"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Брай Марьяна - Страница 1097

— И нас зашвырнуло слишком высоко, — понял мысль бродяга. Помрачнел, прислушался и медленно встал. — Но что получается… мы можем наткнуться и на самого Алара?

— Вполне, — кивнул Птиц и обратил взор к далекому замку. Побледнел, зябко поежился. — Знакомиться как-то не хочется…

Нищий тоже посмотрел на скалу. В глазах промелькнуло смешанное выражение: опаска, великое изумление, любопытство. Наверное, еще никто из смертных не зрел обитель богов воочию. С виду обыкновенная крепость, пусть красивая и воздушная. Но что внутри?..

— Пожалуй, ты прав, — признал безумец. — Можем убраться отсюда?

— Угу, — ответил парень. — Мы выжили потому, что пентаграмма впитала львиную долю мощи, высвобожденной Безликим. Но заклятие еще действует. Когда иссякнет энергия, «аркан» потянет к месту прибытия — в Окран.

— Когда?..

— Понятия не имею, — пожал плечами послушник. — Возможно, через секунду. А может, и через год. Я не знаю, что за законы правят Поднебесным. Надо подождать. Могу попробовать дотянуться до контура заклинания, рассеять лишнюю Силу. Но что получится в итоге, предугадать невозможно…

— Весело, — буркнул нищий. — Значит, придется обживаться.

— Не советовал бы, — кисло промямлил Ирн.

— Что ты предлагаешь? — деловым тоном осведомился безумец, красноречиво приподняв бровь. Хотел сказать что-то еще, но поперхнулся. Выражение лица резко поменялось, кровь отхлынула от щек…

Раньше, чем пришло понимание опасности, парень ощутил холод. Энергетическое ядро съежилось, кровь превратилась в ледяное желе. Сотни шипящих голосов заполонили сознание, восприятие исказилось. Раздался негромкий хлопок, прямо посреди обширной полянки заволновался воздух. Брызнули прозрачные струйки дыма. Почернели и уплотнились, собрались в упругий комок. Трава покрылась инеем, стала твердой и ломкой. Откуда-то прилетели крупицы пепла, быстро соединились в человекоподобную фигуру… Существом, явившимся в Поднебесное, оказался демон!..

Лохматый и Птиц замерли, захваченные врасплох. Бродяга очнулся быстрее. Схватился за меч, попятился. Рефлекторно закрылся клинком от пронизывающего холода и грозно заворчал. По лезвию брызнули алые искорки, металл обрел желтоватый оттенок и замерцал. А вот послушник впал в ступор. Смотрел на чудовище, не в силах поверить в реальность происходящего. Мозг разогрелся, под черепом суматошно метались мысли. Как случилось?.. Ведь ощущения говорили, что демоны достаточно далеко…

Тварь весьма отдаленно походила на рыцаря или воина. Громадная, в два человеческих роста, широкоплечая и массивная. Руки непомерно толсты, кулаки закованы в массивные шипастые рукавицы. Из-под ржавых лат выглядывали обрывки одежды, сухая, сморщенная кожа. Шея оказалась неожиданно тонкой, как у новорожденного гусенка. Голова непропорционально маленькая, покрыта жалкими обрывками волос. Нос — две дырки неправильной формы. Глаза — дырки побольше. Морда уродливая и страшная… морда ожившего трупа.

Взгляд чудовища остановился на беглецах. Губы образовали ужасающее подобие улыбки. Из краешка рта побежала черная маслянистая жижа, сверкнули острые желтоватые зубы. Нищий пошатнулся и смертельно побледнел. Но меч засветился еще ярче, и Лохматый сумел разорвать путы навеянного страха.

— Люди… — произнес монстр, будто пробуя слова на вкус. Помедлил, вперил взор в парня. — Ты тот самый… Вещь у тебя.

— Знакомая песня, — нашел в себе силы сказать послушник. — И что теперь?

— Отдай, — прохрипел демон с нажимом. — Ты должен!

Тело вдруг налилось тяжестью, в ушах громко забухала кровь. Ладонь помимо воли потянулась к лямке мешка. Самое отвратительное — демон не применил никакого заклятия. Беззвучный приказ исходил из глубин подсознания. Птиц захрипел, заставил пальцы разжаться. Начал бороться, долбить волей по смутным темным желаниям. И одновременно в мешке завозился Колючка. Пронзительно взвизгнул, царапнул ткань изнутри. Странно… как только питомец зарычал, дурнота усилилась. Но помог посох. Мурлыканье погасило боль, отсекло черноту от разума.

— Нет, — сипло сказал послушник. Отступил на шаг, с содроганием посмотрел в черные бельма.

