Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович "Владимир Черный-Седой" - Страница 985

Человек со шрамом кинул быстрый взгляд на Щетину, хотел что-то возразить, но, заметив его непреклонный, спокойный взгляд, расслабился и пожал плечами.

– Как скажешь, вместе так вместе. Пошли.

Поднявшись на третий этаж по загаженной мусором лестнице, они попали в коридор. Прошли до конца коридора и остановились у двери в торце. Ее охраняли двое парней с копьями. Сопровождающий открыл дверь и показал рукой, чтобы они входили.

– Прошу.

За обеденным столом сидел крепкий, широкоплечий человек с бычьей шеей. Он глянул на вошедших и отложил вилку.

– Это кто? – хрипло спросил он сопровождающего.

– Это дон Щетина, он же мастер по ремонту техники, с товарищами, господин барон.

– Вижу, – вытерев рот ладонью, пробасил барон. – Ну а старика зачем сюда притащил?

– Дон не захотел с ним расставаться.

– Какое мне дело до того, что хочет дон или не хочет. Тащи старика к остальным.

– Он никуда не пойдет, – все так же спокойно, не повышая голоса, сказал Щетина.

Барон сначала сильно удивился, потом покраснел от гнева, но в конце концов громко расхохотался. Отсмеявшись, он спросил:

– Старик, ты понимаешь, что говоришь и куда попал? Здесь мое слово закон, а ты здесь не дон, а лишь козявка. Понимаешь, козявка. Повтори, кто ты?

– Дон в любом месте дон, и ты мне ничего не сделаешь.

Барон положил голову на переплетенные пальцы согнутых в локте рук и упер в Щетину тяжелый взгляд. Долго на него смотрел.

– Почему ты так уверен, что я ничего тебе не сделаю?

– Потому что, если ты меня убьешь, среди твоих людей найдется тот, кто тебя заложит в поселке новичков гильдии донов, и тогда ты со своими людьми станешь вне закона. Долго ты тогда проживешь, барон?.. Кроме того, Рамсаул и мальчик свободные люди, их в рабство брать нельзя. Это карается смертью.

Рамсаул стоял ни жив ни мертв. Так говорить с бароном мог только тот, кто приговорил себя к смерти. И пути обратно для него нет. Но, к его удивлению, барон откинулся на спинку стула и рассмеялся.

– Ты смел, дон, и я понимаю, как ты убил Русара. Твои бесстрашные слова вызывают уважение. Я люблю смелых людей, в них есть стержень. Они не предадут и не сдадут назад. Оставайся у меня, будешь замом по технической части. Третьим человеком после меня и кривого Красавчика. Старик оправится в поселок и будет жить на всем готовом. Мальчика можешь оставить при себе, научишь его своей премудрости. Что скажешь?

– Скажу спасибо, но мы, скитальцы, независимы и больше всего ценим личную свободу.

– Понимаю. Сам был таким… Как знаешь. Тогда у меня для тебя есть работа. Почини вентиляцию в бункере под зданием и можешь быть свободен.

– А мой компаньон и мальчик?

– А что тебе до них?

Щетина понял, все эти разговоры о славном житье на землях барона бандита – пустые слова. Их разлучат, а потом его будут шантажировать их жизнью. Он сам дал им знать, что они ему дороги. Выбора у него не было. Но он хотел потянуть время. Хотел удостовериться в том, что подсказывала ему интуиция. Начинать войну он не горел желанием.

«Но если они меня прижмут, то пожалеют об этом», – размышлял Щетина, спокойно глядя в глаза барона.

– Они мои компаньоны. Вот какое до них мне дело, – ответил он.

– Хорошо, они тоже уйдут с тобой. Подождут, пока ты сделаешь свою работу, и вместе уйдете.

– Какая плата?

– Плата? – хмыкнул барон. – Ваши жизни. Этого достаточно? – В его глазах сверкнул огонек бешенства. Барон сжал кулаки и ударил ими по столу.

«Все! Пора!» – решил Щетина и выхватил игольник. Три тихих выстрела прозвучали почти одновременно. Во лбу барона появилась красная розочка. Глумливая ухмылка еще жила на лице мертвеца, а ствол игольника уже смотрел в переносицу побледневшего человека со шрамом.

– Не шуми и дольше проживешь, – предупредил он бандита и приложил палец свободной руки к губам. – Ты Красавчик?

Тот, с ужасом уставившись на ствол игольника, быстро закивал.

– Я, – еле слышно прошептал он.

