"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Брай Марьяна - Страница 1461

Унылые мысли проскользнули где-то на краю сознания. Олег равнодушно отвернулся, зашел в кухню. Минут пять потратил на борьбу со старой плитой и спичками. Наконец газ соизволил загореться. Чайник засвистел, выбросил длинную струю пара. Парень заварил чай. Взял кружку и вместе с ногами забрался на расшатанный табурет. Осторожно подул, отхлебнул и скривился. Без сахара плохо. Но да ладно, завтра благословенный день зарплаты. Правда, денег — курам на смех. Наверняка в правительстве считают, что ассистенты в университетах должны питаться святым духом и манной небесной. Впрочем, политикам тоже не сладко. На новенький «лексус» не хватает, дача на Кипре совсем обветшала.

После третьего глотка чай показался не таким противным. Олег пил медленно, боясь обжечься. Прислушивался к смутному гулу за окном, думал о совершенно незначимых вещах. Завтра опять собрание в деканате. Будут пилить за неуспеваемость студентов. Но пережить можно. И даже зарплату оставят такую же. Уборщица баба Люда и то больше получает… Потом надо выстоять длинную очередь в банкомат, снять кровные. И, наверное, стоит пригласить Ленку в кино. Хотя боязно, а вдруг откажется? Да вроде не должна. Дама не из высших кругов, к шампанскому и ананасам равнодушна. А на пиво с чипсами наскрести можно.

Олег задумчиво почесал щеку. Дернулся от боли, вылил горячий чай на ногу. Заругался, поставил кружку на стол и потянулся за тряпкой. Вытер мокрое пятно, пощупал лицо и глянул на пальцы. Черт! Снова выросли когти. Длинные и острые, очень крепкие. Ранка неглубокая, но завтра придется оправдываться перед коллегами. Опять осмеют и будут строить предположения: «Ай-ай-ай! Какая же дикая кошечка поранила нашего Олежека?..»

Парень поморщился, вновь сел на табурет и стал допивать остатки чая. Мысли завертелись вокруг обретенной силы.

Поначалу Олег сомневался в своем здравомыслии, подумывал о походе к психиатру. Но убедившись в реальности происходящего, смирился. Врожденная осторожность не позволила выказывать силу на людях. Парень пытался разобраться, читал книги об эзотерике, сверхъестественном. Но в каждой находил лишь сладкую кашицу для мозгов обывателей. Однажды решился сходить к колдунам и прочим экстрасенсам. Вычитал в газете несколько объявлений, отправился по указанным адресам. Но три «великих» гипнотизера вполне ожидаемо содрали приличные деньги и наплели о сглазах, порчах, «Венцах Безбрачия». Четвертый повел себя необычно. Отворил, несколько секунд всматривался в лицо Олега. Сильно побледнел и резко захлопнул дверь. На звонки и стук лишь отчаянно ругался и прогонял.

Странности сбивали Олега с толку. Парень понимал, что ступил в область запретного. Воображение рисовало картины тайных орденов, обществ и кланов. Навеянные кинематографом шаблоны манили запредельной жутью и возможной реальностью. Глубоко в душе Олег ожидал: вот-вот к нему явятся люди и расскажут. О чем? Тут фантазия разыгрывалась не на шутку. Мутации, магия, параллельные реальности, космические пришельцы… Мало ли чем живет скрытый мир? Олег почему-то знал, что так произойдет. Немного страшился и в то же время жаждал Звездного Часа. Серое существование надоело до тошноты. А заодно бедность, скука, мелкие бытовые проблемы и повальное невезение.

Чай остыл и стал совершенно безвкусным, словно настоянный на опилках. Олег отставил кружку. Поднял руку и щелкнул пальцами. Сухо затрещало, запахло свежестью. На ладони послушно возникла маленькая, с горошину размером, шаровая молния. Рассыпала злые синеватые искры, потянулась вширь дугами разрядов. Парень пару секунд разглядывал, погасил электричество. Соседи и так частенько сетовали на перебои с энергией. Раздражать и вызывать подозрения не стоило.

Олег тяжело вздохнул, поставил ноги на перекладину табурета и задумался. Спать перехотелось совершенно. Разум чист как слеза, усталость улетучилась. Вряд ли сейчас удастся забыться. Пойти погулять? Поздно. Почитать книгу или посидеть за компьютером? Просто не хочется. Парень оперся о стену, задрал голову к темному от пыли потолку и стал думать о превратностях судьбы. В душе скопилась тоска и грусть.

