Морель и госпожа Смерть (СИ) - Любавин Лео - Страница 1

Морель и госпожа Смерть

Пролог

Реальный мир.

Где-то на пятидесятом километре Павловского шоссе, в старом доме с черепичной крышей…

Ступени лестницы добродушно скрипели. Точь-в-точь, как в сказке Андерсена. Но они были ненадежны, эти старые ступени! А перила предательски шатались. Дому оставалось уж недолго.

Бедная бабушка! Хорошо, что она никогда не узнает, что её любимый дом обречен — завтра его снесут. Но Лиза-то знала, поэтому торопилась. Девушка была уверена, что отыщет среди чердачного хлама ту самую заветную поваренную книгу, и потому смело поднималась по ветхим ступеням выше и выше, еще шаг, еще. Вот и чердачный люк…

На чердаке было душно. В лучах солнца, что пробивались сквозь щели в заколоченном досками окне, плясали пылинки. Пахло корицей и ванилью. Лиза удивилась: она ожидала унылого запустения и мерзкого запаха старого тряпья. Но на чердаке царил идеальный порядок! На полках красовались прикрытые пергаментом и перевязанные бечевкой по горлышку глиняные горшочки и стеклянные банки. По стенам на крючках висели мешочки и пучки сухой травы.

Девушка заметила под окном большой сундук. Вот! Это он и есть! Про него бабушка все вспоминала в больнице.

Лиза шмыгнула носом, губы её задрожали. Жалко бабушку. Восемьдесят два года не такой уж и запредельный возраст. И до ста живут. Но плакать не время, на Павловском шоссе ждет такси, шофер сказал: «Предупреждаю, ровно полчаса и ни минутой дольше. Пешком в город пойдете». А деньги-то вперед взял! Значит, надо поскорее найти книгу и бегом обратно.

Лиза ринулась к сундуку и чуть не упала, споткнувшись о черного котенка.

— Ми-и-и-и-иу! — возмутился котенок

— Ой! Ты откуда здесь? Напугал! — Лиза опустилась на колени, взялась за шершавую крышку сундука.

Котенок зыркнул на девушку зелеными глазами и чинно уселся, пытаясь обернуть лапы хвостом. Но не смог — длины не хватило, хвостик короткий еще. Лиза бы приласкала котейку, животных она любила. Но некогда!

Крышка сундука оказалась тяжелой. Что же там под ней? Сверху — стопки писем, также перевязанные бечевками, и даже рулончики, похожие на свитки. А это что в бархатном мешочке? Костяные руны, что ли? Сколько же здесь интересного, вот бы все рассмотреть, но шофер ждать не станет.

Книги… Где же они? Наверное, под письмами?

— Где же книги? — Лиза спросила вслух.

— На дне, ми-и-и-и-иу!

— Что⁈ Ой, показалось… Ну тебя, брысь!

Не мог же котенок с ней разговаривать? А книги и правда на дне. Вот они. Что тут? Это календарь, это справочник «Желтые страницы»… А вот и та самая книга, она в синем переплете. Бабушка о ней говорила. Да! Ура!

Лиза выхватила книгу из сундука, захлопнула крышку.

— Ми-и-и-и-и-иу! — Снова подал голос котенок.

Девушка положила книгу на сундук и нагнулась за одиноким обитателем чердака.

— Ну, что с тобой делать? Не могу я взять тебя. Мама не любит кошек.

Котенок потерся ухом о её руку и вдруг спрыгнул прямо на книгу, прошелся по ней и та раскрылась. Сама! И вот он, заветный рецепт!

«Miracle de la rose blanche…— Лиза склонилась над книгой и начала разбирать тонкую рукописную вязь букв. Она хорошо знала французский — бабушка Аделаида учила её, — si vous prenez trois feuilles de menthe, — шептала девушка, представляя, как победит на конкурсе кондитеров и отправится в Париж! — broyer les pistaches grillées…»

Вдруг буквы засветились, отделились от бумаги и сложились в замысловатый символ. Лиза испугалась! Она хотела вскочить на ноги и убежать, но не могла и пальцем пошевелить. Ее бросало то в жар, то в холод, сердце колотилось. Буквы вновь рассыпались, выстроились вереницей и начали оборачиваться вокруг кошачьей лапки. Они змейкой ползли вверх, котенок прямо на глазах рос и превращался в пушистого кота! Буквы с треском разлетелись в стороны, яркая вспышка ослепила Лизу. Девушке показалось, что стены чердака раздвинулись, а потом ее потащило, как в омут.

