Песнь алых кленов. Том 1 (СИ) - Базлова Любовь "Базов Вячеслав" - Страница 19

— Что тут творится?

Когда вошел этот человек — прекратились все атаки. На его ханьфу были цепи, у него явно был дорогой, массивный меч, который выглядел очень тяжелым и прочным. Он остановился напротив Тьен Ю, холодно посмотрел сверху вниз в его глаза и на лице человека появилась широкая, злая улыбка.

— Он нужен мне. Вытащите его из этого круга. Он перспективный. Я именно такого и искал. Чего вы копаетесь? У них не должно было остаться сил.

Тьен Ю молча сжал губы, приготовился умереть, но не открыть барьер. Холодок пробегал по спине от этого взгляда, от этих слов. Человек обернулся и удивленно спросил:

— Не можете? Серьезно?

Он отошел к выходу из разрушенного зала, там возникло какое-то непонятное, но неприятное движение. Когда он вернулся, он тащил за руку Мэй Ли. Мэй Ли тоже была другом Тьен Ю, всего на год младше него. На тот момент ей было тринадцать и в руках этого человека она казалась совсем маленький. Он достал меч.

— Открывай, — как-то даже устало приказал он. Тьен Ю, который до этого хотел молчать, отрицательно замотал головой, попросил как-то совсем жалко:

— Не надо. Я выйду. Я выйду, только ее не…

— Открывай барьер, — тоном человека, который терял терпение, приказал главный.

— Я не могу, — почти молил Тьен Ю. — Я правда не могу. Тогда вы убьете всех.

— Что ж, — он занес меч, бросил девушку на пол. Держаться на ногах она не смогла, но пыталась отползти — к барьеру. Словно могла укрыться там. Тьен Ю почувствовал, как застучала кровь в ушах. Смотреть на это было жутко, но он не мог открыть барьер. Он не…

Прежде, чем меч опустился, Лю Шэн вдруг перестал его держать и вместо этого толкнул прямо на вихрь. Змеи не смогли разорвать хозяина, они остановились и обвились вокруг него, словно в поисках защиты, но все еще яростно шипели на окружающих, особенно на Лю Шэна. У того в глазах стояли слезы, он слабо произнес:

— Барьер все равно не продержался бы долго. А она… ее убили бы не за что. Мы бы все равно… Нам некуда было бы…

— Отлично! — прервал его главный. Тьен Ю был уверен, что после этого он убьет девушку, но тот убрал меч обратно в ножны. — А теперь как следует объясните этому мальчику, что приказы нужно слушать.

Он слышал, как его звали незнакомым именем. Постепенно в сознании это имя стало проявляться, прилипало к нему, как рыбья чешуя. Да, пожалуй, Тьен Ю умер тогда, его имя очень долго оставалось под запретом. И до сих пор. Но это имя тоже значило так много… сначала это было осколком учителя, который был где-то далеко. Тот, кто носил фамилию учителя, не имел права быстро сдаваться. Сейчас это осталось памятью о нем.

— Лин Ху! — снова послышалось через шум крови в ушах. И, когда он не отозвался в очередной раз, щека вспыхнула болью. Лин Ху открыл глаза от возмущения, собирался ругаться, но за доли секунды все вспомнил.

Барьер осыпАлся красноватыми осколками, от них вспыхивало ночное небо и было светло, словно во время фейерверка. Это было бы даже красиво, если бы не осознание того, что брат сейчас должен чувствовать себя так, словно ему все эти осколки в тело набили. В каждую его клеточку. Лин Ху еще помнил это чувство и его пробрал озноб от воспоминаний. По нему ударило не сильно, оглушило только ненадолго. Лин Ху не хотел это признавать, но скорее всего, это было от того, что порвалась связь… веревка порвалась, которой Лин Ху был к этому месту привязан.

Над ним застыл бледный Фа Ханг, он то и дело оборачивался назад. Сяо Тун стояла между ними и лесом. В свете падающих осколков были видны темные фигуры людей и чудовищ. Убедившись, что Лин Ху пришел в себя, Фа Ханг занял место рядом с девушкой. Осколки, когда опадали на землю, рассыпались, словно были из воды. Только что Лин Ху был во власти воспоминаний, сожалений о далеком брате, но тут же собрался, вскочил так быстро, что закружилась голова — пришлось придержать.

— Ты как? — сквозь зубы процедила Сяо Тун.

— Стою, — быстро отозвался Лин Ху. Фа Ханг негромко заговорил:

— Этот клан нас преследовал.

— Да, меня тоже, — подвердила Сяо Тун.