Квартира тонула в спокойствии. Даже свет казалось, немного притух, стал более мягким. Из ванной слышался редкий стук капель. Часы на стене ритмично стучали, пытались измерить вечность. Стрелки показывали полдвенадцатого ночи. За окном раздался гул проезжающего автомобиля. И вновь тишина.

Олег поддался настроению, отрешился от окружающего. И во внезапной вспышке просветления понял — жизнь изменится именно сейчас. Не завтра, не через месяц… С минуты на минуту. Ощущение болезненное и гложущее, но удивительно всеобъемлющее и яркое. Олег затаил дыхание, сжался на табурете. Тишина и покой. Перед глазами запрыгали разноцветные пятна, в ушах загрохотала кровь. И когда Олег почти убедил себя в мнимости чувств, раздался звонок. Кто-то пришел.

Словно во сне парень встал с табурета. Мгновение поколебался. Но поборол страх, подошел к выходу. Медленно щелкнул запором и отворил дверь. У порога стояли три высоких широкоплечих мужчины в деловых костюмах. Лица серьезные, в глазах настороженность и сдержанное любопытство.

— Олег Белов? — нейтральным тоном спросил тот, что стоял впереди.

— Д-да, — заикаясь от волнения, ответил парень.

— Федеральное агентство «ХраМ», — сказал тот же мужчина. Достал из нагрудного кармана удостоверение и подал Олегу. — Вы должны пойти с нами. Сейчас. И вы знаете почему.

Пальцы не желали слушаться, дрожали как в лихорадке. Перед глазами двоилось и расплывалось. Олег пришел в себя, взглянул на документ. Печати и голограммы, сбоку герб в виде меча на фоне встающего солнца.

«Свершилось! — промелькнула ликующая мысль. — Теперь будет по-другому!..»

— Если позволите, я оденусь и соберу кое-какие вещи, — тверже сказал Олег.

— Одевайтесь, — кивнул мужчина. — Берите смену одежды и дорогие вам мелочи. Остальное оставьте. Вряд ли вернетесь сюда в скором времени.

— Я быстро! — пообещал парень.

Поправил очки на переносице. Развернулся и трусцой побежал в спальню. Послышалась тихая ругань, скрип и шуршание ткани. Люди в костюмах переглянулись. На губах каждого появилась понимающая улыбка. Легче легкого!.. Накинутые волхвом ауры сработали. Да и штатный психолог не ошибся — человеку надо дать то, о чем втайне мечтает. Тогда пойдет за тобой без разговоров и лишних вопросов.

Узкую лестничную площадку заливал тусклый желтоватый свет. Выхватывал из сумрака сбитые и стертые ступеньки, замусоренный и заплеванный пол. Когда-то давно стены покрывала голубоватая краска. Но теперь выцвела, облупилась. Виднелись карикатурные рисунки, размашистые надписи нецензурного содержания. Воняло мочой и кошками, откуда-то снизу поднимался кисловатый запах самогона.

Рядом с потрепанной дверью одной из квартир с пистолетами в руках застыли два милиционера. Молодой вжимался в угол и корчил из себя американского коммандос. Втягивал рыхлый живот, дул щеки. Пожилой напряженно вслушивался в тишину за дверьми и яростно скреб небритую щеку. На лицах обоих застыло серьезное и немного растерянное выражение. В глазах страх и недоумение. Еще два представителя закона сидели на ступеньках и лениво курили. Оружие тоже держали наготове. Но с предохранителей не снимали — осада квартиры продолжалась около двух часов.

— Витька, мать твою!.. — сипло крикнул пожилой милиционер. Постучал в дверь кулаком. — Выходи! Если сдашься, лично отмазывать буду. Не глупи! Я же знаю, ты ни в чем не виноват. Подумаешь, впаяют условный. Ну посидишь немного за хранение оружия. И все! А если станешь упорствовать, помочь не смогу. Витька! Ты живой еще?..

Милиционер осторожно прислонил ухо к двери, на минуту прислушался. Чертыхнулся, сдвинул фуражку на затылок.

Один из бойцов уныло пробубнил:

— Товарищ, лейтенант! Петр Сергеевич! Да не выйдет, ясно же. Надо омоновцев вызывать, сами не справимся. Эвон как забаррикадировался.

— Может еще танковую бригаду? — проворчал командир наряда, наградил подчиненного злым взглядом. — Ты, Вова, заткнись и не умничай! Что, одного паренька выковырять не сможем? Начальство дураков мигом под зад ногой. Тебе что?.. Пойдешь на рынок торговать или охранником устроишься. А мне до пенсии три года осталось.