"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Брай Марьяна - Страница 1415

— Сашка! — робко позвала русалка.

— Ну? — рыкнул я.

— Я тебе нравлюсь?

— Что?.. — Я запнулся, удивленный странным вопросом. Но справился с собой и нагло соврал: — Конечно, не нравишься!

— А так?..

Голос русалки изменился. Стал глубже и мягче, в нем проскользнули до боли знакомые нотки. Я вздрогнул, пораженный. Резко повернулся и столкнулся с взглядом теплых зеленых глаз, утонул во тьме зрачков. Черты неуловимо неправильные, прелестные: крутые дуги бровей, чуть вздернутый нос, верхняя губа немного больше нижней. Боже! Но как?! Я жадно всмотрелся, мотнул головой и горько скривился. Наваждение развеялось, сердце сжалось в болезненном спазме.

— Лана! — проскрипел я. Перевел дыхание, постарался скрыть боль, спрятать поглубже в сознании. — Прекрати сейчас же!

— Но почему? — удивилась она. — Я знаю, тебе нравится этот образ. Он у тебя в душе. И я подумала, что…

— Убери! — прорычал я со злостью.

Глянул на флягу, чертыхнулся про себя. Сам не заметил, как смял тонкую жесть. Демоны! Я думал, что давно забыл о Соне. Но нет… ошибся, крупно ошибся. Молодой славгородской ведьме удалось то, чего не могли добиться многие десятки женщин. Я уверовал в то, что ранее считал лишь химией и игрой гормонов. Но нам с ней не по пути. Соня сама не хозяйка своей души. Быть ведьмой — проклятие.

— Хорошо, — тихо сказала русалка. — Я не хотела тебя обидеть.

— Знаю, — пробормотал я обессиленно, глядя на игру света в потоках ручья.

Раздражение покинуло душу. В груди появился кусок холодной пустоты. Я отогнал и попытался не думать. Русалка печально вздохнула. Я ощутил движение, прикосновение влажных губ. Поцелуй вышел легкий и дружеский, но между тем освежающий и приятный. Щеку укололо, по телу промчалась быстрая холодная волна. В голове просветлело, тоска медленно отступила. Губы сами собой изогнулись в усмешке.

— Спасибо, Лана! — произнес я, с облегчением мотнул головой. — Но не следует часто пить эмоции. Зачахнешь.

— Глупости! — беззаботно засмеялась русалка, поскребла крепкими ноготками мою спину. — Я сильная! К тому же хочу помочь. Ты много месяцев приходишь сюда, что-то делаешь. Скажи мне, что ищешь. Возможно, в моих силах подсобить или посоветовать.

— Вряд ли, — отмахнулся я и пожал плечами. — Ты обычная древесная русалка.

— Хо-хо! — с возмущением воскликнула Лана, больно ущипнула за ухо и опять засмеялась. — Как ты уверен в своих знаниях! Ну же, продолжай! Кто я?..

Я с неудовольствием потер ухо. Оглянулся и посмотрел в смеющиеся глаза. Красавица! Дочь Весны, само олицетворение жизни и плодородия!.. Раньше русалок я представлял как грудастых смазливых бабенок с рыбьими хвостами. Но встретился воочию, и стереотип насчет хвоста развеялся. На мутантов русалки совершенно не похожи. Всего-навсего духи воды и леса, проявление природных сил. И, пожалуй, самый распространенный вид нечисти. Раньше жили практически везде. Имен и названий тоже много — сирены, дриады, ундины, наяды…

Все это я тут же выдал Лане. Девушка расхохоталась еще громче. Отошла и закружилась по поляне в задорном танце. Длинные зеленые волосы взвихрились, приоткрыли сочное женственное тело.

— А вот и ошибаешься, а вот и не прав!.. — пропела Лана.

— В чем? — буркнул я и вновь опустил взгляд. Вид обнаженной девицы вскипятил кровь и помутил разум.

Русалка заметила мое побагровевшее лицо, сверкнула глазами. Подбежала и упала предо мной на колени. Порывисто наклонилась и громким страшным шепотом сказала:

— Ты думаешь, что я ни на что не пригодная пустышка. Беззаботная и глупая, как синица. Зря. Ты ведь слышал о богах? Они наши старшие братья и сестры, матери и отцы. Мы никогда не обладали их могуществом. А вот кое-какие знания передались. Мы призваны помогать вам, людям. Одни спасают утопающих, другие хранят от лесного зверья и темного лиха. Не путай нас с мавками. Те да, злобные твари. Демоны-навии, что когда-то додумались вселяться в тела утопленников и мертвецов, маскироваться под нас. Но мы всегда были с вами. И мы очень умные… да-да… очень-очень! Многое знаем, многое ведаем. Скажи, Саша, что тебя тревожит. А я постараюсь помочь!