— Не надо таких грозных лиц! Иначе было не поговорить с вами — вы же чуть что бежали в эту норку! — крикнула центральная фигура мужским голосом. Казалось, он издевался. — Но мы не хотим и не хотели вам зла! Наоборот! Ваши родные, близкие, учителя не оценили вас по достоинству! Я же оценил! Я приглашаю вас к себе! Туда, где будет безопаснее, чем в этой хижине. Туда, где вас будут ценить!

— Есть желающие ему поверить? — шепотом спросил Лин Ху. Вместо ответа Сяо Тун вызвала копье, так же едва слышно спросила:

— Ты же понимаешь, что теперь придется бежать?

— Да, — просто кивнул Лин Ху. — Я не дурак, чтобы оставаться тут…

Он выбрал кнут, на секунду вспышка появления оружия осветила их троих, их уверенные сосредоточенные лица.

— Ну же, котята. Мне не хотелось бы вас бить или калечить. Давайте просто… — продолжила фигура. Прервало ее ударившее сверху копье — фигура увернулась. Но тут же его за ногу подхватил кнут, сбил с ног. Лин Ху ощущал, что окружение смыкается, но он знал, что заслон не везде должен быть сильным.

— Назад, — очень тихо скомандовал он. Остальные поняли, но ждали команды.

— Ребят, да вы нарываетесь, — поднялась фигура. Команда из еще трех человеческих силуэтов и двух монстров приближалась. Одного из монстров они уже видели — тот, что искал Фа Ханга за границами барьера. Второй — тот, что разрушил их барьер. Он был так огромен, что снова сливался с тьмой леса.

— Сейчас, — скомандовал Лин Ху и одновременно оттолкнулся от земли, в прыжке развернулся. Сяо Тун и Фа Ханг сначала бежали наравне с ним. Черной мохнатой волной сначала снесло Сяо Тун, Лин Ху остановился, Фа Ханг среагировал позже и оказался на два прыжка дальше от него, ближе к людям в черном, что перекрыли им путь. Существо с веревкой на шее сейчас явно выглядело так, словно пыталось съесть слишком большой кусок. Лин Ху ощутил панику, когда чудовище подвигало челюстью. Сяо Тун была там, в его пасти. Лин Ху успел заметить движение — тонкие ветки, похожие на веревку, вырвались из земли у его ног. Они попытались схватить его за руку, как докучливый продавец, но Лин Ху оказался быстрее. Напротив него стоял тот человек, что разговаривал с ними. Теперь можно было рассмотреть его лицо: с аккуратными усиками и довольной улыбкой.

— И куда ты побежишь? — спросил человек. Лин Ху снова взмахнул кнутом, но у того вдруг из трех хвостов остался один, оружие стало неповоротливым, враг успел поймать его конец. Те самые лозы, что до этого ловили Лин Ху, теперь обвивали его оружие.

Он глянул в сторону монстра, проглотившего Сяо Тун — над тем высоко в небо взвилось копье, ринулось вниз. Оно выглядело опасно, словно могло вместе с монстром пронзить и хозяйку, тем более, что Сяо Тун его не видела и могла управлять только по наитию. Фа Ханг дрался с тремя сразу, но враги стекались к нему. Мимо Лин Ху пробежали еще двое, в одной из фигур он узнал того «предсказателя», хотя выглядел он уже не так экстравагантно. Лин Ху дернул кнут, быстро протянув оружие даже в таком состоянии под ногами обходивших врагов. Споткнулась только вторая фигура и, судя по голосу, который тут же начал ругаться — женщина. Противник Лин Ху снова дернул его кнут, натягивая между ними двумя. Лин Ху услышал, как с хлюпающим звуком попало по монстру копье, но обернуться, чтобы проверить, жива ли подруга, не успел — ему в лицо летела рукоятка меча. Лин Ху пригнулся, но тут же получил коленом в лицо и на миг мир стал ярким, но немым. Но у Лин Ху был опыт, он смог быстро собраться и обнаружил себя в паре шагов дальше от противника, хотя и не помнил, как их сделал. Человек снова атаковал, на этот раз меч был в его руке и острие двигалось в сторону плеча Лин Ху. Казалось, он и атаковал не надеясь достать, и Лин Ху обернулся, чтобы понять, куда его загоняют. И успел увернуться от сети. Она опала на землю и поползла обратно — к заклинателю, который недавно притворялся предсказателем. Лин Ху скорее от обиды размахнулся и ударил его свернутым кнутом, тоже не надеясь, что попадет, но ветки, которые он считал такими же управляемыми, как его оружие, перекинулись на предсказателя. Судя по тому, как тот вскрикнул, это было больно, и Лин Ху успел пожалеть свой кнут.