Работа легкой не бывает - Цумура Кикуко - Страница 27

Директор компании, с виду лет под семьдесят, поразил меня воодушевлением, с которым рассказывал об ассортименте выпускаемой продукции. Он так увлекся, что я невольно задалась вопросом, не принял ли он меня за оптового покупателя из крупной сети супермаркетов – вместо того, чтобы узнать во мне претендентку на временную должность в компании. Однако он объявил также, что девиз компании: «Мы прилагаем все старания на благо наших покупателей и наших сотрудников!» – так что, возможно, я как потенциальный сотрудник показалась ему объектом, достойным приложения всяческих стараний.

– Я обожаю всю нашу продукцию, но если бы меня просили выбрать что-то одно, я отдал бы предпочтение вот этим – «Самым большим с кальмаром и мирином»!

Из корзинки с образцами продукции, стоящей на письменном столе, директор взял большой крекер в индивидуальной упаковке и протянул мне. Тот же самый, который упоминала госпожа Масакадо, отметила я.

– Вот как? – отозвалась я, снимая обертку.

Крекер и вправду был «самый большой» – размером примерно с мою ладонь. По словам директора, жаренные во фритюре рисовые крекеры такого вида обычно имеют диаметр четыре-пять сантиметров, и хотя они очень вкусны, некоторые покупатели считают, что есть их хлопотно, поскольку приходится раз за разом совать руку в пакет, а для индивидуальной упаковки они слишком мелкие. Особо крупные крекеры были разработаны с тем расчетом, чтобы их хватало надолго и можно было не пачкать пальцы, надорвав пакетик и держа крекер через него. Кроме того, объяснил мне директор, такие вкусовые добавки, как кальмар и мирин, обычно приберегают для продуктов с высоким содержанием крахмала, но компания выявила неудовлетворенную потребность клиентов – оказалось, им нравится, когда продукты из жареного риса имеют те же вкусы. На сегодняшний момент рисовые крекеры с такими вкусами выпускает только эта компания. Крекер, который я сгрызла, слушая объяснения директора, действительно был просто объеденье.

– Его размер побуждает творчески подходить к его использованию – например, употреблять с соусом окономияки, майонезом и так далее, – и директор продолжал объяснять, что на сайте компании размещены рецепты с измельченными водорослями и сушеным тунцом-бонито. Можно также раскрошить крекеры, посыпать ими рис и залить его чаем, чтобы приготовить необычную разновидность отядзукэ. Поскольку крекеры упакованы по отдельности, крошить их можно прямо в упаковке, сообщил он мне так, словно эта подробность была поистине чудесна.

– Настоятельно рекомендую также «Пластинки с натто и сыром». – И он выудил из корзины еще один образец, на этот раз тоненький обжаренный крекер, посыпанный сверху сыром и соевыми бобами, и положил передо мной. – Мы чрезвычайно придирчиво подходим к выбору бобов натто для нашей продукции и отдаем предпочтение наименее пахучей марке, какая есть на рынке. У этого продукта масса преданных поклонников, а раз в год мы выпускаем небольшую партию еще одной разновидности этих крекеров, с васаби, и они тоже находят очень теплый прием.

Он гордо продолжал:

– Но все наши крекеры в самом деле превосходны. Мы производим и продаем те виды крекеров, какие хотим есть сами.

«Пластинки с натто и сыром» тоже были хороши – настолько, что я как будто поняла, почему он продолжает в том же духе:

– Мы считаем, что людям важно получать удовольствие, когда они едят крекеры.

– Ну да, конечно.

– Наша цель – создавать продукт, благодаря которому покупатели могут наслаждаться вкусом, радоваться полученному опыту и вдобавок чувствовать, будто они что-то обрели. Переверните упаковку другой стороной, не той, где логотип.

Слегка застигнутая врасплох этим внезапным переходом в режим распоряжений, я перевернула пакетик от «самых больших». Неожиданно мне бросились в глаза слова «Рукопись Войнича», и я присмотрелась к пакетику.