— Ой, мамочки! — закричала Лиза и зачем-то схватилась за кота. Последнее, что она услышала, перед тем, как темнота окончательно поглотила её, было истошное:

— Мя-я-а-ау-у-у!

*Miracle de la rose blanche — Чудо Белой розы (фр.)

**si vous prenez trois feuilles de menthe — если взять три листика мяты (фр.)

***broyer les pistaches grillées — размолоть поджаренные фисташки (фр.)

Параллельный мир.

Где-то в трехстах лье от Лиможа, в замке некроманта Лорана Мореля

Лоран Морель неспешно произносил подходящие к случаю заклинания — ритуал давно въелся в бессмертные печенки некроманта. Все было исполнено в точности, как предписывали волшебные книги и древние манускрипты, а уж их-то он перечел немерено за свои долгие сотни лет.

Итак, магический круг, свечи. Знаки начертаны, кубки расставлены, шаги сосчитаны. Сейчас призванный из потустороннего мрака дух передаст Морелю кольцо с заветной надписью, и можно будет вернуться к проверке дипломных работ выпускников Академии Ордена Мертвой Розы.

Морель уже выбрал четверых, все подающие надежды отличники: Зибель, Франц, Жан и Люсьен. Он хотел взять их с собой в путешествие в Китай. Там при помощи кольца Морель собирался поднять лекаря императора двенадцатой династии Цинь и вызнать у него состав чертовых датских капель!

Продолжая бормотать заклинания и считать шаги, Морель обходил круг, уставленный зажженными свечами. Движение против часовой стрелки отворяло Врата Времени.

Некромант протянул руку над сгустившимся в клубы голубоватого свечения воздухом и…

Яркая вспышка, неожиданный удар в грудь. Враждебный дух? И чем это залепило лицо? Холодное, но приятное, пахнет ванилью. Разомкнув губы для проклятий, Морель ощутил на языке дивный вкус фисташкового мороженого. Слова замерли.

Морель облизал губы, протер глаза и… Вот тут он закричал так громко, что свечи на границе магического круга угасли и печально зачадили.

— Ад и пламя! Что это такое? — Морель стоял, раскрыв руки в стороны и с возмущением оглядывая свою манишку, кружевные манжеты, белый шелковый жилет, черный, расшитый серебром камзол, панталоны, туфли… Одежда и обувь были испорчены! Покрыты густым слоем вязкого мороженого.

А вместо вызываемого из Тьмы духа перед Морелем оказалась девица. В неприлично коротком платье, похожем на нижнее белье. В довершение всего этого безобразия девица держала на руках здоровенного пушистого черного кота.

У Мореля была аллергия на кошачью шерсть.

— Апчхи! Апчхи! Немедленно уберите… Апчхи!!!

Кот зашипел, выгнул спину и растворился в темноте. А девица поднялась и попятилась к границе магического круга. К груди она крепко прижимала книгу в синем переплете.

Морель узнал! Но как такое возможно? Большая Поваренная Книга Лесной Ведьмы сгорела, когда в Клеронском лесу случился пожар. Не уцелела и хозяйка книги.

Кто же тогда перед ним? Её дух? Неведомым образом поднятая из могилы ведьма? Нет, было очевидно — девушка живая. Не умертвие, однозначно. Неважно, главное — Книга здесь!

Морель умел принимать мгновенные решения, в его некромантской практике и не такое случалось. Прежде всего следовало обезвредить эту сущность в образе странной девицы. Ее истинной природы он не чувствовал из-за отвлекающего воздействия мороженого. Оставалось только тянуть время.

Несмотря на свой непрезентабельный вид, некромант учтиво поклонился и представился:

— Лоран Морель, к вашим услугам, прекрасная джамизель. Не скажете ли, что вы забыли в моем кабинете?

— Это вы потрудитесь объяснить, зачем притащили меня сюда? — вздернула подбородок девица.

Если бы не одежда, то Морель вполне мог назвать нежданную гостью красивой. Особенно впечатляли глаза. Того самого редкого фиалкового цвета, что так ценился в роду Морелей. И еще волосы — рыжеватые, с отблеском меди. Хороши были и губы, и нос, и фигура, и даже вызывающая улыбку наступательная поза.