"Фантастика 2023-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Алферов Всеволод - Страница 1171

– Эва. Сейчас по имени, прошу… – Я все же попыталась принять полулежачее положение, и магистр бережно поддержал меня под поясницу, сунув под спину подушку, и протянул мне в руки пиалу.

– Хорошо, Эва. Пожалуйста, выпей. Боюсь, моя исповедь будет долгой, а у тебя будет много вопросов. Твое состояние беспокоит меня, и ни к чему истощать организм снова.

Я, принюхавшись к чуть терпкому хвойному аромату, сделала глоток, чувствуя, словно напиток всасывается еще во рту, не достигая желудка. В отвар явно добавили меда, но не так, чтобы перебить его сладостью весь терпкий древесно-травяной букет. Вкус был вязким, плотным и весьма бодрил.

Увидев, что я воздала должное напитку, магистр поправил одеяло, которым я была накрыта, и продолжил:

– Наследие передается только в том случае, если оба родителя из нашего народа. Моя жена Лия была северянкой из этого герцогства. Наша дочь унаследовала от меня лишь цвет глаз, а ее сын, мой внук, не получил и этого. История того, как я покинул в юности острова и отправился искать для себя места, где чувствовал бы себя лучше, чем в родном краю, очень длинна, Эва. Могу сказать лишь то, что человек, который обучил меня владению Ато и научил прикрывать собственную суть от других храмовников, был предыдущим настоятелем этого храма. Он был добр ко мне, честен и благороден, хоть в его жилах и не текло ни капли дворянских кровей. Я – дитя Туманного, хочу я того или нет, и это все же ставит мне определенные условия, которые, впрочем, лишь помогли мне стать тем, кто я есть.

– Ты лечил меня… как? Магистр Фарраль говорил… – Я закашлялась, и настоятель крепости налил мне еще отвара из стоящего там же, на тумбе, кувшина.

– Ах, мой старый друг… Хотел бы я увидеть его еще раз, но боюсь, что я уже слишком стар для одного лишнего путешествия. Да, мы неподвластны другим силам. Я не могу обмениваться Ато с нашей покровительницей. Не могу обмениваться с тобой. Но могу использовать ее, черпая из внешних источников и управляя ею, как это делают чародеи. Ты одна из немногих, кто может видеть мою истинную природу. Твоему взору легко проникнуть под потоки Ато, которыми я окружил себя. Они создают иллюзию силы, видимость моего постоянного взаимодействия с богиней. Этот маленький обман Она легко мне простила. Может быть, Ее это даже немного веселит, если что-то может веселить божество. – Магистр кротко улыбается мне, а я с трудом выдавливаю улыбку в ответ.

«Хорошо, что ты не знаешь, какие отвратительные вещи могут вызывать радость у твоего божества…» – думаю я про себя.

– Тебя я лечил твоим собственным Ато. Это, к слову, метод, который заслуживает пристального внимания среди чародеев и используется с большой охотой, – с некоторой гордостью поведал мне магистр Ирвин.

– Ты много знаешь о чародеях, да?

– Да. Прошлый настоятель Алой крепости покинул их братство. Он упоминал, что это было нелегко сделать…

– Так… почему Харакаш не сказал мне правду насчет тебя? Еще когда я увидела тебя на крыльце, я спросила у него, но он очень категорично опроверг это.

Магистр Ирвин задумался, откинувшись на спинку стула и глядя куда-то сквозь меня.

– Первой причиной тому может быть понимание, что это – не его тайна. На островах очень трепетно относятся к таким вещам. Он отлично понимал, что нахождение потомка Туманного в должности настоятеля в Алой крепости – нечто из ряда вон выходящее, а учитывая настроения комтура… Скорее всего, он хотел разобраться во всем сам. Как ты спросила его об этом?

– Хм… – Я отхлебнула из пиалы, задумываясь и пытаясь воспроизвести события того дня. – Я спросила: «Он из?..» – и Харакаш ответил: «Нет, совершенно точно нет».

Магистр хмыкнул:

– Второй причиной такого ответа может быть твой вопрос. После «из» можно многое подставить. Например, «он из ваших», верно? Определенно, Харакаш не считает меня «своим» в той мере, в какой к этому вопросу подходят на нашей родине. Я – чужеверец, и хоть это не запрещается, но всегда вызывает недоверие у моих соплеменников. Он не поймет, да и не стремится меня понимать, что, впрочем, и не требуется. Достаточно того, что он спокойно относится к моему выбору.