Этот манускрипт, написанный на неизвестном языке с помощью неизвестного алфавита, обнаружен в Италии в 1912 году. Он содержит прекрасные изображения растений и женщин, но до настоящего момента никому не удалось выяснить, о чем говорится в тексте. Написанное в нем пытались истолковать в том числе как шифр и нотную запись, а также как не имеющее никакого смысла.

Я точно помнила, что раньше уже слышала о рукописи Войнича, но никак не ожидала встретить упоминание о ней на обороте упаковки крекера. Эта «тайна» имела семнадцатый номер, и я, вынув из корзины еще один «самый большой», нашла на обороте его упаковки «Тайну мира № 6: Дьявол из Джерси». На последнем «самом большом», найденном в корзине, «Тайна мира» носила тринадцатый номер – «Колония Роанок».

– Что скажете? Это занимательно, и разве плохо, что у людей остается ощущение, будто бы они что-то узнали? – В порыве воодушевления директор компании подался вперед, слегка наклонившись над столом, его глаза блестели.

– Да, это я понимаю, – кивнула я, заразившись его энтузиазмом.

– Взгляните вот на этот, – велел он, и я, перевернув упаковку «Пластинок с натто и сыром», обнаружила текст под заголовком «Ядовитые растения Японии № 7: Нарцисс». Он предостерегал читателей, чтобы не путали нарцисс с китайским резанцем, на которого он очень похож. Неужели их и вправду кто-то путает? На другом пакете нашлись «Ядовитые растения Японии № 9: Бадьян японский», и я узнала, что хотя ядовитая японская разновидность этого растения внешне похожа на неядовитый бадьян настоящий, или звездчатый анис, их можно различить по запаху: у японского бадьяна он горький, у настоящего – сладкий.

– Мы хотим, чтобы наши покупатели лакомились и упаковкой, и ее содержимым. Нам нравится предоставлять матерям то, чему они могут научить своих детей, или подсказать паре тему для необременительного разговора, если он вдруг застопорился, или дать пищу для размышлений в минуту отдыха.

– Понимаю, – ответила я.

И эта политика действительно не казалась мне ошибочной. Чувствовалось что-то слегка неожиданное в таких темах, как Дьявол из Джерси и ядовитые растения, но их несколько зловещий оттенок с большей вероятностью мог способствовать беседе, и я это понимала. Правда, насчет того, подходят ли подобные материалы для матерей, желающих научить чему-либо своих детей, я сомневалась, но сама, будучи ребенком, я, безусловно, предпочла бы узнать о семи чудесах света или ядовитых растениях, чем о знаменитых достопримечательностях или сезонных цветах. Видимо, стремление осторожничать не значилось в характере моего сорокатрехлетнего предшественника – или, если уж на то пошло, директора компании.

Между тем директор продолжал доставать из корзины крекер за крекером, сопровождая этот процесс комментариями: «Вот наша серия „Диктаторы“ – в Интернете она стала настоящим хитом» и «Еще одна серия, „Шестисекундные рецепты“ – с простыми рецептами, чтение которых занимает всего шесть секунд».

– Раньше у нас был сотрудник, занимавшийся этими текстами, но на отдыхе он занялся поисками жены и, видите ли, столкнулся с ужасным предательством. Оно привело к небольшому нервному срыву, так что в настоящее время работать он не в состоянии.

И поскольку у меня имеется практический опыт подготовки рекламных объявлений для «Альбатроса», продолжал директор, он был бы рад, если бы я восполнила эту нехватку рабочих рук.

– Объявления составляла главным образом моя коллега, – сообщила я. – А я просто помогала – так сказать, за кулисами.

Я понимала, что составление рекламы в каком-то смысле и происходит «за кулисами», но если уж речь зашла о практическом опыте, госпожа Эригути на порядок превосходила меня, и я просто не смогла промолчать, услышав, как излагает эти обстоятельства директор.

– Но вы же написали объявление для «Байфуана» и «Школы фортепиано Моримуры». И для астрологического бюро «Этуаль», и для «Лаборатории салатов Дзодзо»! И для «Гематологической клиники Исикава», и не только, верно?