Изумрудные глаза оказались очень близко. Зрачки лучились теплым внутренним светом, на ободках радужки вспыхивали желтоватые искорки. Я открыл рот, дабы в очередной раз фыркнуть нечто недоверчивое. Но тут же захлопнул, поскреб затылок. А и правда, зачем отмахиваться?

— Я ищу свою Силу, — пробормотал я с неловкостью. — Понимаешь, я маг.

— Волхв? — перебила русалка, округлила глаза в радостном удивлении. — Вот здорово!

— Нет! — отрезал я. — Маг, Лана! Я Козерог!

Берегиня похлопала ресницами, закусила губу. Откинулась на траву, начала задумчиво наматывать локоны на пальчик.

— Нечто смутно знакомое, — призналась она. — Кажется, когда-то слышала. Но нет, не помню. А что с Силой?

— Исчезла, — сказал я грустно. — Пришлось рассеять, чтобы… гм… ну не важно. Сила ушла. И теперь я пытаюсь восстановить, учусь. Но как видишь, не получается. А у меня мало времени и могучие враги. Понимаешь?

Русалка помолчала. Улыбнулась и радостно выпалила:

— Не-а, не понимаю!

Я поднялся, размял затекшие ноги и принялся поспешно собираться. Бросил измятую флягу в котомку, повесил ремень на плечо. Приспособил колчан за спиной и подобрал лук. Сделал решительный шаг по направлению к дому.

— Постой, Сашка! — воскликнула Лана. — Ты куда?

Русалка одним гибким движением вскочила с травы, заступила дорогу. Я остановился, нерешительно потоптался на месте.

— Ухожу. Извини, дел много.

— Я ведь обещала помочь! — возмутилась русалка. Гневно топнула ногой и нахмурилась.

Но ты же сказала, не знаешь, — мягко, чтобы опять не обидеть девушку, произнес я. — На нет и суда нет.

— Вот глупый! Я не сказала, что мне нечем тебе пособить, — фыркнула русалка. — Не спеши.

Я внимательно посмотрел на Лану, поколебался. С одной стороны, интересно, что может сказать. Ведь не просто девчонка, а древний лесной Дух. Но с другой — мысли в красивой головке скачут, как кузнечики на лугу.

— Ладно, — сухо сказал я после минутного раздумья. — Жду.

Лана крутнулась на месте и счастливо рассмеялась. Волосы взметнулись зеленым вихрем, полетели травинки, листики. Яркий солнечный свет блеснул на гладкой белой коже. Ветер ожил и затанцевал вокруг девушки, взъерошил траву, запрыгал по ветвям. Зашумела листва, заскрипели стволы. Я попытался нахмуриться, но не удержался и тоже улыбнулся.

— Минутку, Саша! — мелодично пропела русалка. — Подожди, я спрошу совета.

— У кого? — удивился я.

Берегиня пропустила вопрос мимо ушей. Легкой танцующей походкой подбежала к ручью. Хлопнула ладонью по воде, улыбнулась искаженному отражению.

— Сестрица-сестрица! — попросила Лана. — Выходи. Ты мне нужна.

Русалка застыла, комично склонила голову набок. Я кашлянул, с неловкостью тронул тетиву лука. Ситуация показалась довольно нелепой. Ручей мелкий, в самом глубоком месте едва по колено. Дно близко, видно каждую ниточку водорослей, гладкие коричневые камешки.

— Сестричка-водичка!.. — опять сказала берегиня. Погладила пальцем свое отражение, хихикнула. — Поможешь? Ой, спасибо! Знала, что не откажешь по давней дружбе!..

— Лана! — проворчал я. — Ты мухоморы ела? Там никого нет!

Русалка оглянулась и погрозила кулачком.

— В чужие разговоры влезать неприлично, — наставительно сказала она.

— Ну-ну, — поморщился я. — Ты общаешься с собственным отражением.

— Нет, — нахмурилась берегиня. — Я говорю с сестрой!

— И где она? — улыбнулся я.

— Вот! — воскликнула русалка и указала на воду.

В прозрачных струях два искаженных отражения: мое и Ланы. Я мельком глянул на свое, ухмыльнулся. Бородатый и патлатый молодой парень с обветренным, загоревшим лицом. Вылитый хиппи! Или персонаж фильмов про дикарей.

Я непроизвольно провел ладонью по растрепанным волосам, шутливо оскалил зубы в кровожадной гримасе. Перевел взгляд на отражение русалки и нахмурился. Быстро посмотрел на Лану, затем опять на воду. Странно. Берегиня сидит на коленях, лицо непроницаемо-серьезное. А ее отражение на поверхности ручья в постоянном движении. Улыбается и хмурится, подмигивает и корчит ехидные рожицы. Я нахмурился и наклонился ближе. Должно быть какое-то объяснение. Зрительный обман, игра света и теней, преломление.