Допив отвар, я передала пиалу магистру и глубоко задумалась.

Итак, магистр – островитянин по происхождению. Он не может пользоваться Ато, как это делают храмовники, и потому пользуется им так, как это делают чародеи. Черпают извне и, очевидно, манипулируют им так же… или там же. Короче говоря – не пропускают через себя. Если я все верно поняла, конечно… Он скрывает свою суть от окружающих благодаря, выражаясь просто, искусственной ауре, и…

– Получается, Ханс даже не знал, что его дед…

– Конечно, нет. К моему сожалению, я слишком поздно понял, что такие вещи лучше не держать в секрете от семьи. У меня была одна-единственная попытка поговорить с ним об этом, но тогда я понял, что его мнение о детях Туманного уже сформировалось и… Эх! Побоялся я разрушить наши с ним отношения. Он остался единственным из моей семьи, и я по-стариковски боялся потерять его одобрение. – Магистр бросил на меня короткий взгляд и сжал мою ладонь. – Моя семья жила долго и счастливо, но, к сожалению или к счастью, ни Лия, ни Герда не выбрали для себя путь веры, а потому прожили столько, сколько им отмерено. Не стоит начинать пожирать себя мыслями о прошлом, Эва. Есть вещи, которые тебе не под силу изменить.

Осталось только попытаться с этим как-то смириться.

– Что связывало Ханса и старосту Роны?

Магистр поморщился от моего вопроса, но стоило мне открыть рот в попытке «отменить» надобность ответа на него, как он остановил меня поднятой рукой.

– Твой вопрос связан с его смертью?

– С их смертями, – отведя глаза, подтвердила я.

– Рислава тоже?.. – Мой собеседник выглядел подавленным и не скрывал этого.

Ох, ну вот зачем я спросила, могла же промолчать, зачем ковырять еще свежие раны! Ду-у-ур-а-а-а…

– Простите, магистр. – Я невольно перешла на официальное обращение, пряча глаза от пронзительного взгляда. – Его Ханс… с этого все началось. Они повздорили, когда мы прибыли в Рону. Староста… сказал, что ему нет больше нужды держать ответ перед божеством и, – я сглотнула, – и комтур свернул ему шею.

На магистра было страшно смотреть. Он словно бы резко постарел еще лет на десять и при этом наполнился каким-то черным горем и гневом. Я сидела тише мыши, опасаясь даже вздохнуть громко лишний раз.

– Глупый, глупый мальчишка. Как же я проглядел в тебе все это? Куда же я смотрел?.. – Закусив губу, я повторила жест магистра, сжав его ладонь своими.

– Не стоит пожирать себя мыслями о прошлом. Я прошу прощения за то, что спросила… просто боялась, что упускаю что-то важное во всей этой истории, и…

Я замолкла, едва магистр Ирвин поднял на меня взгляд, не зная, что еще добавить.

– Нет, Эва. Ничего важного. Это дела прошлого, ты права. Рислав был его другом. Они учились вместе. Оба такие молодые, полные сил и идей. Пытливые, ищущие истину… К сожалению, истина оказалась для каждого своя. Рислав в своем поиске нарушил множество запретов, множество правил, и в итоге, как я ни старался вразумить его и даже, пользуясь своим положением, прикрыть, он перегнул палку и был изгнан из Ордена. Я смог смягчить наказание, склонив совет к изгнанию вместо смерти, но, судя по всему, на самом деле лишь отсрочил его. А Ханс его так и не простил, – тихо закончил настоятель.

Я выпила еще две пиалы с отваром, обдумывая все услышанное, прежде чем магистр снова завел разговор:

– Что ты нашла под крепостью?

Вопрос словно бы спровоцировал глухую боль в голове. Коснувшись пальцами бинтов (а почему у меня замотана голова?), я, болезненно морщась, попыталась найти ответ на заданный мне вопрос.

– Я… не помню. – Сдавшись, я в растерянности посмотрела на магистра. – Кажется, что-то очень важное, но я совсем не помню, что именно. Как будто… ох, моя голова… – Новый приступ головной боли накрыл меня с такой силой, что я зажмурилась, задержав дыхание.