– Хочешь стать бароном? – спокойно, как о чем-то будничном спросил Щетина. – Место, как видишь, освободилось. А ты был его правой рукой, как я понял.

Красавчик перевел взгляд на мертвого барона, сглотнул и выдавил:

– Хочу.

– Есть тут, кто может оспорить твое право?

– Право? – уже более спокойно повторил Красавчик. Вытер вспотевший подбородок рукой. – Есть… братья Шортс. Они давно хотели сместить Быка, да не осмеливались. Сейчас могут поднять бучу.

– Скажи охране, чтобы позвали их сюда, потом вызови тех, кому доверяешь, узаконим твою власть.

Красавчик сразу понял, что надо делать. Он выглянул за дверь и крикнул:

– Шортсов сюда и мою пятерку! – Он закрыл дверь. – Сейчас прибегут.

– Рамсаул, положите барона под стол, чтоб его не так заметно было, – распорядился Щетина.

Вскоре вошли два здоровых мужика. Очень похожие друг на друга, звероподобные, с тупыми, упрямыми взглядами.

«Эти не отступят, – понял Щетина. – Много силы и чрезмерного упрямства, мало мозгов».

Вошедшие недовольно огляделись и тут же получили по игле в лицо. С грохотом упали на пол.

– Этих тоже оттащите, – показал на братьев дулом игольника Щетина. – Скажем, что они подрались с бароном и поубивали друг друга.

Нагибаясь за одним из братьев и хватая его за ноги, Рамсаул тихо произнес:

– С огнем играешь, дон…

Щетина не ответил. Он понимал, что их отсюда не выпустили бы, а воевать со всеми было рискованно. Лучше сыграть на противоречиях бандитов. Он не знал всех правил, существующих в обществе на планете, но не сомневался, что их сделали бы рабами на всю жизнь. Он сражался за свою свободу, и сражался так, как умел.

«Если предстоит драка – бей первым», – вот что он хорошо понимал.

Ввалились пятеро бандитов. Округлившимися глазами оглядели место побоища. Красавчик среагировал первым. Он показал рукой на тела братьев.

– Эти уроды неожиданно напали на барона и убили его. Что творится! – с искренним возмущением воскликнул Красавчик. – Еле отбились от них. – И, не давая бандитам подумать, продолжил, но уже сурово и деловито: – Передайте парням, что новый барон поднимает жалованье на один серебряк и выдает премию по пять серебряных монет за то, чтобы ребята не горевали. Понятно?

– Ага, понятно, – обрадованно загалдели четверо.

Только один, самый низкорослый, заглянул под стол, где лежал убитый барон. Хмыкнул и выпрямился.

– А кто новый барон? – спросил он.

– Я, конечно, – невозмутимо ответил Красавчик.

– Ты? – с сомнением переспросил низкорослый.

И тут же ствол игольника уперся ему в лоб.

– Тебе не нужна премия? – спросил Щетина. – Или ты против моего друга Красавчика?

Низкорослый свел глаза к переносице.

– Я-то? – спросил он и облизал губы. – Я-то не против, но что скажут остальные? – с небольшим волнением произнес он.

– А если ты станешь правой рукой барона? – вкрадчиво спросил Щетина.

– Правой рукой барона? Тогда другое дело, я думаю, все будут согласны, – уже спокойно ответил низкорослый. Он рукой отвел ствол игольника от своего лба. – Чего рты разинули? – прикрикнул он на остальных бандитов. – Выбросите эту падаль к речке, и устроим праздник. Господин барон, – низкорослый поклонился Красавчику, – разрешите нам тут прибраться.

Вскоре помещение было освобождено, и сюда пригнали двух молодых девах с ведрами и тряпками.

– Ну, пойдем, друг, обсудим наши дела. Тут есть рабочий кабинет, – скалясь предложил Красавчик. – Это ты хорошо вставил про друга.

Красавчик, насвистывая, пошел прочь, но крепкая рука ухватила его за плечо.

– Не спеши, барон. Пойдем рядом.

В кабинете все расселись на стульях.

– Дон, – начал Красавчик, – не знаю, какими судьбами вас троих сюда занесло, но ты приносишь удачу. Бык давно всем надоел, круто забирать стал, одного парня расчленил топором из-за девки, а он механиком был в поселке. Дурню хватило смелости прийти сюда и требовать обратно свою жену… И теперь все будут думать, что я пригласил тебя, чтобы помочь сместить барона. С твоей пушкой… Я вот что хочу спросить тебя, дон: ты что планируешь делать дальше?