможа провел рукой по выкрашенной охрой бороде.

– Я не знал, что сын нашего хлыста колдун, – Джен честно посмотрел достойному в глаза. – Знай я об этом, я бы десять раз подумал… – Он запнулся. – А может, и нет. Не стану лгать вам, господин: в отчаянии я не понимал, что делаю.

Вельможа и воин обменялись взглядами, но Джен был слишком взволнован, чтобы их разгадывать.

– Я боюсь… боюсь, я только вспугнул добычу, господин, – признался он. – Декхул говорил, что отыскал меня из сострадания, но я не столько помог вам, сколько помешал.

И об этом тоже не стоило упоминать. Джен умолк, не зная, как укоротить проклятый язык и куда деть руки. Со своего возвышения достойный Йесод молча рассматривал его, бесцветные глаза ну точно взвешивали, примеряли юношу к неведомой роли.

– Декхул полагает, что из тебя со временем получится такой же помощник, как он сам, – медленно проговорил достойный. – Но, глядя на тебя, я так не думаю.

Он выждал достаточно, чтобы Джен проклял свою болтливость, и пояснил:

– Нет, дело не в том, что ты сейчас сказал. Декхул поведал то же самое, быть может, иными словами. Я смотрю на тебя и вижу, что ты не воин. Что ты умеешь, юноша? Для парня из бедной семьи у тебя хорошая речь.

Он откинулся на подушках, сквозь прищур разглядывая собеседника. Юноша сглотнул. Он что, думает, Джен не тот, за кого себя выдает? Или пробует монету на зуб прежде, чем принять?

– Дома я учил грамоте детей лавочников и мелких торговцев. Грамоте, счету, истории и географии. Моего отца обучали жрецы Джахата, он много мне передал. Даже больше, чем нужно простому учителю.

– Родовое имя царской семьи. Откуда оно? – внезапно спросил вельможа.

– Ас-Абъязиды, – проговорил Джен. – В южном из Пяти Пределов есть небольшое местечко Абъя́з, это скалистая бухта. Лучезарный, да продлятся его годы, дальний потомок князей-пиратов, наводивших ужас на побережье.

– Куда повезет товар купец из Городов Грани?

– Крупнейший город на востоке – Табра, все маршруты проходят через нее, – это было легко: через Джамайю по Золотому тракту один за другим шли караваны, направляясь в город Белых ворот. – Дальше им придется договориться с купцом из Царства, ложа торговцев добилась привилегии…

– Продекламируй что-нибудь из поэзии, – перебил Йесод.

На мгновение Джен задумался. Вряд ли любовная лирика сейчас уместна…

– «И день пришел, тянулся и прошел, и новый вечер охладил пустыню. И звезды собрались на новый пир взглянуть на обновленный свыше мир, как пилигримы смотрят на святыню». Это Дже́вен Великий, поэма «Царский сын» о восхождении царя Нарша́да. – Юноша понемногу осмелел. – Джевен Великий был не только поэтом, но еще ученым и звездочетом, он уточнил календарь и открыл замечательное свойство чисел…

– Довольно-довольно! Мы тебе верим.

На бесстрастном, как лакированная маска, лице появилась улыбка. Они с воином вновь обменялись взглядами, на сей раз Джену почудилось, что Йесод едва заметно кивнул.

– Я думаю, какое-нибудь место я бы нашел, – наконец признал достойный. – Просто из сострадания, как ты сказал. Но, может, ты сможешь занять не просто какое-то место.

Он умолк, будто снова испытывая выдержку парня. Джен кивнул.

– Мне было бы сложно принять такое предложение, господин. Я хочу стать действительно полезным. Но, увы, я не воин, в этом вы правы.

– В нашем деле нужны не только воины, юноша, – успокоил его достойный. – К примеру, мы мало знаем о Круге, о законах колдовства. О том, как думают и ведут себя колдуны. Я собрал библиотеку, это и свитки, и целые трактаты, но кто их будет читать? Мне некогда, Декхул их просто не поймет… Может, со временем ты станешь ему помощником, я подумаю, чтобы тебя учили обращаться с мечом. А пока нужно, чтобы кто-нибудь грамотный прочел все, что я скопил. Врага нужно знать в лицо, юноша. Что ты на это скажешь?

Что он мог сказать – он, бедняк из приличной, но обнищавшей семьи? Место писаря или даже книжника при благородном господине… Отец мог лишь мечтать о таком!

Впрочем, все равно.

Декхул сказал, что вельможа охотится на колдунов. Зевах… Парень по-прежнему цепенел от этого имени. Зевах и колдуны убили его сестру, и, если так нужно для мести, он наймется хоть песчаным демонам.

– Что вы совершенно правы. И еще – что вы очень любезны, господин! – ответил Джен.

– Тогда мы договорились, юноша, – достойный вежливо кивнул ему и повернулся к воину. – Пожалуйста, проводи нашего друга и помоги обустроиться.

Древние баллады многого не рассказывают, думал Джен, следуя за солдатом по цветочному лабиринту. В сказании о Джила́не будущий герой нанимался к господину на службу, но поэт скрыл, что после первой встречи с достойным у горшечника Джилана тряслись колени.

А еще, думал он, пусть это будет не ошибка. Боги, пожалуйста, пусть это будет не ошибка!

Столица, речная пристань, 28-е месяца Пауни