— Предатель, — со злорадством произнес монстр. — Тебе не скрыться… хр-р…

— О чем ты говоришь? — охнул Ирн.

— Ты поймешь, — сказал демон. — Скоро. Хозяин покарает тебя, навечно отправит в Пустоши. А я займу твое место. Буду чувствовать… жить!..

Скрипучее хихиканье переросло в утробный хохот. Монстр облизнулся, медленно и тяжело шагнул вперед. На латных рукавицах загорелись багровые символы, по земле побежала белая дорожка изморози. Откуда ни возьмись, прилетело облако острых снежинок. Ветер хлестнул льдистой плетью, свирепо завыл.

Бродяга метнулся влево, подал знак — бежим. Птиц прыгнул следом. Но ноги подогнулись, на плечи упала невидимая свинцовая гиря. Удушающая слабость сковала мышцы, в глазах потемнело. Сквозь пелену отупения прорвались чуждые воспоминания. Обрели плоть, уязвили. Лекарь ощутил ледяное дыхание Тьмы на затылке. И узнал, понял — тварь не лжет!..

Ярость и боль, которые так долго копились в душе, вскрыли коросту забытья. Послушник взревел, как раненый, зверь. Размахнулся посохом и выпалил заклятие. Громыхнуло так, словно с гор сорвалась каменная лавина, вверх брызнул столб щебня и комьев. Раскаленная коса проделала в поляне длинную дымящуюся борозду, хлестнула по монстру. Но демон даже не покачнулся, а пламя лишь бессильно лизнуло ржавые латы. Ирн нарисовал в воздухе Знак Огня. Толкнул заклятие и быстро сместился с линии возможной контратаки. Но еще в прыжке заметил — пламенный узор завяз в облаке черной пыли. Мигнул, замедлился и начал блекнуть.

Чудовище отвратительно заулыбалось, подняло руки. Парень почувствовал ужасающий холод. Ресницы заледенели, одежда покрылась инеем. В колени ударилась земля, раздался хруст — трава сломалась, как стекло. Страх полоснул сердце когтистой лапой. Мысли бестолково заметались, сознание помутилось. А в глубине души опять пробудилось нечто черное. Осколок Тьмы, частица чуждого… и вместе с тем удивительно родного. «Конец…» — устало подумал послушник.

Из дыма выпрыгнул Лохматый. Издал грозный клич, занес меч над головой. Лезвие полыхнуло ярко-багряным, смазалось в дугу. Раздались скрежет и хруст. На правом предплечье монстра осталась глубокая зарубка, хлюпнула жирная слизь. Демон взревел, попытался ударить в ответ. Но нищий ловко перекатился, ушел с линии атаки. Вскочил и рубанул еще. Клинок, откованный самим Терном, с легкостью разрезал ниточки Тьмы, точно вошел в рану. Рука с мокрым чмоканьем упала на траву. Демон споткнулся, с немым изумлением уставился на короткую культю…

Морозное дыхание пропало, тяжелый мешок на плечах исчез. Ирн взвыл от боли в оттаивающих мускулах. Встряхнулся и почти вслепую ткнул пятерней, спустил «Шквал»… Тишина. Просто тишина… долгая, бесконечная. Контуры холмов и скал, ближайший лесок в ослепительном белом сиянии. Стремительный бег облаков… и громадный пламенный гриб, силуэт монстра в оранжевых клубах…

Твердая стена раскаленного воздуха подхватила послушника, как сухой лист. Раскрутила, обожгла и смяла в великанских ладонях. Отшвырнула прочь и вбила в землю. Но удара парень просто-напросто не почувствовал. Мудрое тело отключило бесполезный и глупый мозг еще в полете. Лишь где-то на грани восприятия возник легкий толчок. Затем последовала почти вечность спокойствия. Тусклый проблеск, жгучая боль, настойчивое и упрямое мурлыканье: «Просыпайся, хозяин! Спать нельзя!..»

Воздух опалил глотку, запах паленых волос вызвал тошноту. Птиц закашлялся, захрипел. Почувствовал, что находится в вертикальном положении. Ветер прохладной щеткой теребил волосы, в ноги тыкались какие-то предметы… Послышался голос Лохматого. Нищий громко и яростно ругался. Причем так виртуозно, что Птиц невольно заслушался. Надо же, как умеет. Видать, в Порт-Доле у матросов и грузчиков выучился.

Парень сбился с мысли, застонал. В сероватом мареве соткались силуэты деревьев, какие-то кусты. Повсюду виднелись листья, трава, какие-то грибы. Пальцы правой руки сжались, схватили воздух. Возникло гложущее чувство потери. Словно не хватало чего-то родного и знакомого. Птиц собрался с духом, шепнул: