Пророк тёмной жрицы (СИ) - Кениг Алексей Л. - Страница 97

Повисло неловкое молчание, Эдвард даже начал перебирать в голове всё, что он мог сказать не так. Предводитель микирийцев выглядел хмурым, казалось, что его разочаровали слова пророка, но это было не так. Советник короля достал из кармана золотой жетон в виде солнца, окружённого морскими волнами, и передал Эдварду со словами:

— Его Величество, Арон Мирикель, просил передать тебе этот жетон, что является символом нашей дружбы. Двери Микирии всегда открыты для тебя, и в любом уголке нашего королевства ты будешь принят как почётный гость.

Эдвард с благодарностью принял жетон от советника. Пророк был очень удивлён, что микирийцы не только проделали такой долгий путь для помощи ему, но и передали символ дружбы с этим народом, выказывая тем самым уважение.

— Мы надеемся, что ты однажды посетишь наше королевство, а заодно поможешь нам с одной проблемой.

— Какой проблемой? — Поинтересовался Эдвард.

— Наш народ страдает от проклятья вечного огня гораздо сильнее, чем любой другой. Когда-то давно твой учитель Баламар и наш сородич Дорн создали целебные пилюли, которые смогли сократить смертность среди детей от самовозгорания вдвое. Они изготовили очень много лекарства на долгие годы вперёд, но это было довольно давно, и наши запасы истощаются. А для создания новых пилюль требуется магия душ и огненная эссенция, которую, как мы поняли, может сотворить только тот, кто подчинил своей воле пламя души.

«Так вот почему Нирин продержалась так долго, а Вилду никто не мог помочь. Всё дело в пилюлях, которые есть только у микирийцев. Можно было бы, конечно, и для жителей Халь-Шагата создать лекарство, но Дорн явно был бы против. Эссенция огня и магия душ, значит».

— Хорошо! — Уверенно заявил Эдвард. — Как только разберёмся здесь с культом, я тут же отправлюсь в Микирию.

— Нет!

Неожиданно запротестовал Баламар, и все тут же перевели взгляд на Повелителя душ. В комнате повисла напряжённая тишина, казалось, что в этот момент можно было услышать даже шёпот мыслей. Все собравшиеся в комнате на постоялом дворе Хальты смотрели на старого мага, ожидая объяснений, ведь он сам являлся другом Микирии, так почему же сейчас выступает против того, чтобы его ученик помог этому народу?

— Как никто другой, понимаю проблемы микирийцев, — обратился Баламар к советнику. — Но если мой ученик создаст эссенцию пламени, то это приведёт к большим проблемам. Он обладатель трёх сосудов, каждый из которых должен развиваться пропорционально другим, в противном случае это приведёт к нарушению циркуляции энергии в теле, которое можно сравнить с перетягиванием одеяла. Его связь с Богиней ничто не пошатнёт, сила проклятого огня не вписывается в рамки нормы, словно существует само по себе. А вот «серебряная кровь» сейчас слишком слаба и может быть подавлена другой силой. Занятия магией душ помогут поддерживать баланс, но стоит равновесию нарушиться, как может случиться нечто непоправимое.

Снова повисла тишина, никто не осмеливался возразить после всего сказанного Повелителем душ, ведь три сосуда у одного человека это не шутка, тем более в ещё неокрепшем теле.

— После того, как разберёмся со всеми делами на Языке Дьявола, — продолжил Баламар, обращаясь к Эдварду. — Ты должен отправиться в Аргарот. Передам с тобой письмо моим северным друзьям, с ним они примут тебя как гостя и помогут развить «серебряную кровь», а затем можешь и микирийцам помочь.

— Отлично! Тогда так и сделаем. — Тут же согласился с планом пророк, чем вызвал неслабое удивление у своего наставника.

— А теперь давайте оставим эти лишние разговоры. — Продолжил Баламар. — Мы долго ждали твоего пробуждения. Что тебе удалось найти в воспоминаниях адептов?

Возрождённый ничего не ответил, лишь приложил руку к голове. Потирая лоб, он пытался вспомнить всё то, что видел во время медитации. Все присутствующие затаили дыхание в ожидании, что же скажет пророк, какие тайны открылись ему.

— Это сложно, — заговорил Эдвард. — Пусть для вас прошло полгода, но для меня это было как одна ночь. Всё как в тумане, лишь смутные образы, будто я пытаюсь вспомнить сон.

Внезапно у пророка закружилась голова, он прижал ладонь ко рту, сдерживая позывы к рвоте, а затем, семеня ногами, поплёлся к выходу. Остальные последовали за ним. Когда Эдвард вышел наружу, весь мир вокруг превратился в карусель, ноги подкосились, и юный маг упал. Мила хотела тут же броситься на помощь, но Баламар остановил её. Только он мог видеть, что сейчас происходит с его учеником.

Как только руки пророка коснулись земли, его глаза тут же вспыхнули тёмно-синим светом, а тело окутала энергия Богини. Все те образы, что он видел, все те события, за которыми он наблюдал со стороны в «обители душ», в мгновенье ока пронеслись в сознании Эдварда. Баламар с микирийцами тут же окружили возрождённого, закрывая его от нежелательных взглядов зевак.

Через пару минут бушующая сила пророка успокоилась, Эдвард пришёл в себя и тут же тяжело задышал, его лицо побледнело, а по коже стекал холодный пот, как после ночного кошмара. Возрождённый так жадно хватал ртом воздух, что едва ли мог что-то произнести, но стоило хоть немного отдышаться, как тут же прозвучали шокирующие слова:

— Старейшина Мьяны. Он предатель!

Порт Мьяны. Эйлина стояла на причале, с тревогой вглядываясь куда-то вдаль. Холодный вечерний ветер трепал распущенные волосы девушки и порой шаловливо поднимал подол её платья. Грозовые тучи, нависшие над морем свинцовой крышей, сулили беду всем, кто отважился отплыть от берега, волны поднимались, становясь всё сильнее и яростнее.

— Скоро дождь начнётся! — Окликнул Эйлину смотритель маяка. — Заходи внутрь. Ты ничем им не поможешь, остаётся только уповать на милость Создателя.

— Да, хорошо.

Эйлина бросила последний взгляд на море, туда, где на волнах качались три парусные лодки, и приложила руку к животу. На одном из пальцев было кольцо. Беспокойством ничего не решить, и девушка пошла за смотрителем к маяку, чтобы укрыться от непогоды.

Тем временем вдали от берега морские волны совсем разбушевались и стали безжалостно швырять три парусные лодки, словно те были крохотными деревянными корабликами, которые дети пускают по ручью. Кроме рыбаков, которым принадлежали эти маленькие судна, на борту были и юные маги, благословлённые Создателем.

— Вот же срань! — Выругался Стэн. — Дождь начался. Надо разделаться с этой тварью по-быстрому и домой двигать, где тепло и сухо. Давай, паскуда, вылезай! Вот они мы, смотри какие вкусненькие!

Но того, кто прятался на дне морском, не надо было просить о встрече с «гостями», ведь он и так каждый день их поджидает. Вода забурлила, раздались всплески, и послышался гул под лодками, вселяющий ужас не только в сердца рыбаков, но и троих перерождённых. Никто не знал, с чем они имеют дело, потому что никто не вернулся из моря, чтобы рассказать, какая тварь здесь обитает.

Гул становился всё громче, морское чудовище приближалось, и вот над водой уже появился огромный рыбий плавник, а затем вновь скрылся в волнах. Монстра больше не было слышно, лишь всплески волн, свист ветра и шум дождя. Все в напряжении ждали нападения, но его не было.

— Барьер! — Внезапно закричал Пол.

Едва юные маги смогли окружить лодки магической сферой, как из моря прямо между суднами вынырнуло нечто огромное, возвышающееся над водой на пять метров. Каков же истинный размер твари, оставалось только гадать. Барьер удерживал лодки, не позволяя им перевернуться, но волна от появления этого чудовища разбросала всех по разным сторонам.

Пока моряки гребли, что есть сил, пытаясь вновь объединиться, перерождённые готовились к бою. А чудовище хладнокровно наблюдало за тщетными попытками этих муравьёв на спасение, ведь от него ещё никто не уходил. Раздался шипящий рёв монстра, а затем блеск молнии осветил на краткий миг чудовище из глубин. Огромная змея с зелёной чешуёй и клыками, не присущими этому виду животных, её зубы были больше похожи на акульи. Рыбьи плавники на спине и около головы, а изо лба торчал большой рог.